Чтение онлайн

– Кто-то открыл окно, - сказал я.

– Сомневаюсь, - ответил Джейк и указал в левый угол комнаты.

Сначала это была просто более темная тень, которая, казалось, втягивала в себя свет, оставляя лишь горький холод. Мои глаза напряглись, пытаясь разглядеть детали, пока пение звенело в ушах, а комната вибрировала в такт. Светильник лениво раскачивался в ритме.

Все мое тело тряслось, вибрируя в такт. Голова закружилась, и стены подвала словно расплавились и потекли. Свет отступил в огромную даль, пока не стал едва заметной точкой в одеяле тьмы, и я остался один, в соборе пустоты,

где не существовало ничего, кроме тьмы и пульсирующего пения.

Я увидел звезды - обширные просторы золота, синевы и серебра, танцующие в огромных пурпурных и красных облаках, которые ткали паутину величия над бесконечными просторами. Фигуры двигались внутри и среди туманностей; темные, призрачные тени наводили бледность на целые галактики, тени, которые скакали и кружились, танец становился все более неистовым. Меня качало, словно в сильном приливе, но с каждым ударом пульса мне было все равно. Я отдался этому, потерявшись в танце, потерявшись в звездах.

Не знаю, сколько я блуждал в пространстве между. Я забыл себя, забыл Джейка, танцуя в безбрежности, где имел значение только ритм.

Через некоторое время мне приснился сон. Мне снились похороны - открытый гроб, где бледное лицо Джейка смотрело на меня, лицо, которое я едва мог разглядеть сквозь слезы. Я протянул руку, чтобы коснуться его щеки.

Выстрел вернул меня - словно рыбу на крючке, неохотно протащили сквозь слишком узкое отверстие, и я вынырнул в яркий свет холодного подвала.

Джейк стоял в боевой стойке, расстреливая обойму в угол. Я выхватил свой пистолет и присоединился, хотя не видел ничего, кроме темной тени. В ушах звенело, почти оглушенный выстрелами в тесном пространстве. Слишком быстро мой курок щелкнул впустую. Эхо затихло, оставив после себя мертвую тишину.

Мы с Джейком стояли в тихом, пустом подвале, который внезапно показался теплым и душным. Мы переглянулись и бросились к лестнице бегом. Он опередил меня, но я был рядом, когда мы ворвались в прихожую и, спотыкаясь, почти падая, вылетели на подъездную дорожку. Одеяло холодных звезд насмешливо смотрело на нас сверху, пока мы уезжали, оставляя визг шин.

– Какого хрена только что произошло?

Снова бар "О'Хара", и еще черного эля, запиваемого виски. Джейк не проронил ни слова с тех пор, как мы покинули подвал, но по крайней мере его руки перестали дрожать, когда мы приступили ко второй пинте "Гиннесса".

– Фокусы и гребанное колдовство, - сказал он.
– Вот что, блядь, произошло. Я же говорил тебе, что здесь что-то нечисто. Я же говорил.

То, что я видел - и чувствовал - там, в подвале, было немного больше, чем просто нечисто, но я знал, когда лучше промолчать.

– Мы напали на след, - сказал Джейк.
– Кто-то пытался нас предупредить.

– Вообще-то, я думаю, у них получилось, - сказал я и сделал еще глоток "Гиннесса", пытаясь согреть тело, все еще хранившее слишком много памяти о танце в холодной бесконечности.

Джейк достал маленькую записную книжку - я совсем забыл о ней, но она все это время была у него в кармане.

– Вот оно, - сказал он.
– Это то, что поможет нам раскрыть дело.

Я не был уверен, откуда у него такая уверенность, но

я доверял его инстинктам. Он начал листать страницы.

– Может, нам просто оставить это?
– сказал я.
– Я кое-что видел там. Я...

– Я не хочу знать, - ответил Джейк. На этот раз в его глазах был не страх - мольба.
– Что бы мы ни видели, это был просто трюк. Что еще это могло быть?

Я задавал себе этот вопрос всю дорогу домой. Я упал в постель, но сон долго не шел. Когда я наконец провалился в дремоту, мне приснились танцующие галактики, обнаженные женщины, лежащие на грубо вырезанных кругах, и мертвые глаза Джейка, смотрящие на меня сквозь слезы.

Я проснулся разбитым, а когда пришел на работу, мы попали в перестрелку проезжавшей машины, которая отняла у нас большую часть утра. Когда наконец выдалась спокойная минутка в участке, Джейк оттащил меня к кофейному автомату.

– Я показал Каспервичу записную книжку. Он говорит, это простой шифр подстановки. Он работает над ней. Через час-другой будет результат.

– И что потом?
– спросил я. Я был измучен. Я не видел хорошего конца на пути, которым шел Джейк, и все время видел тот последний сон, где он лежит в гробу. Мной овладело дурное предчувствие, и больше всего мне хотелось просто раствориться в повседневной рутине и забыть о деле Митчелла. Но Джейк был моим напарником, а это многого стоило. Я решил поддержать его - по крайней мере, пока.

Он не заметил моей нерешительности.

– Я же говорил тебе - мы раскроем это дело. Мы напали на след. Я чувствую это нутром.

В моем нутре был только холод, глубокий озноб, который не мог прогнать даже кофе. Джейк что-то прошептал, когда мы вернулись к своим столам. Я не совсем расслышал и не знал, насколько важным это окажется.

– Я видел это.

– Это дневник, - сказал Каспервич, бросая записную книжку на стол Джейка и отправляя его пятьдесят баксов во внутренний карман.
– Даты и места, я предполагаю, каких-то деловых встреч, так как многие имена из его контактов появляются и там. Но если это деловые встречи, время и место не сходятся - если только я не ошибся, все эти встречи происходят в тихих местах, глубокой ночью.

Джейк поднял на меня глаза и улыбнулся.

– Видишь - я же говорил, что тут нечисто.

Он повернулся к Каспервичу.

– Когда следующая запланирована?

– Через два дня - но его там не будет, правда?
– сказал Каспервич.

– Не будет. Но мы будем, - ответил Джейк. На нем было боевое лицо, и он вцепился в это зубами. Что бы я ни сказал, это ничего не изменит. Все, что я мог - идти с ним и надеяться, что смогу предотвратить тот сон с гробом.

Встреча в четверг была назначена на два часа ночи в заброшенном складе в доках. Мы с Джейком приехали пораньше, около полуночи. Припарковались подальше и пошли пешком по аллеям между заброшенными офисами и фабриками. Наши отцы работали здесь, давным-давно, и в детстве мы бегали по этим же докам, тогда еще полным рабочих, шума и жизни. Теперь они были так же мертвы, как подвал под домом Митчелла, и чертовски холодны. Мы устроились на балках, оставшихся от стропил склада, и попытались устроиться поудобнее в ожидании долгой слежки.