HTML
Шрифт:
4. Имена собственные
Незадолго до того, как Стелле должно было исполниться три года, Марина спросила дочь, что она хочет получить в подарок на день рождения.
– Самосвал, - не задумываясь ответила дочь.
– Почему самосвал?
– недоуменно спросила мать.
– Потомушто хочу как у Листика, большой и красивый, упрямо заявила Стелла.
– Листик - мальчик, а ты - девочка, - сокрушенно вздохнула мать.
– Ты должна в куклы играть!
– Почему в куклы?
– Потому что ты - будущая мать.
– Не хочу быть матерью, хочу быть шофером самосвала,
После этого разговора Марина поняла, что она сделает большую ошибку, если с раннего детства не начнет развивать в дочери материнские инстинкты. Она стала мечтать о том, чтобы подарить Стелле замечательную американскую куклу Барби. Такую куклу она однажды видела у дочери своей подруги, муж которой работал шофером в МИДе и часто выезжал в загранкомандировки. Марине сразу так полюбилась эта очаровательная кукла, что ей самой тут же захотелось в нее поиграть, как в детстве. "Вот и отлично, - решила Марина, - подарю Стеллочке Барби, - будем вместе в нее играть".
Однако у Марины не было "выездного" мужа, который мог бы ей привозить из-за границы фирменные вещи, поэтому мечта о Барби была за пределами ее возможностей и пришлось ограничиться обычной куклой Катей из Детского мира. Катя, правда, тоже была симпатичной, но не было в ней какого-то особенного западного лоска, и при взгляде на нее у Марины не возникало желания играть в куклы. "Ладно, - подумала она с горестым вздохом, когда купила Катю, - назовем ее Барби в память о несбыточной мечте".
В день рождения Стеллы Марина с Игорем положили Катю-Барби на кровать у изголовья дочери, Игорь чмокнул спящую именинницу в белые кудряшки и отправился в мастерскую: хоть и была суббота, ему срочно нужно было заканчивать бюст шестилетнего Ильича для детдома. Когда он вернулся к обеду, дочь опять спала сладким полуденным сном, а заплаканная жена нервно металась по квартире.
– Что случилось?
– забеспокоился Игорь.
– Эта маленькая идиотка отдала свою куклу Листику! набросилась на него жена, как будто он был в чем-то виноват.
– Как отдала?!
– не понял Игорь.
– Выменяла на самосвал?
– Нет, просто подарила!
– зарыдала Марина.
– Она что, не понравилась ей?
– В том-то вся и беда, что понравилась!
– заорала жена.
– Ничего не понимаю, - сказал Игорь.
– Может, ты мне объяснишь, что же все-таки произошло?
Из рассказа Марины выяснилось следующее: когда Стелла проснулась и увидела рядом с собой куклу, она была безумно счастлива и тут же стала увлеченно разговаривать и играть с ней. Марина сказала дочери, что она должа относиться к кукле бережно, как к своему ребенку, и показала, как нужно расчесывать ей волосы, как ее раздевать-одевать и как мыть. Когда пришло время утренней прогулки, Стелла захотела взять куклу с собой и даже заботливо укутала ее в обрезок фланели, потому что на улице было морозно. Во дворе они встретили Листика с "этой сучкой"...
– С какой еще сучкой?
– удивленно спросил Игорь.
– С его матерью!
– закричала Марина, поражаясь бестолковости мужа, будто она давно, а не только сейчас, стала называть так мать Листика.
Игорь
– Нужно было просто забрать, и все, - пожал плечами Игорь, удивляясь женской беспомощности.
– У тебя все просто! Что мне, драться с чужим ребенком?! Я сказала "этой сучке", чтобы она отобрала куклу, а она нагло ответила, что не хочет травмировать ребенка и дома поговорит с ним, чтобы он отдал добровольно, а я поверила, как дура! снова расплакалась Марина.
– А потом она позвонила и нагло заявила, что Листик нашу куклу отдавать категорически не хочет, и предложила мне деньги...
– Ну, так давай возьмем и купим еще одну куклу, попытался успокоить жену Игорь.
– Лучше купи ей самосвал, мудак несчастный!
– завыла Марина.
– Ты так ничего и не понял! И вообще, это из-за тебя все!
– Почему из-за меня?
– действительно не понял Игорь.
– Потому что когда она у тебя спросила, откуда берутся дети, ты сказал, что женщины дарят их мужчинам, вот она и решила, дура, подарить своего "ребенка" Листику!
Игорь озадаченно молчал. Он даже не мог представить себе заранее, что его невинное объяснение ребенку тайны происхождения детей может привести к таким трагическим последствиям.
– Ты эту кашу заварил - ты и расхлебывай!
– мрачно заявила Марина.
– Как?
– Позвони Мишке, сучкиному мужу, поговори с ним по-мужски, - почти уже спокойно сказала Марина, - он тебя поймет, не хочет же он, чтобы его сын гомиком вырос... Просто этой сучке самой кукла понравилась!
– неожиданно осенило Марину.
Игорь был знаком со своим соседом Михаилом только, как говорится, "шапочно", и ему было не очень-то удобно обращаться к нему по детским вопросам, но что оставалось делать? Марина набрала номер - к телефону подошла жена Михаила и ответила Игорю, что Михаил уехал на рыбалку, вернется поздно вечером. Тогда Марина с Игорем, чтобы не скучать от бездействия, разбудили Стеллу и стали проводить с ней воспитательную работу.
– Я тебе строго-настрого запрещаю с сегодняшнего дня и впредь выносить что-либо из дома! Ты поняла меня?
– попыталась внушить Марина дочери.
– Поня-яла, - ответила Стелла, зевая спросонья.
– Нет, ты не поняла!
– тряхнула ее за плечи Марина.
Стелла неожиданно, безо всякой подготовки разревелась (она поняла только одно: родители больше не любят ее). Все внушение продолжалось меньше минуты, а потом весь вечер пришлось успокаивать ребенка.
В одиннадцатом часу ночи, когда Стеллу опять уложили спать, наконец позвонил Михаил и попросил Игоря зайти к нему.