Чтение онлайн

Так и ехал Гастер, познавая разнообразие зверья новоземельного, ни во что не вмешивался и старался быть осторожным.

И почти доехал.

У обочины не ровненько так, по-женски паркетничек гламурненький красненький припарковался. Капот открыт. Рядом, в количестве двух, дамочки переминаются. Ждут чего-то. По колесам, видимо, уже пинали, стекла и зеркала протирали, но не едет бибика, противная.

УАЗик Гастера брутальный увидели, почти что запрыгали на месте, руками над головой машут, как ножницами стригут. Одна на бибику показывает. Руки к груди прижимает, умоляюще.

Воспитание

то у Гастера советское еще, помочь слабому полу обязывающее. Остановился. Подошел. Что мол у вас приключилось, хотел спросить.

Не успел. В голове словно ВЫКЛ нажали.

Ох, плохо то как, голова словно на кусочки собирается и разбирается, и так снова, снова, снова…

А вот вроде постепенно немного лучше становится. Нет, снова плохо…

Несколько отпускает. То ли лучше, то ли нет… Непонятно…

Очнулся. Где я? Что случилось?

Ехал в Порто-Франко. Зверей новоземельных видел… Так, новоземельных, новоземельных… Новая Земля, переход, еду к семье, паркетничек на дороге, темнота…

Классически чертовки подловили, тысячи водил, нет, сотни тысяч на это ловились, да и дальше ловиться будут… Помог называется… Что голова-то так болит, подташнивает…

Вроде и сетка стоит военная в мозгах, должна все что угодно из ядов обезвредить, если сразу не умер… Так, не показываем виду что лучше стало… Знают они, как их отрава действует… Спать, спать, а там видно будет… Что ломает то так, помог называется…

Похоже оклемался чуток. Пить как хочется… Ну дела — сарай или ангар какой-то, на стенах что-то намалевано, попить бы где… Люди какие-то в углу спят… Так, бочка, наверное, попить есть в ней, поползли понемногу, о, даже встать могу… Воду, видно, с прошлого года не меняли, да ладно… Спать, снова спать…

Ну, доброе утро, если оно, конечно, доброе. Осмотримся одним глазком — точно, сарай.

Народ, да какой народ — человек шесть, как мешком пыльным по голове ударенный, из угла в угол, как зомби слоняется. Нет, не зомби, зомби давно бы уже Гастера съели. Потравленные тоже, видимо. Лица как маски — безжизненные, сами как будто примороженные. Значит будем под них мимикрировать, про нейросеточку-то никто не знает…

А рисунки на стенах что-то совсем не нравятся. Ну как Гастеру они могут понравиться, все змея какая-то огромная в разных видах и положениях, довольно умело, нарисована. А Гастер, как уже известно, змей от слова совсем не переносит в любом виде и состоянии.

Вокруг этих самых больших змей человечки, гораздо, кстати, змей меньше размерами, коленопреклоненные изображены. Со всеми подробностями прорисованы. Глаза дикие, руки к змеям тянут, погани этакой, сами в балахонах просторных.

Ну а здесь рисунок, уже совсем ни в какие ворота… Змея человечков поедает. Так, а уже совсем других — в обычной одежде — футболки, камуфляж, тетенька в платье в той же поедаемой компании…

Мастер рисовал, лица съедаемых как у соседей Гастера по сараю. Сами эти другие человечки то ли кругом вокруг змеи стоят, то ли хоровод водят.

А змея одного из них выбрала и проглатывает. Отвратительный, в общем, рисунок.

Сидение в сарае не отличалось разнообразием. Утром приходила женщина, не в балахоне как на рисунке, а в совершенно обычной одежде и ставила около дверей большую корзину.

В той корзине навалены были в совершеннейше непредсказуемом ассортименте зачерствевшие куски хлеба, овощи в вареном и сыром виде, обглоданные кости каких-то животных. Мясо хозяева, вероятно, сами с удовольствием употребили в пищу, а Гастеру с другими узниками и кости сойдут за лакомство.

Содержимым корзины узники и питались весь день. Повышенным аппетитом сидельцы не отличались, поэтому полупустую корзину женщина вечером уносила обратно. И так день за днем.

Вода для питья бралась жителями сарая из бочки. Гастер заметил, что после ее употребления его соседи замедлялись в движениях, а вскоре и брели в угол поспать. Валились на солому и на пару-тройку часов выпадали из реальности. Потом вставали и бесцельно бродили из угла в угол.

Самого Гастера эта странная водичка первоначально тоже подтормаживала, но потом, скорее всего, его сетка к ней приноровилась, нашла эффективное противоядие и уже на третий день ему приходилось только делать вид одурманенного.

В контакт соседи по сараю не вступали. На речь реагировали, но просто как на звуковой раздражитель. Некоторое время пустыми глазами смотрели на Гастера, затем поворачивались и продолжали свое брожение. Гастер бродил вместе с ними, а после употребления отравы из бочки, делал вид что спит. Не выпадал из общего образа. Был как все.

Ночью, когда все затихало, пытался найденной деталью от какого-то механизма сделать лаз из сарая. Сначала копал еле дыша от осторожности, но потом понял, что сарай и его окрестности никто не охраняет. Работа пошла активнее. Выкопанную землю прятал в дальнем от дверей углу под солому.

Через четыре ночи лаз был готов. Выполз на разведку. Ночное зрение на Новой Земле не исчезло. Правда стало несколько слабее. Но ничего, все нормально различимо.

Некоторое время постоял около стены сарая. Поприслушивался. Нет ли где рядом собак. Вроде никого.

Место невольного заключения напоминало хутор. Несколько домов, по виду жилых. Сараи, стоянка сельхозтехники. А вот и УАЗик гастеровский, помыт от новоземельной пыли, обихожен и под навес загнан. Ого, да тут легковой автотехники чуть ли не как на стоянке. Не только Гастера сюда, похоже, не по доброй воле переместили.

Садись и на волю. А куда? Дороги то Гастер не знает. Не знает куда и сколько до свободы добираться. Информация нужна, карта какая никакая, еда, вода, оружие… Впечатлили Гастера местные зверушки, да и недобрых людей с огнестрелом тут хватает.

Забрался обратно в сарай. Вход и выход своего лаза по мере возможностей замаскировал. Спать лег. Силы, они и завтра понадобятся.

Наутро за стенами сарая суета какая-то началась. Судя по доносившимся звукам кто-то приезжал или уезжал. Скорее приезжал, так как человеческих голосов стало больше. И взрослых, и детских.