Чтение онлайн

– Ужасть!
– констатировал водитель и снова присосался к бутылке. Эша скосила один глаз туда, где у обочины стояла ее "фабия". На заднем сиденье машины теперь был закреплен небольшой террариум, который дал ей Сергей Данилович. К ужасу Шталь, коллекция птицеедов, практически полностью уничтоженная в магазине ис-пуганными покупателями, принадлежала ему - к арахнолюбу вломились почти сразу же после ее ухода. Вероятно, зооДарья хаживала туда и раньше разговаривать с пау-ками, заранее отведя им роли камикадзе, впрочем ничего связного по этому поводу Сергей Данилович сказать не мог, пребывая

в состоянии совершенной прострации. Большинство погибших пауков были совершенно безобидными, хотя было и не-сколько весьма опасных экземпляров, в том числе его гордость - металлика. Без-утешный арахнолюб продемонстрировал Эше ее фотографию, и Эша, конечно же, не стала говорить, что шмякнула гордость Сергея Даниловича бадминтонной ракеткой, после чего она погибла под банкой ананасов. Она попыталась вручить огненно-коленного птицееда его владельцу, и тут свершилась странность. Птицеед категори-чески отказался вручаться, и с удивительным, несмотря на отсутствие одной ноги, проворством юркнул обратно в шталевскую сумку, после чего Сергей Данилович заявил, что Эша должна оставить его у себя.

– Вы с ума сошли, - сказала Шталь и сказала еще много других всяких слов, после чего совершенно ошарашенная покинула разгромленную паучью ферму с террариу-мом под мышкой и указаниями по уходу за сидевшим в террариуме пауком. Паук имел умиротворенный вид. Шталь никогда не видела умиротворенного паука и поня-тия не имела, что с ним делать дальше. Наверное, сдаст в зоомагазин в ближайшем же городе.

– Значит, вы знали, что Колтаков... что он своих... и в общем... ага?

– Я догадывался, что это сделал он, - Ейщаров отхлебнул из бутылки и вручил ей.
– Но точных доказательств у меня не было, достать тех монеток, что были при телах, нам не удалось, и уж точно я не знал, что Колтаков - зараженный. Он очень слабый Говорящий. Он решился затеять все это спустя почти год, решив, что вполне готов, но...
– Ейщаров развел руками, несколько секунд наблюдал за тем, как Шталь пыта-ется затянуться незажженной сигаретой, после чего щелкнул зажигалкой.
– В любом случае, вся схема была весьма зыбкой, вполне возможно, что затея вообще бы не со-стоялась. Мы знали их специализацию, мы знали, куда и к кому, мы знали, что они самоуверенны и рискуют - часто по-глупому... Но мы не знали их в лицо. И мы не знали, что эта безумная затея Влада действительно удастся. Он и раньше был со странностями, а после знакомства с этой компанией сильно сдал...

– Значит, я была вам нужна для того, чтобы затея Влада точно состоялась?!
– мрачно спросила Эша.
– Чтобы не было никаких отклонений, посторонних случайно-стей? Чтобы они пришли за ним... и чтобы они нашли его. Поэтому вам было доста-точно лишь моего постоянного присутствия рядом с ним.

– Ваш побег немного усложнил задачу, - Ейщаров забрал у нее бутылку.
– И под-верг вас серьезной опасности, а нам пришлось разделять наблюдение на Колтакова и на вас. Мы не могли подходить близко, ведь таким образом можно было нарушить ваши разговоры с Судьбой. И по той же причине не могли рассказать вам все.

– Глупость какая-то! Вы постоянно твердите о моих разговорах с судьбой, но я по-чему-то о них ничего не знаю! А

чего б вам теперь всех Говорящих так не ловить? Посадить меня куда-нибудь, и пусть сами ко мне приезжают!

– Во-первых, для этого нужно иметь много сведений о каждом из них. А во-вторых, Эша, это уже наглость.

Шталь потянулась за бутылкой, но та уже перекочевала к Михаилу, и она сердито отдернула руку.

– Вы знали, что они нападут именно в магазине?

– Он был в нашем списке. Но чтоб в точности - нет, не знал.

– Вы сволочь!
– торжественно заявила Эша и откинулась на склон холма, роняя сигаретный пепел себе на голый живот. Олег Георгиевич, хмыкнув, протянул руку и аккуратно смахнул пепел.

– Сделайте так еще...
– сонно пробормотала Эша, и Михаил отчего-то закашлялся.

– Я рисковал вашей жизнью, Эша Викторовна, - негромко произнес Ейщаров.
– Я прошу у вас прощения.

– Вы использовали меня втемную, - Эша забросила руку за голову.
– И знаете, я бы с удовольствием вам все-таки врезала, если б была не вынуждена признать все это до идиотизма хорошей стратегической операцией. Все попались в полном составе, да еще и злобный зараженный гангстер... М-да, не везет мне с мужиками!.. А эти Гово-рящие правда родственники?

– Да. Дедушка и внучки.

– Какая чудная история, - Эша приподнялась на локте.
– А каким будет следующее задание.

– Следующего задания не будет.

Михаил снова закашлялся, а Шталь мгновенно на четверть протрезвела.

– Вы... как?.. чего?! Вы что - меня увольняете?!

– Ну почему ж так сразу - увольняю, - Ейщаров улыбнулся.
– Если захотите ос-таться в моем штате - пожалуйста. Я подберу вам хорошую работу. Или посодейст-вую получить любую должность там, где вы захотите. Помните, я вам обещал...

– Нет!
– отрезала Эша, потянулась и схватила бутылку.

– Не помните?

– Не хочу! Их нужно искать, а я их нахожу, не правда ли? Я... Олег Георгиевич, - заныла она.
– Пожалуйста, не надо! Я ведь хорошо работаю! Я буду вас слушаться, и вы можете кричать на меня по телефону, как обычно! Я к этому привыкла!

– Вы с ума сошли, Эша?
– в голосе Ейщарова послышалось легкое удивление.

– Я сошла с ума двадцать первого марта ровно в двенадцать двадцать, когда под-писала с вами контракт!
– Эша запрокинула голову и огласила ночной воздух про-должительным бульканьем.
– Поздно что-то менять! Я сумасшедшая, мне по паспор-ту двадцать четыре, моему телу двадцать шесть, а мне самой, как сказала одна крутая экстрасенша, четыре года! Чего мне терять?!

– Я подумаю, - сказал Олег Георгиевич с искренней озадаченностью, после чего подтолкнул Михаила. Тот встрепенулся, повел очами по сторонам, после чего сказал:

– Ах, да! Знаешь... Эша, я тут много думал над тем, что ты тогда сказала...

– Это большая честь для меня, - чопорно ответствовала Эша. Перегнувшись через Ейщарова они обменялись рукопожатиями и сонно покивали друг другу, после чего Михаил вытащил небольшой столовый нож.

– Ты опять за свое?!
– возмутилась Шталь и нагнулась, прячась за ейщаровскую спину. Михаил отчаянно замотал головой.