Чтение онлайн

В 1960-х гг. моя мать написала книгу воспоминаний и озагла­вила ее «Коричневое липо, большой господин» (Brown Face, Big Master). «Коричневым лицом» она называла саму себя, а «большой господин» на ямайском диалекте означает «бог». В одной из глав описан случай, произошедший, когда мои родители — уже будучи женатыми — жили в Лондоне с моим старшим братом, тогда еще совсем крохой. Они подыскивали себе жилье, и после долгих поис­ков отцу удалось найти квартиру в пригороде. Но на следующий же день после переезда владелица выгнала их вон. «Вы не сказали, что ваша жена с Ямайки», — в ярости заявила она отцу.

В книге мать описывает свои отчаянные попытки оправдать по­добные унижения, примирить свой опыт с верой. В конце концов

она была вынуждена признать, что гнев — не лучший выход и что, будучи цветной уроженкой Ямайки, она не может упрекать других за желание делить людей по цвету кожи:

«Я посылала Господу многословные молитвы: "Вот она я, при­тесненный представитель негритянской расы, в борьбе за свободу и равенство с господствующими белыми!"

Господь удивился, моя молитва показалась ему неискренней. Я повторила попытку. И тогда Господь сказал: "Разве ты не де­лала то же самое? Помнишь такого-то и такого-то, тех, кого ты презирала, кого избегала и к кому относилась менее уважительно, нежели к другим, поскольку отличалась от них внешне и стыди­лась своей принадлежности к ним? Разве ты не радовалась тому, что они темнее тебя? Разве не была благодарна за то, что не чер­ная?" Моя злость и гнев, направленные на владелицу квартиры, растаяли. Я была ничем не лучше ее и не хуже, если на то пошло… Мы обе грешили эгоизмом, гордыней и снобизмом, отгораживаясь от окружающих».

Культурное наследие моей матери восходит ко дням рабства и немало помогло ей на жизненном пути. Но она не могла не замечать связанных с ним трудностей. История Фордов — это не рассказ о лучших и способнейших, поднявшихся на самый верх исключи­тельно за счет своих усилий. История этой семьи, как и многие истории о тех, кто добился успеха, намного сложнее.

Объективно оценивая свое прошлое, мы вынуждены признать, что достигнутые нами успехи есть результат не только наших соб­ственных усилий, но и определенных преимуществ, сформиро­вавшихся задолго до нашего рождения, а также не заслуженных нами возможностей. Можно ли назвать Джо Флома величайшим адвокатом? Вероятно, да. Но сам вопрос сформулирован неверно, поскольку достижения Флома неразрывно связаны с его националь­ностью, поколением, особенностями швейной промышленности и предрассудками, присущими крупным юридическим конторам. Билла Гейтса можно заслуженно считать гением. Но даже он — один из богатейших людей в мире — не приписывает свой успех исключительно собственным заслугам. «Мне крупно повезло» — вот первое, что он говорит. И ему действительно повезло. Ведь в 1968 г. клуб матерей школы «Лейксайд» приобрел компьютер. Ни хокке­исты, ни Билл Джой, ни Роберт Оппенгеймер, ни любой другой успешный человек не имеют права смотреть на остальных свысока и заявлять: «Я всего добился самостоятельно». Потому что истинное понимание успеха требует, помимо всего прочего, смирения.

5

Формально особенных можно определить как людей, чья жизнь выходит за общепринятые рамки, — они являются исключением из всех правил. На первый взгляд кажется, что так и появляются гении, миллионеры и звездные спортсмены. Но их истинная сущ­ность кроется в том, что они вовсе не являются особенными. Даже самые выдающиеся из нас крепко связаны с собственной историей и обществом — и это не может не будоражить воображение. Се­креты успеха можно раскрыть и воспроизвести. Присмотревшись повнимательнее к азиатам, вы увидите не нацию гениев, достигших невообразимых высот в математике, а сообщество людей, которым повезло получить в наследство умение усердно трудиться. Мы все можем усердно трудиться. Спросите Мариту. Ложные истории, с помощью которых мы описываем успех, — люди, которые сде­лали себя сами, прошли путь от бедности к богатству — призваны вдохновлять. Но не делают этого. Они превращают величайшие до­стижения в исключительные и неповторимые. Настоящие истории успеха — при всей своей сложности, своеобразии и нюансах — на­много

более вдохновенны.

Мою прапрапрапрабабушку купили в Аллигатор-Понде. В резуль­тате ее сын, Джон Форд, был благодаря цвету своей кожи избавлен от рабства. Культура возможностей, которую столь блестяще Дейзи Форд использовала в интересах своих дочерей, возникла благодаря особен­ностям социальной структуры, принятой в Вест-Индии. А моя мать своей образованностью обязана забастовщикам 1937 г. и трудолюбию мистера Чанса. Это подарки истории, врученные моей семье, но если бы деньги бакалейщика, результаты забастовок, культурные возмож­ности и привилегии, связанные с цветом кожи, выпали на долю других людей, кто бы сейчас жил в чудесном доме на холме?

Благодарности

Приятно сознавать, что книга «Гении и аутсайдеры» удалась именно такой, какой я ее задумывал. Но это результат коллективного труда. И как всегда, я черпал вдохновение из работы Ричарда Нисбетта. Я много размышлял над его «Культурой чести», и мои размышления легли в основу этой книги. Спасибо вам, профессор Нисбетт!

По своему обыкновению я уговорил друзей провести критический разбор нескольких вариантов рукописи. К счастью, друзья согласи­лись и тем самым помогли мне сделать «Гениев и аутсайдеров» несрав­ненно лучше. Огромное спасибо за это Джейкобу Вайсбергу, Терри Мартин, Роберту Маккраму, Саре Лайалл, Чарльзу Рэндольфу, Тали Фархадиан, Зое Розенфельд и Брюсу Хедламу. А Стейси Калиш и Сара Кесслер тщательно проверили все факты, приведенные в книге.

Отдельные слова благодарности редактору Сюзи Хансен — она настоящий волшебник!

Дэвид Ремник любезно согласился освободить меня на некото­рое время от моих обязанностей в журнале The New Yorker, чтобы я мог завершить работу над книгой. Спасибо!

Генри Финдер, мой редактор в The New Yorker, помог мне на­править мысли в верное русло, и, кстати, уже не в первый раз. Я так давно работаю с Генри, что у меня даже появился «внутренний Фин-дер», как я его называю. Это мой внутренний голос, который делится со мной мудростью Генри в его отсутствие. И оба Финдера — и вну­тренний, и внешний — просто незаменимы для меня.

Хочу сказать спасибо и Биллу Филипсу. Мы с Биллом не раз выручали друг друга, и я бесконечно благодарен ему за то, что он вновь пришел мне на помощь.

Уилл Гудлэд и Стефан Макграф из английского издательства Penguin, а также Майкл Питш и Джофф Шандлер из издательства Little, Brown прочли рукопись от корки до корки. Хотелось бы вы­разить благодарность и остальным членам команды Little, Brown: Хизер Фейн, Хизер Риццо и Джуни Дан.

Спасибо моей подруге Памеле Маршал, которая родом, как и я, из Канады. Она творит со словами настоящие чудеса! Не представ­ляю, как бы я издал книгу без ее участия.

Тина Беннетт, мой агент, работает со мной много лет. Она про­ницательна, умна, участлива и обладает огромной мудростью. Когда я думаю о том, сколь много она для меня сделала, то понимаю, что мне повезло не меньше, чем хоккеисту, родившемуся 1 января.

Но самую горячую благодарность я хотел бы выразить своим родителям, Грэму и Джойс. Эта книга о том, как важно работать, и именно мой отец привил мне понимание содержательного труда. За что бы он ни брался — от решения сложнейших математиче­ских задач до ухода за садом, — он делал это с энтузиазмом, удо­вольствием и упорством. Я хорошо помню, как смотрел на отца, сидящего за рабочим столом, и понимал, что он счастлив. Тогда мне еще было неведомо, что это самое ценное наследие, какое отец может передать сыну.

Мать научила меня выражать свои мысли, раскрыла красоту простых и четких фраз. Она прочла каждое слово этой книги и помогла мне сделать ее совершеннее. Моя бабушка Дейзи, которой посвящены «Гении и аутсайдеры», дала моей матери шанс, а та, в свою очередь, подарила его мне.

Эта книга изменит ваше представление о гениальности и успехе