Чтение онлайн

***

На вторые сутки безвылазного пребывания в своей спальне Рысь начал медленно сходить с ума от безделья. Не привык он целыми днями почивать на шелковых подушках, и очень сильно тосковал по движению и свежему воздуху. Только лекарь леди Париоти, навязанный на его и без того невезучую голову, запретил открывать окна, опасаясь, что пациента просквозит. Простыть Рысь, конечно, не боялся, но навестивший его в первый же день Эгирон взял с него слово, что тот во всем будет слушаться дядю лекаря. Слово, на свою голову, Яур дал, а нарушать обещания

был как-то не приучен. Вот и страдал теперь от собственной дури. Знал бы, чем все это обернется, и под пытками не пообещал бы.

Поворочавшись немного в постели, Яур воровато оглянулся и аккуратно сполз с кровати. Солнце стояло в зените, а значит, и Эгирон, и Дикиор заняты. Никто не должен нагрянуть к нему в это время суток. Подойдя к окну, он нерешительно протянул руку к створке и так и замер. Желание подышать свежим воздухом боролось внутри него с опрометчиво данным обещанием. В этом положении и застала его леди Париоти, решившая навестить пострадавшего.

Стук в двери был коротким и быстрым, Рысь даже не успел отреагировать. А затем она просто вошла.

— Что вы делаете? — спросила она, застав его у окна с протянутой рукой. Дымчато-серые, цвета пасмурного неба, глаза смотрели внимательно, с беспокойством.

— Э… Нет, ничего такого. — он повернулся к ней и быстро заложил руки за спину — Что вас привело ко мне, леди?

И только теперь она осознала, что вламываться вот так в спальню мужчины не очень-то хорошо. Яур стоял перед ней в одних спальных штанах белого цвета, длинные светлые волосы рассыпались по голым плечам, бронзовая грудь мерно вздымалась и опускалась. Но его это, похоже, не сильно смущало. А вот ее смутило.

— О! Я… — она густо покраснела и никак не могла с собой справиться, сердце, казалось, сейчас выскочит из горла — Я просто… навестить вас хотела.

Рысь, казалось, забавлялся ситуацией, поняв, отчего эта воспитанная сверх меры леди превратилась в нескладно блеющую девицу. Мало того, что ее лекарь над ним издевается, так теперь еще и сама явилась.

— Перестаньте! — с ноткой иронии протянул он — Как же вы замуж собираетесь выходить с такой-то скромностью?

Леди моментально вспыхнула и пошла в наступление, воинственно сверкая серыми глазами:

— Перестаньте ребячиться! Разве господин Аркис не велел вам лежать в постели? Зачем вы встали?

— Мне душно. — Рысь невозмутимо повел плечом — А ваш господин Аркис запретил мне даже окно открывать. Мне, по-вашему, следует тут задохнуться?

— Нет, не следует. Лягте.

Повелительный тон при пунцовых щеках показался Яуру забавным, и он улыбнулся.

— Что смешного? — тут же откликнулась леди Париоти — Мои слова для вас смешны? Вам смешна моя забота?

— Нет, простите. — решив не спорить, а то еще от Дикиора достанется, Рысь миролюбиво улыбнулся — Простите, леди. Я буду послушным.

Под теплым обезоруживающим взглядом янтарных глаз она несколько потеряла голову и еле слышно сказала:

— Сирина.

Яур остолбенел

от того, что высокородная леди дозволяет безродному коту называть ее по имени. Даже решил, что ему показалось:

— Что, простите?

Леди отмерла, быстро и сердито повернула голову в другую сторону:

— Ничего. Лягте, пожалуйста.

И тон такой, словно он ее раб. Впрочем, благородные все такие. И как только Яур вернулся в свою постель, Сирина подошла к окну и распахнула створки. Рысь молчал, продолжая наблюдать за ней, но она стояла и смотрела в окно.

— Как ваша голова? — наконец, выдавила леди.

— Благодарю за беспокойство. Она в полном порядке.

— Я так не думаю. Мужчины, словно малые дети, никогда не признаются в своей слабости. И вы не исключение. Вы ведете себя как озорной ребенок.

— Простите, госпожа. — подобострастно фыркнул Рысь.

— Вы слишком язвительный. — обиженно протянула она — Я сочувствую той девушке, на которой вы женитесь.

— Не расстраивайтесь так. — успокоил ее Рысь — Я пока не планирую обзаводиться семьей.

— По-видимому, вам не так уж и плохо. — леди Париоти закрыла окно — Выздоравливайте.

С этими словами она, гордо выпрямив спину, покинула его покои. Яур даже не понял, зачем она вообще приходила. Но не это было важным. Важным было то, что она закрыла окно. Теперь ему даже птицу не приманить, чтобы она послужила его глазами, пока он валяется тут, как тяжело раненый. И за что ему это?

Впрочем, его меланхолия продолжалась ровно до позднего вечера. Распахнув дверь ударом ноги, к нему ворвался радостный Эгирон и с порога заявил:

— Яур, я женюсь!

— На ком? — опешил Рысь.

— На Атилое! Она приехала сегодня в четыре часа пополудни. Я влюбился с первого взгляда! Она — ангел, точно тебе говорю!

— И ты уже разговаривал с ней?

— Что? Нет, еще нет. Но она так мило вела себя со всеми. В ней нет надменности и спеси, она действительно очень милая.

— Эй, не торопись с выводами! — оборвал его Яур — Поговори с ней сначала. Да и потом, у тебя большой выбор. Дождись остальных девушек.

Эгирон фривольно упал на кровать рядом с другом и мечтательно уставился в потолок:

— Может, ты и прав, но пока мое сердце на стороне Атилои.

***

Утром прибыла принцесса Виртаса Аорника. Из окна своей спальни Яур видел только карету и охрану, но помнил каждую невесту в лицо по портретам. Атилоя, с первых минут очаровавшая его друга, была красивой, но более в ее портрете Рысь ничто не заинтересовало. Поэтому он немного досадовал на легкомыслие Эгирона. А вот Аорника, судя по портрету, имела добрый нрав.

Не в силах больше сидеть на одном месте, Яур облачился в невзрачный серый, но удобный и не стесняющий движений костюм, и отправился на разведку. Пиров Его Величество обещал не устраивать, пока не съедутся все претендентки на корону, но гулять принцессам никто ведь не запретит? И в этих размышлениях Яур был прав.