Чтение онлайн

– Это Анюта сказала?

– Да... Ребёнок не знает, конечно, названий сёл. Но просила на обратном пути, на половине дороги повернуть налево. В большую деревню. А это только Воскресенки. Других больших сёл там нет.

– А что там такое?
– Спросил Шило.

– Анечка не знает. Сказала только, что мы там нужны.

Шило пожал плечами.

– Ну, нужны, так нужны. Горячего хлеба заодно поедим. Деньги то взяли?

– Взяли, взяли.
– Успокоила Бабка.
– Ну, всё. Тронулись.

Выкатили поезд

из гаража, в воротах помахали стоящим на террасе Анечке и Оле, и попылили в поход.

Дорога "туда" не стоит описания. Ничего примечательного не произошло.

Так... Лёгкая увеселительная прогулка.

Но вот природа! Природа в Улье - чистейшая. Нигде никто не дымит печами, трубами, заводами и фабриками. Редкие автомобили - не в счёт.

Тихий шорох колёс по щербатому асфальту. Свежая, как будто специально помытая зелень лесов и лугов. Прозрачное небо, в котором, если приглядеться, видны звёзды. И запахи девственной природы во встречном ветерке.

Пашка прощупал товарищей на предмет самочувствия. Все просто блаженствовали.

Всегда молчаливая Ванесса, заявила.

– Какой воздух. Боже, какой воздух. Шестьдесят пять лет на земле прожила, ничего подобного не ощущала.

Через пару часов, не въезжая в Байбы, остановились. Бабка описала ситуацию.

– Тварей много. Село-то оказывается - большое. Но крупных нет. Так... Мелочь всякая. Детей уже подъели. Имунных, если были, видимо тоже.

Танечка, спросила страшным шёпотом.

– Как это, "детей подъели"?...

– Маленькие дети не заражаются. Я же тебе рассказывала. Их едят первыми.

Тьма не успокаивалась.

– А почему...
– дыхание у неё перехватило, - ...а почему никто не приехал, не помог?...

– Так. Ладно. Этот разговор отложим на потом. Тьма! Ты способна работать? Или сопли помешают?

Таня вздохнула несколько раз шумно и глубоко.

– Да. Всё. Я готова.

– Тогда, Скорый, командуй.

– Короткий, съезжаем с шоссе на грунтовку, подходим к околице. Сначала проверяем вон тот первый дом. Бабка, там есть твари?

– Да. Две человеческие и одна собачья.

– Их отстреливаем. Шумим. Разворачиваемся, отъезжаем вон до той развилки. И ждём... Дамы, очередями не строчить. Только одиночными и только в голову. Соблюдайте режим экономии...

– А что, у нас мало патронов, - поинтересовалась Таня.

– Патронов у нас навалом, но они не бесконечны. Начали.

И Короткий направил пепелац в сторону села.

Устроили бойню. В принципе, ничего особенного.

Был, правда, один момент. Из леса вывалилась толпа тварей, которые подобрались слишком близко. Шило, в азарте, выскочил из машины, выхватил тесак и, включив ускорение, за полминуты порубил штук двадцать заражённых. Просто как смерч налетел. Воздух загудел от вращающегося мачете, и головы бедных тварюшек посыпались, словно горох. Ромка вернулся на своё место и, тяжело дыша, победно осмотрел товарищей.

Бабка укорила.

– Позёр.

Но

Беда поправила.

– Просто тренирует дар.

Мясорубка продолжалась около получаса. Только и слышалось.

– Шило. Магазин.

– Короткий. Магазин.

И так по порядку.

В самый разгар бойни Танечка бросила в эфир, сообщив, как учили, сначала свой позывной.

– Тьма... Я устала. Автомат тяжёлый. Уже руки ноют.

Пашка успокоил.

– Отдохни золотце. Сколько ты настреляла?

– Один магазин полный и второго больше половины.

– Посиди, мы сами управимся... Тебе ещё рано большие нагрузки... Беда. Ты как?

– Что как? Нормально я.

Пашка укорил Бабку.

– Шеф, ты почему пропустила стаю из леса?

– А они никакой опасности для нас не представляли. Одни пустыши. Хромоногие, да кривопузые. Вон Шило как повеселился...

Пашка рыкнул недовольно.

– Шеф, ты давай не молчи, ты сообщай. Привыкай выдавать полную картину. Это тренировка, но будь добра, веди себя как в бою.

– Есть мой генерал, - козырнула Бабка, и сообщила.

– На два часа с кормы, по огородам. Небольшая группа... Двенадцать единиц.

– Отлично. Так и продолжай.

– А всё. Нечего продолжать. Эти последние.

Когда управились с "последними" все уселись на свои места и одновременно выдохнули. Устали.

Скорый осмотрел окраину деревни, заваленную трупами, пробормотал.

– Ох и вонь тут будет.

Бабка успокоила.

– Через двенадцать дней перезагрузится.

И замерла, прищурилась, нахмурилась.

– Погодите. Вроде есть иммунный. Во-он там. В конце села, на отшибе домик. В доме кто-то есть. Сидит на месте. Не мечется. Как пить дать - иммунный. Трогай, Короткий. Направо. Вон туда.

Подъехали к неказистому домику, стоящему в самом конце деревни, слева от дороги, посреди запущенного огорода.

Скорый скомандовал.

– Короткий, развернись и попробуй подкатить к избе задом. Бронёй вперёд.

Короткий поманипулировал рычагами и прицеп послушно пополз назад, волоча за собой багги. Подкатились метров на двадцать. Скорый спросил.

– Он там живой вообще-то?

– Я его вижу. Значит живой.

– А ну-ка я его приголублю. На всякий случай. А то ещё пальнёт из какого-нибудь карамультука, блин. Потом выковыривай картечь из задницы.

И Пашка, хоть и с трудом, но дотянувшись до иммунного, усыпил его импульсом. Пошарил по пространству. Больше никого в зоне досягаемости не обнаружил.

– Ладно, я пошёл. Шило со мной.

– Угу.

Дверь, естественно, оказалась запертой изнутри.

Шило, как бульдозер, навалился на створку, внутри что-то хрустнуло, грохнуло, и дверь резко распахнулась.

Внутри, в полутьме, на стареньком кожаном диване, сидел старик. Склонив голову на плечо, он дрых, приголубленный Пашкиным "лечением". В руках дед, даже во сне, крепко держал двустволку.