Чтение онлайн

Мысли о болезни сразу вызвали поток страха и злости.

Страх от того, что Максим узнал о ней и злость на себя за то, что сдала себя. Оказывается, говоря о моей недосказанности, Максим имел ввиду больное сердце матери, а я...

Я, дура эдакая, сразу же подумала совсем другое, безосновательно обвиняя ни в чем неповинного Андрея. Он же никогда не сдал бы меня, да и исчез он в неизвестности, так же, как и Алекс. Что, в общем-то, очень странно.

Оба были слишком ответственными и честными, чтобы так поступать с близкими им людьми.

Я повесила

тонкую ветровку на вешалку и прислонилась спиной к стене. Это стало уже привычкой в последнее время, но ноги не держали от охвативших противоречий.

Максим хотел прилететь сразу же, кинув все свои дела, но, зная, что у него возникли проблемы с фирмой, из-за которых он уехал, я с трудом уговорила его не приезжать. Пришлось задействовать дополнительные силы матери, которая ничего не подозревая, упрашивала парня дочери остаться в Питере. Не знаю, что она там ему сказала, но, когда, я взяла трубку, Максим был уже со всем согласен.

Я до сих пор помню его тихий дрожащий голос, полный боли и немого упрека. Никогда раньше не слышала в его шепоте такой подтекст. Злой, обвиняющий и такой грустный...

Так и не дождавшись ответа, я оторвалась от стены и прошла в просторную кухню, где мама проводила все свое свободное время. Привыкла.

Эта 2-х комнатная квартира в Мюнхене находилась в историческом районе Швабинг (Schwabing). Окна комнат выходили в тихий, зеленый двор. Рядом с домом расположены продуктовые магазины, булочные, кафе и рестораны, что очень нам помогало. Многие здесь знали английский, что очень помогало.

В 5 минутах ходьбы от дома находится станция метро Petuelring, линии метро U3. Эта ветка метро без пересадки, каждый день, довозит меня и мать, которая очень быстро освоилась, прямо до нужной остановки, где расположена клиника. Так что незнание языка нам не мешает.

В кухне находилось все, что было необходимо в современной жизни и чего нам не хватало в своей, маленькой и старенькой: - Плит, микроволновка, холодильник с морозилкой, посудомоечная машина, кофеварка, электрочайник, тостерница и многое другое, что очень обрадовало маму.

Прямоугольный стол белого цвета посередине и пластиковые стулья, черная кухонная мебель странно гармонировали между собой.

Прямо из кухни можно было пройти в гостиную, где придвинутый к левой стене, стоял белый диван, с разбросанными на нем подушками разных цветов.

В правой стороне находились две двери, ведущие в спальню и ванную.

Спальня тоже поражала сочетанием бежевого, коричневого, белого и черных раскрасок, которые подчеркивали роскошь и богатое убранство. Две большие кровати, Телевизор 25 дюймов, два шкафа и небольшой комод. Только все необходимое и нужное в повседневной жизни и семье из трех человек. Сам Максим, когда был здесь жил в отеле неподалеку и постоянно названивал (да и сейчас не перестал), проверяя все ли в порядке, и как мы тут.

Я даже не хотела думать, сколько все это стоило и во сколько обошлось Максиму.

На холодильник была приклеена записка, на которой четким и аккуратным маминым почерком было выведено:

«Я поехала

к Стасику. Буду ночевать сегодня там. Не волнуйся и ложись спать. P. S. Дорогая, не забудь поесть и принять горячую ванну».

Выкинув листок, я бегом ворвалась в спальню и, взяв телефон, набрала номер клиники.

Почему мама туда поехала? Ведь я только вернулась, посетив Стаса и поговорив с врачом?

От волнения дрожали руки и перехватило горло.

Как только послышался голос матери, я кинулась в атаку:

– Почему ты ушла? Что-то случилось? Стас в порядке?

Хриплый смех матери заставил меня остановиться и недоуменно вздернуть брови:

– Все отлично, дорогая, - произнесла мама, успокаивая своим спокойным голосом мое отчаявшееся сердце, - просто в один момент я поняла, что очень соскучилась по Стасику и не смогла отказать себе в удовольствии его навестить. Ну, ты же знаешь меня.

Да уж, знаю. Как только что-то взбредет матери в голову, она, ни о чем не думая, сразу же приступит к осуществлению желаемого. Независимо от того в ее силах это иль нет.

– Ух, мама. Только что я потеряла 10 лет жизни, - прошептала я в трубку, при этом облегченно вздыхая.

– Наверстаешь, дорогая, за эту свободную от меня, ночь. Отдохни, искупайся, посмотри фильм, послушай музыку... ну, что там у вас еще, у молодежи...

– Мам, молодежь живет в виртуальном мире, засев на инете и не отходя от компа, а я такого не хочу, так что горячая ванна и удобная постель то, что нужно, - намотав и отмотав обратно шнур телефона, я присела на краешек постели и улыбнулась тому счастью, что слышалось в голосе матери.

– Ну ладно, дорогая, я пойду. Стасик заждался. Извини, что заставила беспокоиться.

– Не переживай, все отлично. Спокойной ночи вам.

– И тебе, родная.

Положив телефон, я встала и прошла на кухню. Желудок буйствовал и требовал положенную ему порцию еды. Нельзя оставлять его без внимания, а то мама и Максим и так упрекают меня в излишней худобе.

Но что поделаешь, я слишком устала, чтобы есть. Да и аппетита не бывает.

Закусив двумя бутербродами и чашкой чая, я понеслась исполнять свои желания.

И снова тихая мелодия сотового вернула меня из прошлого в настоящее.

На мобильнике отражалось имя Максима, которому я отказала сегодня в свидании.

Проигнорировав звонок, я соскочила с подоконника, роняя плед на пол, и прошла в ванную комнату. Большое зеркало, висящее над умывальником, оповестило меня о том, что организм устал и требует спокойного сна.

Темные круги под глазами, сами красные и опухшие глаза, бледная кожа. Смотрелось все просто великолепно. Можно с уверенность утверждать, что я без проблем пройду кастинг по отбору актеров на роль вампира, которые стали популярны в современной литературе.