Чтение онлайн

За столом раздалось одобрительное бормотание.

— И что самое загадочное в этой ситуации — мы знаем, что он был заместителем Андропова и, надо полагать, его явным преемником. Отсюда вопрос — почему же он не унаследовал пост? Почему он сейчас не глава КГБ?

В комнате воцарилось задумчивое молчание. Высказался Гарри:

— Кэт, я полагаю, у вас есть догадка.

Она кивнула.

— Я полагаю, он получил кое-что получше.

— Но если ты провел в КГБ всю свою жизнь, что же может быть лучше поста главы КГБ?

Рул покачала головой.

— Я не знаю, но думаю, если узнаем, откроем нечто весьма интересное. Этот человек — единственный наследник,

он вращался в этих кругах более двадцати лет; к тому же мы твердо знаем, что он жив. И я хочу знать, что он сейчас из себя представляет. Разве это неинтересно?

— Вы сказали, что на похоронах Андропова он был одет в военно-морскую форму?

— Да, и насколько мы знаем, он никогда не имел отношения к военно-морским силам. Он не занимал выдающейся должности, хотя он и был очень близок к Андропову. Я думаю, он недаром затаился, когда Андропов стал главой государства, и на похоронах появился только из уважения. А затем — пуф! Вновь исчез.

— Ну что ж, — сказал Гарри. — Полагаю, что следует воззвать ко всем отделам.

— Да, — отозвалась Рул. — Но только делать это в связи с именем Фирсова, а не Майорова. Нельзя допустить утечки информации о том, что мы связываем два этих имени, когда имеем дело с другими службами, особенно с английской. Поскольку в семьдесят втором он был в Мюнхене, мы можем намекнуть израильтянам, что он имел какие-то дела с теми террористами; это их расшевелит, и со своей разветвленной в Советском Союзе сетью диссидентов они смогут выйти на него гораздо быстрее. Я думаю, что израильтянам мы даже можем сказать, что он Майоров.

— Тем более, что в израильских службах нет советских разведчиков, — сказал кто-то.

— Вот еще что, — сказала Рул. — Это работа с дальним прицелом. Я знаю, что не могу просить вас официально, но почему бы нам не поднять вопрос о редких автомобилях, находящихся в Советском Союзе? Любой агент заметит «порше» или «феррари», или что-нибудь выделяющееся, а по номерному знаку определит местонахождение.

Снова гул одобрения.

— Кто-нибудь еще? — спросил председательствующий. Никто не отозвался. — О'кей, давайте искать Майорова.

Рул сидела и наблюдала, как ее босс потеет. Огромная комната для сенатского заслушивания была слишком велика для дюжины или более людей, привлеченных к закрытому заслушиванию, но другой подходящей не было. Алан Никсон в этой обстановке выглядел особенно маленьким, и Рул не без удовольствия созерцала, как он изворачивается. Никсон, как заместитель директора по разведке (ЗДР), отвечал за многие направления деятельности ЦРУ: исследования и анализ, исследования в науке и вооружениях, перспективный анализ, базовую информацию и за многое, многое другое. Более того, он делал большинство докладов, особенно в Конгрессе, за директораты управлений по административным вопросам и науке и технологии. Он был приличным администратором, твердо держался на ногах и был выдающимся политиком. Что же касается практической стороны дела, тут у него был совершенно поверхностный взгляд, и за анализом происходящего он обращался в другие отделы или к начальству. Рул сравнивала его с библиотекарем, который мог предложить читателю книгу на любую тему, но понятия не имел, о чем та или иная книга, и чьи познания в собственной библиотеке ограничивались десятичной системой классификации книг Девея. На таких слушаниях он был бы очень хорош, отвечая на вопрос, почему ЦРУ выписывает периодику изо всех стран мира, но не смог бы объяснить, зачем им нужен «Нью-Йоркер».

Рул заметила,

как Уилл Ли, помощник сенатора Карра, демократа от штата Джорджия, тайком передал сенатору какую-то бумагу. Сенатор являлся Председателем избранной Сенатом Комиссии по разведке. Сенатор глянул на бумагу и кивнул.

— Мистер Никсон, — сказал он, снимая очки и потирая переносицу, что всегда предвещало неприятности. — В моем офисе стоит небольшой компьютер, который умеет практически все. Мои служащие печатают на нем, производят любые расчеты, отправляют с его помощью послания тысячам людей, в общем, они могут делать на нем все, что только можно придумать.

Еще до того, как он закончил первое предложение. Рул открыла досье и начала в нем рыться.

— И эта штука стоит менее трех тысяч долларов. — продолжил сенатор Карр. — Далее, каждый день, открывая газеты, мы читаем, что компьютеры все дешевеют, и что они из машин, которые раньше едва помещались в комнате, теперь превратились в карманные и скоро уже вообще ничего не будут стоить.

Пачку крупно отпечатанных бумаг Рул подсунула Никсону, который, вытирая носовым платком лицо, начал их быстро читать.

— И вот в свете всего этого, — сказал сенатор, — почему же Центральное Разведывательное управление хочет израсходовать... — он глянул вниз — ...девятнадцать миллионов долларов на компьютерную модернизацию — не на новые компьютеры, заметьте, а только на модернизацию.

Одним из талантов Алана Никсона было умение прочитывать кучу текста, лишь просмотрев его, а потом цитировать почти дословно. Он не мог запомнить надолго, но как раз на столько, чтобы успеть процитировать.

— Прежде всего, сенатор, — начал он, — эти цифры включают в себя не только стоимость оборудования, но и расходы на полный комплекс работ по замене компьютерной операционной системы, ведь существуют уже более мощные и более защищенные. Это даст нам совершенно иной уровень возможностей, что весьма существенно во времена компьютерной революции. И позволит, например, соперничать с любой системой любого компьютера, позволит считывать любой диск, любую распечатку, любую пленку, вышедшую из любого другого компьютера, и даст новые возможности в области связи, которые до сегодняшнего дня существовали лишь в воображении ученых, что, в свою очередь, приведет нас прямиком в будущее столетие. Сенатор, это инвестиции в будущее разведки сбора данных и анализа, разведки Соединенных Штатов...

И Никсон дал волю красноречию, перечисляя другие, звучащие солидно причины, собранные в подготовленном Рул документе.

Рул глянула на помощника из стана противника, на Ли. Тот, делая вид, что почесывает бровь, послал ей незаметно салют. Она в ответ приняла максимально самоуверенный вид.

Позднее, когда она покидала комнату заседаний, Ли вышагивал рядом.

— Прекрасно предугадано, миссис Рул, — сказал он.

Она с симпатией улыбнулась ему.

— Легко предугадано, мистер Ли.

Он поморщился.

— Ой ли!

Затем огляделся, убеждаясь, что их не слышат.

— Как насчет того, чтобы поужинать вечером?

Рул остановилась и повернулась к нему.

— Мистер Ли, вы меня шокируете. Вы так же прекрасно, как и я, знаете, что при нашей неофициальной встрече могут возникнуть конфликты интересов, тем более, что пока своего-то интереса я еще не вижу.

— А у меня есть «сладкое мясо» и сморчки, и еще я откопал пару бутылок «крага» шестьдесят шестого года.

— Мистер Ли, вы что же, всерьез рассчитываете уговорить меня вступить с вами в незаконные отношения с помощью деликатесов?