Чтение онлайн

Когда все разошлись, и остались только зачинщики драки, я наконец сумела передохнуть и побежать к ним. Со мной что-то происходило, но я не знала что именно. Сердце колотилось, как бешеное. Я боялась, безумно боялась за Смирнова, как бы сильно я не презирала его.

Я подбежала к нему и кинулась ему на шею, обнимая его и зажмурив глаза. Выглядел он ужасно: нос распух и кровь с него лилась как в быстрой реке, правый глаз был просто красным мячом — можно сказать, что баскетбольным, — костяшки на кулаках стерты, немного рассечена

бровь. Капитан выглядел ужасающе, но почему-то я восхищалась его раскрасом.

— О, а вот и причина явилась! — сказал баскетболист, сидящий возле него, и ухмыльнулся. — Сколько ты ей заплатил, чтоб она поехала с тобой?

Я сразу догадалась, почему все это случилось. Достала из сумки салфетки и принялась вытирать красное лицо капитана Смирнова от крови. Бросив резкий взгляд на очень интересного комментатора, я увидела его усмешку. Губы разъехались в ехидстве, отравляющем его слова. Я кинула ему в лицо грязную от крови салфетку и достала еще одну.

Парень резко потянул меня на себя, и я еле удержалась на каблуках, чтобы не упасть на него, а уже после — в фонтан. У него были четкие синие глаза и постоянная ассиметричная улыбка.

— Послушай, девочка, ты руки свои не распускай, а то я могу неожиданно и крепко связать тебя и увести отсюда, — В его словах чувствовался блеф, очень тонкий и ненадежный.

Я прищурилась и потянула ладонь немного вниз, к его бедру. Сжав ногтями кожу через джинсы, я постаралась как можно сильнее сдавливать ногтями его кожу.

Он резко отпрянул от меня и зашипел, кинув яростный взгляд.

— Да ты больная и сумасшедшая! — вскрикнул баскетболист и потер бедро.

Я отпрянула от него, но назад шагов не сделала, чтобы он понял, что победа останется за мной.

— Фи, молодой человек! Вас не учили хорошим манерам? К даме лучше всего употребить слово «эксцентричная», если вы не в курсе, — я наклонилась к его лицу и посмотрела в глаза. — Ваши комментарии очень недопустимы в приличном обществе. А если вы еще раз распустите свой язык, я лично вам его отрежу.

Он снова притянул меня к себе и посмотрел в лицо, словно он ждал, что я попрошу прощения.

— Сколько же ты стоишь?

***

Все пятеро — я, Саша, Жора, Илья и Миша — сидели в моем номере и рассуждали на тему произошедшего. Остальных баскетболистов я не пустила, потому что делать им тут нечего.

Я отлично перепачкалась кровью и суетилась вокруг «пострадавшего». Смирнов все объяснил: «Медведи» узнали о том, что у Смирнова «новая пассия» в моем лице, и даже нашли мои фото; «Медведи» нашли информацию обо мне, и захотелось их капитану меня «отобрать». Но я не вещь!

Я открыла дверь, ведущую на балкон, нараспашку. Дождь лил со всей силы и стучал по крыше. Как удивительно здесь меняется погода! Открыв верхний ящик шкафа, я обнаружила, что моя аптечка не вся вместилась, и вытянула следующий. Вынув пачку сигарет из кармана джинс, я вытащила

одно из средств массового самоубийства и подожгла, сделав тягу.

Достав вату и перекись водорода из пакета, я стала тщательно обрабатывать все ссадины — новые и старые — Смирнову. Вот если бы не его внешность, за которую цеплялись то в школе, то в университете девочки, и его постоянные потасовки, стычки, драки, «стрелы», разборки, я бы никогда не знала, кто такой Миша Смирнов.

Ему пришлось снять майку, чтобы я смогла обработать еще и его синяки и, конечно же, не испачкать.

Создавалось ощущение, будто я курила ему в грудь, и это меня, честно говоря, немного смущало и напрягало. В номере к этому моменту уже никого не было: Александра попросила всех лишних покинуть помещение. Я не знаю точно, для чего она это сделала, но в какой-то мере мысленно возносила ей свою благодарность. Иначе будь здесь кто еще, я бы сошла с ума от стыда.

Я затягивалась, пока не загорелся фильтр, а после бросила окурок в урну. Достав еще одну сигарету, я сунула ее между губ. Аккуратно распаковала пластырь и наклеила его Смирнову поперек левой брови. Миша тяжело вздохнул полной грудью и жалобно посмотрел на меня.

— Ну-с, сударь… Позвольте объясниться в ваших не очень обдуманных поступках! — я подожгла сигарету, которую держала губами.

Ждала ответа я полминуты, но никак не дождалась и вышла на балкон, прикрыв за собой пластиковую дверь. М-да, люди, наверное, думают, что могут спокойно вламываться в мою жизнь, заставлять нервничать и уходить. Ну ничего, это мы еще посмотрим.

Дверь открылась, и на балкон вошел виновник сего бала. Люди бежали от дождя быстрее, чем от чего-либо еще, словно нет ничего ужаснее в этом мире нежели проливной дождь.

— Ир, — позвал меня баскетболист. Он кашлянул, надеясь что я моментально обернусь. Но я обернулась спустя какое-то время, когда потушила о пепельницу сигарету и обняла себя за плечи от холода.

— Смирнов, ты хоть понимаешь, что нельзя так просто и беспардонно ворваться в чью-то жизнь и натворить дел, проблем от которых не оберешься?

Он молчал, глядя мне прямо в глаза, а потом вдруг заговорил.

— Нестерова, ты хоть понимаешь, что не будь ты такая маленькая, миленькая и жгуче притягательная, я бы даже не посмотрел на тебя? — я сощурилась, и — во мне все взорвалось.

— Ах, это я виновата, что ты дерешься, устраиваешь скандалы, очерняешь чужие имена? — я скрестила руки на груди, яро бросив вызов.

Он снова тяжело вздохнул и подошел ближе. Его большие ладони заковали меня в объятия, притянув к себе, сжимая до боли, будто хотел затолкнуть мое тело в себя.

Он посмотрел на меня с такой горечью, что мое сердце колотилось на весь мой организм, отдавая невыносимой болью.

— Как же ты не понимаешь, что я влюблен в тебя! Влюблен. И я не перестану это повторять тебе.