Чтение онлайн

– Как долго вы будете возиться, профессор? – спросил Роммингер, смахнув со стула пыль. Он сел и внимательно наблюдал за манипуляциями Шиманского. Конвоиры стояли тут же. – Какая-то кругом чертовщина в этом доме! – заметил Роммингер.

– Не очень долго. Не больше часа, – ответил Вольдемар. – Сначала приготовлю дистиллированную воду.

Он достал прибор для приготовления дистиллированной воды, поставил его на огонь, стал ждать, как капля за каплей наполнялся стеклянный сосуд. Затем вытащил тяжелый генератор, выдающий электрический ток большого напряжения. Проверил клеммы – посыпались

большие искры. Довольно хмыкнув, полез в стол. Выкинул из него много каких-то предметов, значения которых никто кроме него не знал, и осторожно, словно это был хрупкий предмет, достал переливающийся всеми цветами радуги камень величиной с кулак. По стенам заиграли световые блики.

– А вот это как раз то, что так необходимо для приготовления…

– Профессор, – перебил его Роммингер, не желавший, чтобы солдаты-конвоиры узнали то, что им знать совсем было не обязательно. – Вы бы делали своё дело молча, а я понаблюдаю за «следственным» экспериментом. Конвой, выйдите из комнаты и обеспечьте охрану с той стороны двери.

– Яволь! – конвоиры не посмели ослушаться и вышли за дверь.

Дистиллированная вода была готова. Профессор аккуратно опустил в неё минерал, подключил к ёмкости напряжение, нажав на рубильник. Электрический свет в доме стал заметнее тусклым, лампочки замигали. Вода мгновенно забурлила, окрасившись сначала в зелёный, затем в кроваво-красный цвет. Через несколько секунд Шиманский вернул рубильник в исходное положение. Вода продолжала бурлить, но постепенно бурление прекратилось.

– Уф, – выдохнул Шиманский. – Я уж опасался, что не выдержит проводка. Однако получилось. Почти всё готово.

Он перелил эликсир в медную фляжку, завинтил кружку. Минерал протер ветошью, поискал глазами и снял со стены небольшую холщовую сумку. Положил в неё минерал, а также фляжку с эликсиром.

– Ну, вот. Эликсир почти готов… Осталось положить его строго на двадцать минут в ледник, а потом вы можете его использовать.

– А где же вы найдёте ледник?

– Да здесь же, в доме. Вернее под домом, в погребе. Пойдемте в другую комнату.

Они вышли. Шиманский откинул половик, показал на крышку.

– Вот там, на глубине пяти метров есть небольшой ледник. Он используется для сохранения продуктов. Лёд заготавливается зимой и держится многие годы.

Профессор поднял крышку. Из подземелья хлынул холодный воздух.

– Нужно зажечь керосиновую лампу, там непроглядная темень. Спущусь-ка я по быстрому, правильно обложу жидкость, как того требуют условия, да побыстрей наверх – возле ледника можно легко простудиться, да ещё мне с моим-то подорванным здоровьем.

– Если вы так опасаетесь за своё здоровье, то не лучше ли поручить кому-нибудь из солдат слазить в погреб? Скажите только, как там нужно правильно обложить льдом жидкость. Герлиц, полезай-ка в погреб!

– Да, наверно лучше так и сделать. Но если Герлиц неравномерно обложит ёмкость с эликсиром и не сможет вовремя распознать спектральную составляющую процесса, то эликсир придет в негодность и нам придётся начинать всё сначала.

– Берите лампу и поторопитесь, профессор! Атмосфера этого колдовского логова действует весьма удручающе.

– Разрешите мне воспользоваться вашими

часами, господин Роммингер, – попросил профессор и когда получил их, зажёг лампу и вскоре его голова скрылась в амбразуре погреба. Роммингер и конвоиры заглянули ему вслед – где-то на глубине маячило светлое пятно, освещавшее дорогу Шиманскому.

Прошло минут десять. Роммингер заглянул в чёрную дыру.

– Ну, как, профессор? Вы решили там мерзнуть все двадцать минут?

Ответом ему была могильная тишина.

– Шиманский, вы слышите меня? Почему молчите?

Догадка, вдруг, промелькнула в голове Роммингера. Но ему не хотелось верить, что Шиманский провел его вокруг пальца и скрылся по подземному ходу.

– Быстро за ним! Быстро! – прорычал он.

Конвоиры один за другим стали спускаться по лестнице. Достигнув дна, они зачиркали спичками.

– Ну что там?! – закричал Роммингер, склонившись над погребом.

– Здесь какая-то дверь, – донеслось снизу.

– Он убежал, наверное, через эту дверь! – вне себя от ярости закричал Роммингер. – Преследуйте его и найдите!

– Дверь не поддаётся, её заперли с обратной стороны!

– Открывайте, черт побери! Или взорвите её.

– Здесь очень мало места, чтобы воспользоваться гранатами.

– Я вас отдам под трибунал, болваны! Отправлю на фронт! Сделайте же что-нибудь!

Оставив конвоиров думать, как им поступить в этой ситуации, Роммингер выбежал из дома и стал быстро раздавать команды. Солдаты, до этого стоявшие непринуждённо, быстро разбежались по округе в поисках возможного выхода из подземелья. Но их труды были напрасны – Шиманский благополучно пересёк довольно длинный туннель, по которому когда-то шахтёры возили уголь, и скрылся в лесу. Насколько позволяло ослабшее здоровье, он уходил всё дальше и дальше, радуясь, что смог осуществить план своего бегства, а главное – спасти семью. Но он не мог знать, что жену и детей уже никогда не увидит…

– Ищите, ищите! Он где-то здесь недалеко! – кричал на солдат взбешённый Роммингер. – Берите лопаты, копайте или взорвите всё вокруг, но достаньте мне этого еврея!

– Что здесь происходит, господин Роммингер? – за спиной начальника лагеря раздался знакомый голос. Он обернулся и увидел искреннее удивление на лице Руфа, неожиданно приехавшего на место минуту назад. – Мне передали, что вы взяли Шиманского и повезли его на какой-то следственный эксперимент. Что за эксперимент? По какому праву? Я разве не говорил вам, что Шиманский на особом контроле? Немедленно приведите его сюда. А с вами мы погорим потом. Но не думаю, что наш разговор будет вам особо приятным.

– Он сбежал, – Роммингер едва сдерживал себя, чтобы снова не поддаться гневу.

– Что? Как… сбежал, – Руф даже растерялся от такого известия и нахмурил брови. – Вы в своем уме? Что вы такое говорите?

– В своём! – Начальник лагеря все-таки не выдержал и закричал в холеное лицо Руфа: – Я в своём уме, слышите, вы?! – Это были последние слова Роммингера. В груди, вдруг, болезненно резануло. Дыхание перехватило, в глазах потемнело. Сознание, а затем и жизнь стремительно покинули его. Он так и не успел воспользоваться эликсиром, который был уже практически в его руках.