Чтение онлайн

Он повернулся к своей герани.

«Они дети землян, — сказала она. — Они хорошие, но соображают медленно».

— Ладно, Ип, поищем что-нибудь другое.

— Да, поищем, у нас тут всякого хлама валяется сколько хочешь.

Дети ушли. Ни в коем случае не надо на них сердиться. Что нужно, так это припаять проволочки во всех местах «Скажи по буквам», где это необходимо, и продеть в отверстия, которые он выжег в вешалке. В этих отверстиях будут двигаться контактные пальцы,

маленькие, металлические, и нужно, чтобы они хорошо пружинили.

Где-то он видел такие… здесь, в доме. Где же именно?

Внезапно он ощутил волны мягкого света, исходящие от тонкого и гибкого существа, матери этой шумной маленькой компании. Он закрыл глаза и сосредоточился на ее образе.

Да, вот где он видел эти металлические пальцы — у нее в волосах! Как она их называет? Он запустил психический щуп в ее запоминающее устройство, поискал, нашел.

— Герти…

Маленькая помощница прибежала на его зов.

— Скажи по буквам «заколки».

— Зэ, о, ка, о, эл…

— Это неправильно.

Он показал на свою блестящую, совсем лишенную волос голову.

— Тебе нужны заколки?

Он кивнул.

Герти взяла его за руку.

Вместе они выскользнули в коридор и прокрались бесшумно в спальню Мэри. Ип посмотрел в окно. Тонкое и гибкое существо опять работало на своем огороде, где росли теперь самые крупные в штате овощи. Вот оно приподняло огромную-преогромную тыкву, и вокруг головы тонкого и гибкого существа появилась аура изумления и растерянности.

Пышно, совсем не по сезону цветущие растения в горшках на подоконнике потянули ветки в его сторону.

«Здравствуй, Старый Учитель! Что ты ищешь? Какую удивительную, невероятно важную научную проблему решаешь ты сейчас?»

— Заколки.

— Вот они, — сказала Герти, снимая верх с белой фаянсовой курочки.

Ип вынул из курочки заколки и тут увидел в зеркале на туалетном столике Мэри свое отражение. Если он наденет не только пиджак, но и брюки… не предотвратит ли он этим потрясение, которое ожидает мать, когда та его увидит?

Брюки, конечно, придется укоротить, а на перепончатые ступни надеть бумажные пакеты. Зато…

— Пошли, Ип, — сказала Герти и потянула его за руку.

Потребовалось усилие, чтобы вытащить его в коридор. Герти отвела его в комнату Эллиота, и он снова водворился в чулане.

— Что ты хочешь сделать с мамиными заколками?

Ил уселся на свои подушки и стал прикреплять заколки к вешалке. Теперь из нее торчат металлические контакты, пластинка будет вращаться, а контакты будут касаться ее поверхности. Он стал присоединять к заколкам проволочки, высовывающиеся из «Скажи по буквам».

— Какая чудная штуковина! — сказала Герти. — Ты всегда делаешь такие чудные штуковины?

— Ип звонить домой.

— А где твой дом?

Он показал на небо. Герти уставилась в маленькое окошко.

— Это туда ты водишь меня во сне? Туда, далеко-далеко?

— Далеко.

— А

дома тебя услышат?

Просто удивительно, сколько вопросов задают дети эемлян!

— Снимут трубку и спросят: «Это ты. Ип?»

— Скажи по буквам «зануда».

— Зэ, о, эн…

— Это неправильно.

— А знаешь, почему я не очень хорошо говорю слова по буквам? Потому что ты забрал мою игрушку себе и она теперь говорит только «глипл-дипл».

— «Глипл-дупл».

— И все равно, она не говорит теперь по буквам «зануда».

Герти отвернулась от страшилы и начала играть со своей кукольной плитой, которую принесла в чулан. Сейчас она пекла оладьи по новому рецепту: замесила тесто из глины на мамином креме для лица. Ученый преклонных лет, напевая, как умел, то, что ему запомнилось из музыкальной программы «Сорок самых популярных», которую он слышал по приемнику Эллиота, ушел с головой в работу. Они были так поглощены каждый своим делом, что не услышали, как поднимается по лестнице Мэри, как она идет по коридору. Услышали только, когда она открыла дверь.

Прыжок — и Ип уже стоял в чулане за дверью в шеренге мягких игрушек, лупоглазых маппитов и космических роботов. Он замер, готовый к любой неожиданности, а его огромные инопланетные глаза, более совершенные, чем самые лучшие оптические устройства землян, стали такими же бессмысленными, как у лягушонка Кермита [5] . Остекленевшие, они смотрели в никуда, а сам Ип казался таким же неживым, как игрушечный робот по правую его руку.

Мэри вошла, взгляд ее скользнул по шеренге игрушек, встретился со взглядом инопланетянина и остановился на пышно цветущей герани.

— Это ты принесла ее сюда. Герти?

— Человек с луны любит цветы. Он говорит с ними, и они от этого хорошо растут.

Мэри провела рукой по сочным листьям и, удивленная, покачала головой.

— Все растения будто с ума посходили. Не понимаю, в чем дело.

— Попробуй оладьи, — предложила Герти.

— Ой, какие хорошие! — сказала Мэри, заглянув в кастрюльку.

Лучше некуда, если учесть, что сделаны они из глины. Чем это от них пахнет так приятно?

— Боже мой, Герти, да ведь ты взяла мой крем для лица!

— Банановый.

Мэри с тоской смотрела на жалкие остатки того, что, как гарантировала фирма, должно было вернуть ей молодость.

— Герти, милочка, я не стану на тебя сердиться. Я знаю, что ты это сделала не нарочно. Но за тюбик этого крема мамочка платит двадцать пять долларов, и теперь мне придется накладывать его на лицо вместе с глиной, песком и мелкими камешками.

— Прости меня, мамочка.

— Я знаю, дорогая, ты и сама теперь жалеешь о том, что сделала. Потом я буду смеяться над этой историей. Но не сегодня.