Чтение онлайн

Слишком поздно.

— Это что, тревога Аспис? — кричит другой Клыкастый из коридора.

Мой похититель останавливается, чтобы посмотреть в его сторону, давая мне возможность увидеть, как эти парни выглядят голыми. Скажем так: я так невероятно благодарна Большому Д за спасение меня от участи хуже смерти. Там, где должен быть его член, находится мешанина из извивающихся усиков, серых, склизких и червеобразных, с зубами в центре. Пока он плотоядно смотрит на меня, трехголовый фаллос появляется из кольца острых белых клыков.

Я

кричу.

Крышу здания сносит — всю крышу — и вот он.

Это Чувак-Дракон.

Он сидит на краю стены, когти выпущены, крылья широко распахнуты, массивная пасть открыта в волнообразном рыке. И он огромный. Он чертовски, мать его, громадный, каким-то образом даже больше, чем когда я увидела его впервые. Эбеновые тени хлещут вокруг его тела, размывая края его фигуры, и те фиолетовые узоры, что вихрятся на его рогах, груди, животе, они пульсируют, а затем вспыхивают. Шипы вдоль его спины и хвоста стоят торчком, и с них капает то, что я могу представить только как яд. Он сочится, густой и вязкий, по длине черных осколков.

Если я скажу, что мне не страшно, я солгу. В то же время я знаю, что бы ни планировал для меня Большой Д, это лучше того, что могло бы случиться в этой комнате.

— Полагаю, быть шлюхой Аспис реально пригодилось? — язвлю я, и Клыкастый оглядывается на меня так, словно молит о помощи.

Большой Д выбрасывает хвост как раз в тот момент, когда Коп-Парень и Парень-Мотылек оба поднимаются по лестнице. Это теплое, приятное чувство — знать, что, по крайней мере, меня не прикуют к той стене. Пока они двое наблюдают, Большой Д наклоняется в комнату — сидящий и свернувшийся дракон, готовый к драке.

— Отпусти… мою самку, — рычит он, и Клыкастый немедленно ослабляет хватку на моих волосах.

Вероятно, это была ошибка. Чувак-Дракон вонзает шипы своего хвоста в горло мужчины, почти отсекая ему голову, а затем подхватывает тело простым движением и отправляет его в полет. Мертвец врезается в голого парня и… скажем так, там красные брызги.

— Такая… тупая, самка.

Этот смертоносный хвост обвивается вокруг моей талии, и я кричу. Ничего не могу с собой поделать. Я буквально только что видела, как этот самый хвост обезглавил парня и превратил другого в туман силой одного броска. Сирена снаружи продолжает реветь, и я слышу крики с улиц.

Парень-Мотылек — у которого, очевидно, желание умереть — шагает вперед и поднимает крылья.

— Поставь ее сейчас же. — Он делает лицо, полное высокомерия и пафоса. Но он не выглядит испуганным. — Именем Императорского Двора и властью Ноктуиды.

Большой Д смеется. В смысле, я думаю, он смеется. Яростный рокот эхом отдается в его груди, пока он осторожно заворачивает меня в свой хвост — шипы теперь убраны — и поднимает из комнаты. Он наклоняется еще ниже и смотрит Парню-Мотыльку прямо в лицо.

— Нет.

Он поднимается вверх, пока Коп-Парень стоит там, его хвосты дрейфуют, губы поджаты.

— Ну и заноза же ты в заднице, милая.

Так диктует мне его слова переводчик. Он складывает

руки рупором у рта, пока меня полностью вытаскивают из здания в воздух. Теперь у меня отличный вид на рынок с высоты птичьего полета, но я нигде не вижу Джейн. Не то чтобы я думала, что смогу увидеть, даже если бы она все еще была там и искала меня. Коп-Парень кричит мне и использует щупальце, чтобы сдвинуть поля своей ковбойской шляпы вверх и от глаз.

— Сиди смирно, и я пришлю за тобой команду.

Я уже перестала кричать, что, вероятно, к лучшему, потому что Большой Д только что поднял меня к себе, так что мы оказались лицом к лицу. Его губы рябят в оскале, и у меня возникает мысль, что я в огромной беде. Я совершила большую ошибку сегодня, да?

— Ты… глупая.

— Ты погнался за той самкой.

Это звучит как обвинение. Какого черта мне не все равно? Этот парень может спариться с тысячей самок Аспис, если захочет. У них, наверное, огромные двойные вагины, чтобы принимать его массивные члены. Сомневаюсь, что я смогла бы справиться даже с одним.

Теперь он определенно смеется надо мной. Заметьте, все это происходит, пока посетители рынка кричат и толпятся в закоулках и переулках, ныряют в здания, падают на землю в безумном ужасе.

— Убить… не спариться.

А затем он воет и разворачивает меня так, что я болтаюсь на его хвосте позади него. Он делает мощный взмах этими массивными крыльями, сжимает мощное тело, и мы взмываем вверх.

Глава 9

Хит… он же Коп-Парень

Самец Аспис улетает с человеческой самкой на буксире, и все, о чем я могу думать — ну вот, прощай мой выходной. Я планировал взять неделю отпуска на Фестиваль Возвращения, но теперь, когда мне нужно беспокоиться о похищенных людях, времени на это не будет. Больше никто не собирается их спасать. Моей расе — то есть фалопексам — глубоко насрать на незаконные похищения людей.

Я являюсь единственным исключением из правил.

— Дерьмо, — ругаюсь я на своем родном языке.

Я слышал от других видов, что это звучит немного похоже на лопающиеся пузырьки, но мне-то откуда знать. Я не слышу своего акцента.

Сексуальная человеческая девушка в обтягивающем розовом костюме, злой Аспис и… Он. Даю вам одну попытку угадать, какая часть моего дня мне нравится меньше всего.

Принц Весталис ругается на своем языке — щелчки, шепот и шипение — которые автоматически фильтруются через переводчик в моем ухе. Я предпочитаю не носить синхронизирующие линзы в большинстве дней (те, что предлагают утешительную голографическую иллюзию, будто рот собеседника движется в такт тому, что вы слышите в переводчике), потому что легче понять, когда кто-то врет, если видишь его настоящий рот.