Чтение онлайн

— Господь решил вернуть вас на землю, решил подарить вам ещё немного жизни, чтобы вы позабыли о зле и начали творить добро… В ваших руках — ваше спасение. И если вы пройдёте это испытание, если добрые дела покроют ваши грехи, то Бог простит вас. А теперь встаньте и идите до края лужайки. Там — единственный путь возвращения смертных на землю. — Ангел умолк и исчез.

Ирина и Виталий словно очнулись от сладкого сна. Переглянулись и молча пошли к краю лужайки. Там клубился лёгкий туман. Очутившись в тумане, грешники вдруг почувствовали, как поток воздуха подхватил их и куда-то

понёс с невероятной скоростью.

Следующим реальным ощущением Виталия стало неудобство в затёкшей спине. Он пошевелил ногами и руками — они тоже онемели и озябли. Под Виталием был голый металлический стол, и сверху всего лишь простыня. Он повернул голову к соседнему столу, от которого послышались вздохи и возня. Там лежала в чём мать родила Ирина и тоже пыталась освоить реальность бытия: она лениво и осторожно двигала ногами и руками, шевелила пальцами. Заметив, что Виталий на неё смотрит, с возмущением воскликнула:

— Эй, парень! Чем глаза на меня пялить, лучше бы со стола встать помог. Кажется, я и ходить по-земному разучилась. Все тело онемело. Да и холод в этом заведении собачий! — Ирина ещё что-то хотела добавить, но послышались шум и разговоры за дверью. Кто-то открывал замок. Женский голос полушёпотом объяснял кому-то:

— Вот увидите, товарищ майор, нет их там. Были, а теперь нет…

Мужской взволнованный голос подтвердил:

— Представьте себе: только что были рядом, под руками, даже тёплые ещё, не успели остыть… И вдруг раз — и нет…

— Ох, Василий Васильевич, я бы ещё Женечку понял, — послышался третий голос, — она натура романтическая, фантастикой, наверное, увлекается… Но вы-то… это несерьёзно. Ну вот чёртов замок наконец-то открылся… Вы его со страху на семь оборотов, похоже, закрыли?

Ирина и Виталий замерли. Бежать и прятаться бесполезно — некуда. Да и незачем. Все равно надо как-то легализовываться, возвращаться в эту жизнь. Будь что будет.

— Давай скажем, что мы все это время в летаргическом сне были и знать ничего не знаем, — шепнул Виталий Ирине перед тем, как дверь открылась и в анатомичку вошли трое: майор Купряшкин, судмедэксперт Василий Васильевич Крюков и его ассистентка Женечка Иванова. Какого же было их изумление, когда они увидели на столах два шевелящихся трупа. Василий Васильевич упал в обморок, снова раскровенив себе затылок, а Женечка душераздирающе завизжала и выбежала из подвала. Майор, не обращая на них внимания, крякнул, прибавив вслух комбинацию из трех слов, и, подойдя решительным шагом к столам, громко и чётко скомандовал:

— А ну, встать, одеться и быстро объяснить, что тут происходит! — И для пущей острастки сдёрнул простыню с Виталия. Тот не стерпел такого командирского тона и обиженно произнёс:

— Вместо того чтобы орать, майор, ты бы лучше одёжку нашу вернул и даме помог с этого операционного стола слезть. А то хватаете на улице всех без разбору, и тут же готовы кишки выпустить. А ваши спецы, — он показал пальцем на обморочного Василия Васильевича, — летаргического сна от смерти отличить не могут.

Майор ничего не ответил на это. Он засуетился, ища вокруг какую-нибудь одежду, чтобы прикрыть наготу бывших покойников.

Наконец он догадался снять с вешалки белые халаты, один бросил Виталию, другой накинул на плечи Ирины и стал помогать ей спускаться со стола, чтобы она не поцарапалась о его зазубрины. Потом сказал:

— Предлагаю поскорее убраться из этого подвала, пока Женечка не собрала сюда весь институт. Вы в состоянии идти? — спросил он Ирину. Она обворожительно улыбнулась и сказала на это:

— С вашей помощью, господин майор, хоть на край света!

— Там нам пока делать нечего; а вот до моей машины дойти придётся, поедем в отделение. Там мы протокольчик составим, как полагается. И во всём не спеша разберёмся.

Когда Ирина с Виталием вышли из районного отделения милиции, было раннее утро. Площадь перед исполкомом залита ярким солнечным светом. Грешники глубоко вздохнули свежим, ещё не запылённым земным воздухом. По старой семидесятилетней традиции площадь с утра тщательно мыли, хотя здание райкома партии давно перестало вызывать душевный трепет у горожан, проходивших мимо. Уютные кабинеты бывших партийных деятелей сейчас занимали сотрудники банка «Соцразвитие», не менее любящие комфорт и власть.

Ирина и Виталий оглянулись вокруг, с удовлетворением отметив, что ничего не изменилось за время их отсутствия.

— Ну, что будем дальше делать? — спросил, как бы вслух размышляя, Виталий.

— Не знаю, что будешь делать ты, — ответила Ирина с раздражением, — а я в первую очередь приму ванну. — И она бросила красноречивый взгляд на свои запылённые ноги, обутые в чужие разношенные туфли, которые ей уступила жалостливая уборщица отделения.

Но Виталия явно не интересовали ни ноги, ни туфли компаньонши. Он счастливо улыбнулся и потянулся до хруста в суставах:

— Господи, как хорошо на земле! Давай быстро по домам! Я голодный как волк.

Они поспешили на автобусную остановку, так как их автомобили находились в этот момент в Госавтоинспекции. Майор Купряшкин обещал их вернуть, но пока кончится вся эта бумажная волокита с протоколами, целая жизнь пройдёт.

Подошёл десятый автобус, и Ирина, кокетливо помахав рукой своему спутнику, поднялась в переполненный салон. Виталий втиснулся следом. Ирина усмехнулась:

— Я ещё не забыла дорогу до дома, сама найду!

— А я не собираюсь тебя провожать, мне тоже нужен десятый.

— На какой улице ты живёшь? — вдруг осенила Ирину занятная мысль. — Скажи уж откровенно, что набиваешься ко мне в гости.

— Если откровенно, то в гости к тебе не мешало бы. Надо всё-таки обсудить наши совместные дальнейшие действия. Мало ли что…

— Что ты имеешь в виду? И кстати, мне пора выходить — моя остановка!

— И моя тоже.

Выпрыгнув из автобуса, Ирина чуть ли не бегом припустила к серым однообразным пятиэтажкам. Оглянувшись, увидела, что Виталий следует за ней. Остановилась и, дождавшись его, сердито, с издёвкой бросила: