Чтение онлайн

"Прости, Владь. И прощай...".

Глава 25

Тайна

Если б так поэта измучила, он любимую на деньги б и славу выменял,

А мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего любимого имени.

И в пролет не брошусь, и не выпью яда, и курок не смогу над виском нажать.

Надо мною, кроме твоего

взгляда, не властно лезвие ни одного ножа.

Сплин "Маяк"

Остаток дня прошел как в тумане. Я ходила, как запрограммированный на поддержание основных жизненных циклов, робот. Родители довольно бурно отреагировали на мое явление пред их очами в более-менее сознательном состоянии. Мама, казалось, сейчас расплачется прямо у меня на глазах, а объятие, которым одарил меня папа, я последний раз помнила в пятилетнем возрасте. За всей сценой расспросов со стороны близких и односложных ответов с моей стороны, как коршун за добычей следила бабуля. Стоило разговору уйти в ненужном направлении, как она тут же с грацией светской львицы меняла его тему. Я была благодарна ей за то, что до серьезных копаний в моей и без того потрепанной всеми ветрами душе, так и не дошло. Единственным ураганчиком не поддающимся ни на какие провокации оказалась Танька и она то и задала самый главный вопрос, которого все остальные старались избегать по мере сил и возможности. Я, потому как старалась воспитать в себе новое умение - стирание памяти по желанию, а родители, потому как боялись моей реакции.

– Том, - неожиданно встряла в разговор моя сестра, - а ты что, Гошу больше не любишь?

– Почему?
– как можно спокойнее поинтересовалась я.

– А почему он тогда тебя не поцеловал? Ну, когда ты спала.

– А почему он должен был меня целовать?
– улыбнулась я ей, стараясь не показать, как мне не хочется продолжать этот разговор. Но, я знала свою сестру - просто так она не отстанет. Проще выдержать пытку вопросами до конца и соврать.

– Ну, он же ведь был твой парень и собирался жениться на тебе, - со святой невинностью произнесла она, и все затаили дыхание.

С невинностью ребенка женского пола она перемешала мир своих фантазий с моей прозой жизни.

– Таня, - пришла мне на помощь мама, - Тома сама решает за кого ей выходить замуж. И потом ей еще рано думать об этом, - бросила она напоследок обеспокоенный взгляд в мою сторону.

– А мне Гоша сказал, что самое время, - заявила эта "святая невинность".

У меня отвисла челюсть. Интересно, чего еще я не знаю о своем лучшем друге?!

– Когда это он тебе такое сказал?
– не удержалась я.

– Осенью еще, когда один без тебя сюда приезжал, - отозвалась моя мучительница.

– Ну, - пыталась выкрутиться я, - возможно, он просто так говорил и вовсе не обо мне. Или может он вовсе говорил это просто так, о будущем, - но под конец не выдержала и спросила чуть резче, - и откуда ты вообще взяла эту идею, что он собрался на мне жениться?

– Он же мне это сам и сказал, - улыбалась она.
– По большому секрету. Я даже

кольцо видела.

И этот дьяволенок растянулась в блаженной улыбке. Молчание, установившееся в квартире, по своему апогею, могло соперничать с оглушающей тишиной начала времен, нарушила которое опять же моя сестра, выстрелив контрольным залпом по моему сознанию.

– И твой Влад мне тоже не нравится.

– Тоже?
– уже чисто автоматически отозвалась я.

– Ну, да. Гоша сказал, что он плохой человек, и я ему верю, - я только потрясенно молчала, не видящим взором смотря перед собой, пока Таня продолжала свои излияния.
– Гоша хороший и красивый. Ты бы видела, как на меня смотрели Маринка и Поля, когда он меня от школы до дома провожал. У нас из девчонок полкласса в него влюблены, потому все мне ужасно завидовали. Они даже поздороваться с ним боялись, а меня он в щеку поцеловал.

– Ты мне об этом не рассказывала, - подала голос мама.

– Это же тайна была, - как ни в чем не бывало, заявила сестра.

– А сейчас уже выходит нет?
– заметил, ухмыляясь мой папа. Похоже он был единственным, кого эта ситуация забавляла.

– А сейчас он сказал, что уже не важно, потому что у тебя есть Влад, - ответила Таня и тут же добавила, - Но мне он все равно не нравится. Ты с Гошкой всегда веселая приезжала и не забывала мне привезти что-нибудь вкусненькое, а сейчас ты грустная и все время спишь. Я не хочу Влада, хочу Гошу. Он меня со школы будет встречать. Девчонки обзавидуются.

"Устами младенца...", - почему-то подумала я.

– Таня, - очнулась мама.
– Ну что ты такое говоришь! Миша, - повернулась она к мужу, - ну, скажи хоть слово!

– А что я могу сказать, - улыбался папа.
– Слоны к тебе так и липнут, доча. Бегемошек, надеюсь у нас еще не предвидится?!

Я покраснела. Из кресла послышалось небольшое покашливание деда, больше похожее на неудачную попытку скрыть смех. Мама, судя по лицу, разрывалась между желанием рассмеяться и поддержать меня, своим подчеркнуто-нейтральным выражением лица. Бабуля же открыто улыбалась.

– Я не хочу говорить на эту тему, - выдавила я, скрещивая руки на груди. Мне стало обидно оттого, что мои родные перевели все это в шутку. Я чувствовала, как рушится моя жизнь, расползаясь по лоскутам, как плохо сшитое одеяло. Жалости и сочувствия я, правда, тоже от них не требовала, но хотелось услышать хоть каплю понимания того, что мне тяжело говорить об этом.
– Я устала, может, поговорим обо всем завтра?!

– Когда ты собираешься возвращаться?
– уже более деловым тоном спросил отец.

– Как только найду решение своей проблемы, - не отводя взгляда от бабули, ответила я. Та в свою очередь тут же посерьезнела и нахмурилась.

– Какой именно?
– уточнила мама.

– Это мое дело!
– твердо произнесла я. С меня вполне достаточно на сегодня было советов младшей сестрицы, относительно того, кто станет моей судьбой.

– Вы что и, правда, так сильно поссорились?
– сочувственный взгляд мамы, выворачивал мою душу на изнанку.

– Мама, пожалуйста, - выдавила я.