Чтение онлайн

– Смотри вниз.

– Ты не можешь сделать это с моим плохим глазом?

На мгновение она снова становится собой, по крайней мере той Тиной, которую я помню.

– Прости, Пейдж, - затем холодность возвращается.
– Если ты действительно Пейдж.

Она смотрит на Ниа, и они кивают друг другу. Я дышу как паровоз. А затем ложка оказывается в моей глазнице. Боль притуплена наркотиками, но ощущение остается ужасно дискомфортным и вообще отвратительным. Я пытаюсь поднять взгляд на ложку, которая копается в моем глазу, но это настолько больно, что я понимаю, почему Тина велела мне смотреть вниз, и я подчиняюсь,

как раз вовремя - мой глаз выпадает с отвратительным хлюпаньем. К счастью (если это слово уместно), он падает всего на несколько сантиметров в ожидающую ладонь Тины в латексной перчатке. Теперь я полностью слепа - один глаз разодран в клочья, другой "безопасно" покоится в руке медсестры. Мое дыхание все еще частое и поверхностное, и я догадываюсь по теплу и бесконечным секундам, что Тина светит фонариком в мою пустую глазницу свободной рукой.

Она очень аккуратно вставляет его обратно, гораздо аккуратнее, чем на любом другом этапе этой процедуры. Мой глаз вращается, болезненный и воспаленный, но наслаждается возвращением в здоровое лоно своей глазницы. Отсутствие свободы ощущается как бальзам.

Тина обнимает меня. Я полагаю, это должно меня утешить, но сейчас это больше для нее. Я мягко похлопываю ее по спине.

– Без червей, я так понимаю, - усмехается Ниа.

Я смотрю на безкожую и надеюсь, что мой глаз не слишком распух, чтобы бросить злой взгляд. Тина отпускает меня, и я с удивлением вижу, что она вытирает нос. Неужели она действительно так переживала за меня?

– Мы думали, что все остальные погибли. Мы думали, что никого не осталось. Ты жива и не заражена. Это как чудо.

О. Значит, не за меня. Для нее важен просто сам факт моего существования.

– Я не долго проживу, если не получу еду и лекарства.

Она оценивающе осматривает мое израненное тело взглядом профессионала.

– Черт, ты в ужасном состоянии. Прости. А теперь еще и травму глаза добавили. Но это было необходимо. Видишь ли, эти угри...

– Да, я в курсе этой части, - говорю я сквозь стиснутые зубы.

Она достает нейростимулятор, кардиостимулятор и, к моему удивлению, то, что выглядит как медицинская версия дозатора. Она даже подключает физраствор, оценив, насколько низкий у меня уровень крови. (Похоже, в этом новом мире, где гематофаги - реальная угроза, медсестры считают нормальным носить с собой физраствор.)

Должно быть, мое состояние хуже, чем я думала. Даже когда Хелену ранили и охранница была без сознания, она не удостоилась такого уровня медицинской помощи. Тина подключает меня к трем разным медицинским устройствам и, закончив, протягивает безвкусный овсяный батончик. Настоящий оргазм у меня на губах.

Теперь мир в порядке. Ну, не совсем, очевидно, но моя грудь, глаз и щека медленно заживают, я полна наркотиков и физраствора, и наконец-то наполняю желудок. Я даже не на коленях, и я среди друзей... ну, друга и временного союзника, если быть точной.

– Что произошло?
– спрашиваю я, дав себе положенные тридцать секунд на то, чтобы насладиться восстановлением.

Ниа и Тина переглядываются.

– Что ты помнишь последним?

– Как просила у тебя совета.

Я кратко ввожу их в курс того, что случилось со мной и Заниб, и долгого периода потери сознания. Они сочувственно кивают при каждом

моем описании битвы с гематофагами, и обе, похоже, особенно заинтересованы тем, что дозатор, который я приложила к Заниб, подействовал и на гематофагов.

– Хм. Это интересные новости, - говорит Тина.
– Я подозревала это, но мы не проверяли воздействие лекарств на зараженных.

– До сих пор наш опыт показывал, что убийство носителя дает угрям возможность сбежать и заразить других. Мы потеряли много хороших людей, прежде чем поняли это.

– Поэтому они дали тебе условно-досрочное освобождение, я так понимаю?

– В общем-то, да, - отвечает Ниа, игнорируя мой сарказм или просто не обращая на него внимания.
– На данный момент это война между зараженными и чистыми. Любые другие различия... несущественны.

Пожалуй, обнадеживает уже то, что в человеческом опыте все еще есть ситуации, которые заставляют тебя доверять человеку, который меньше дня назад пытался убить тебя и всех твоих друзей.

– Что случилось, пока я была без сознания? Я так понимаю, все пошло... наперекосяк.

Я указываю на странное положение корабля.

– "Наперекосяк". Как мило, - ухмыляется Ниа.

– Что-то случилось там...
– объясняет Тина, указывая в сторону, как я понимаю, "Предначертанной Судьбы".
– Что-то плохое. Проссер не вернулась. Но Вернулись Хелена и Тампа. И они потребовали немедленного уничтожения.

Я потягиваюсь. Благодаря еде и лекарствам я снова чувствую себя почти человеком.

– И взрыв перевернул нас на бок?

Ниа дергает Тину за рукав.

– Нам нужно возвращаться. Она стабильна?

Тина кивает и наклоняется, чтобы помочь мне встать. Я могла бы посидеть еще пару часов, отдыхая, но не чувствую себя в безопасности в коридоре. "Боргвардт" выглядит как зона боевых действий. Переборки покрыты шрамами от лучеметов.

– На самом деле, мы ушли от взрыва, - говорит Тина, сопровождая предложение кряхтением, когда поднимает меня на ноги.
– Все было по инструкции, как по часам. Но затем отказали двигатели. Мы даже не вышли из атмосферы.

– Саботаж, - говорю я.

Это не вопрос. Тина все равно кивает. Она помогает мне идти по коридору к столовой.

– И мы приземлились так. Боком.

– По крайней мере, теперь мы знаем, как заражение попало на борт, - рычит Ниа, - из-за подружки вот этой.

Тина кивает и смотрит на меня. Я ничего не говорю. Конечно, технически это была вина Заниб. Но по сути, она не была виновата. Она делала свою работу. Предприняла все необходимые меры предосторожности. И, возможно, самое важное в моих глазах, она пострадала больше всех за свою ошибку. Если понадобится, я буду защищать ее до конца.

– До сих пор было много... напряжения. Большая часть команды винит колонистов в том, что заражение попало на борт. Я не перестаю говорить всем, что они вошли чистыми, но все равно много недоверия. Я... знаю, что ты, наверное, не хочешь марать имя Заниб, но эта информация поможет.

– Я понимаю.

Мы стоим снаружи шлюза в столовую. С новым положением корабля шлюз - это дыра в палубе, в которую нам нужно спускаться. Тина снова достает краскопульт.

– Встань у переборки. Э... у палубы. Ну ты понимаешь, о чем я.