Чтение онлайн

– «Но-но, не очень там у меня!» – я шутливо предостерегла любимую от подобных поползновений. –«Она ведь ещё ребёнок…»

– «Я исключительно с эстетической точки зрения».

Волчица и Лариска одновременно засмеялись. Все внимательно наблюдали за знакомством, мысленно там присутствовал даже Ита.

Внешность Роби вызвала в памяти Диксон строчки песни из прошлой жизни, она нам «напела». В моей голове зазвучал жёсткий гитарный ритм, сильный и необычный голос певицы:

…И может заехать на чай и по роже, Боль

переносит, две пачки – не доза. И прячет улыбку где-то под кожей, И два перелома, как минимум, носа. И мама лет пять принимает как данность То, что у дочери сильная странность… Что значит размер? Ничего и не значит. Всё проще простого – девчонки не плачут! [86]

Оценив энергетику песни, я пожалела:

– «Робин бы спеть, да не поймёт языка…»

Девушка присела на бревно, исподтишка разглядывая обтянутое тонкой зелёной тканью мускулистое плечо соседки. «В такой одежде – всё равно, что голая. Как по лесу ходит…»

– А вы откуда? Ну, то есть, где живёте? – полюбопытствовала селянка.

Пришелица на секунду задумалась. «Где я живу? «Мой адрес – не дом и не улица».

– У нас нет стоящего где-нибудь на одном месте дома, мы всё время путешествуем. Примерно так, как сейчас ты. Роб обрадовалась:

– Вам тоже нравится путешествовать!

– Всегда хотела видеть новое, необычное, – согласилась подруга.

– А я видела тако-ое… Огромный мост из железа и камня! Через всю реку, – карие глаза девчонки загорелись восторгом. –Как только старые люди построить сумели …

– Хочешь узнать?

– Конечно! Это ведь интересно. Дик кивнула.

Большая пятнистая кошка всё заметнее проявляла признаки нетерпения. Упускать добычу не хотелось, если вовремя не поесть, не станет молока, и котята будут страдать от голода.

Второй человек уверен в себе, но от него не пахнет оружием. Один слабый человек, пусть вооружённый – её добыча. Человек будет спать, придёт её время. Но откуда появился второй, сильный и невооружённый? От него не пахло лесом, он не оставил ни единого следа, как будто упал с облаков.

Противоречивость ситуации раздражала молодую мать, а раздражённость – плохое состояние для охотника.

– На свете много интересного, – Диксон вытянула длинные ноги, носком ботинка поддела сухую ветку. –А если я спрошу, зачем тебе нужно узнавать новое, ответить сможешь?

– Ну-у… – Робин думала недолго. –Мало знаешь – мало умеешь, если больше знать, и уметь будешь больше. Можно делать какие-нибудь новые хорошие вещи, которых никогда ещё не было раньше.

– Давай представим: ты знаешь и умеешь так много, что можешь менять целый мир. Каким он по-твоему должен стать, что обречено исчезнуть, а что обязано появиться?

На несколько секунд Роби ушла в себя. Потом очнулась и отрывисто, с чувством, выдала:

– Исчезнуть – несправедливость, враньё и насилие

над слабейшими. Появиться – честность, уважение к достойным, возможность для каждого реально выбрать, как жить. Чтобы не был всего один вариант «наименее противный», а остальные – вообще невозможные! Чтоб если где невмоготу человеку, так было куда уйти, а не влачить существование в беспрестанном кошмаре…

– Да, люди во все времена очень хорошо умели делать ад из жизни друг друга.

Дик склонила голову, в упор рассматривая как-то вдруг повзрослевшую лицом русоволосую девчонку с облезлым носом.

Не особо поняв слова, но по выражению глаз почувствовав – ответ удовлетворил собеседницу, Робин широко улыбнулась и задала встречный вопрос.

– Вы сказали «мы путешествуем» – где-то неподалёку есть ещё ваши люди? Едете верхом?

Рысь решительно поднялась с лёжки, бесшумно двинулась по кругу, обходя людей так, чтобы напасть со спины. Она была уверена, что легкий ветерок, так кстати зашелестевший в вершинах клёнов, отлично замаскирует её приближение до самого решающего момента.

– Верхом? – переспросила Диксон. –Можно сказать и так, только «лошади» наши невидимы, их нельзя потрогать руками. Послушай, нам с тобой сейчас лучше перейти в другое место. Одна здешняя рысь вообразила, что может нас съесть и не желает слушать предостережений.

Глаза Роб округлились, она напряглась, вскочила. Схватив метательный нож заозиралась по сторонам с раздувающимися ноздрями.

– Мы можем легко уйти, либо убить животное, – не двигаясь с места спокойно сообщила Дик. –Но тогда умрут от голода её маленькие котята. Что ты выбираешь – убить, либо уйти?

Роби бросила на Диксон короткий внимательный взгляд. Её сильно беспокоило хладнокровие странной пришелицы: не имея оружия, с рысью непросто справиться даже такому сильному человеку, как она.

– Легко уйти на ваших… невидимых лошадях? Подруга кивнула.

– Тогда давайте уйдём, – предложила девочка, нервно переступая с ноги на ногу и приглядываясь к шевелящимся от ветра кустам. –Детёнышей жалко, они же не виноваты, что родились на свет. Дик кивнула ещё раз, упруго поднялась на ноги.

– Мне нужно встать поближе, чтобы «лошади» забрали и тебя.

Она шагнула к Робин, обеими руками слегка обхватила за плечи – сердце девчонки сбилось с ритма, взволнованно застучало – и легко сжала пальцами сегмент интерфейсного модуля. На левом запястье он выглядел простым браслетом из белого металла.

Лес, небо, земля – всё вокруг Роби мигнуло на полсекунды, словно картинка в испорченном ТВ. Вдруг она увидела то же самое, но под иным углом, будто обе разом прыгнули на высотку и глядели оттуда. И ещё через полсекунды, после очередного «мигания», селянка очутилась на берегу озера, показавшегося невиданно громадным – противоположного берега попросту не видно!

Лазурь неба у линии горизонта сливалась с бирюзою воды, только слева едва заметно белела короткая полоска – то ли далеко выдавшийся мыс, то ли островок. Сияло жаркое солнце, от воды веял ласковый свежий ветерок, приносил незнакомый, но отчего-то волнующий пряный запах. Небо чистое, лишь вдали плыло одинокое белое облачко.

Ступни Робин ощутили жар раскалённого песка. Странное озеро ритмично накатывало на берег необычно редкие и большие волны, с шипением уползавшие назад. Разомкнув объятия, Диксон указала рукой: