Фантом
Шрифт:
– Прошу нас простить, господа, – приветливо сказал один из мужчин присутствующим, приоткрыв дверь и заглянув в комнату. – У нас к профессору кое-какое дело. Мы поговорим с ним недолго, и он к вам скоро вернется.
– Конечно, конечно! – сказал Павел. – Мы не будем вам мешать.
Дверь закрылась и послышались удаляющиеся шаги.
– Ты заметил, что профессор стал выглядеть каким-то растерянным, когда пришли эти люди? – спросил Павел.
– Заметил, хотя его почти не было видно за их спинами, – ответил Алексей.
– Что-то не нравится мне это.
– Мне тоже. Курт, ты бы пошёл с ними и послушал, о чём они там говорят.
– Иду, – отозвался фантом.
***
В комнате напротив Шиманского сидели двое непрошенных гостей.
– Мне, как видимо, не зря показалось, что вы знаете этого человека, профессор, – заметил один из мужчин. Он достал из кармана носовой платок и вытер капли пота на больших залысинах. – Уф, как жарко… Помните его?
– А почему я, собственно, должен его помнить? – пожал плечами Шиманский.
– Вы, конечно, могли уже многое забыть, принимая во внимание ваш почтенный возраст, – сказал другой мужчина. Он шепелявил, хотя это вполне можно было отнести к тому, что немецкий был его неродным языком. – Посмотрите на него внимательно. Этот чужестранец должен вам напомнить о далекой экспедиции в горы Тибета в 1939 году. Вы его там встречали, не так ли?
– Ну, допустим. И что с того? – усмехнулся старик. – Мало ли кого я мог там встретить?.. В прошлый раз, когда вы ко мне приходили, то были без него. И вообще, мне хотелось бы выяснить, кто вы на самом деле? Два дня назад вы ничего про себя не рассказали.
– Два дня назад мы хотели удостовериться, что жив и находится в здравом уме тот самый профессор Шиманский, который сделал потрясающее открытие. Узнав это, мы ушли, – сказал плешивый.
– Какое открытие? Вы о чём, господа? – казалось бы, искренне удивился профессор.
– Не притворяйтесь. Нам многое известно о вас и ваших делах. Мы знаем, что вы принесли большую пользу в борьбе против фашизма и заслужили в связи с этим уважение. Но ещё больший авторитет вам принесли открытия, когда вы сотрудничали с нацистами.
– Если вы так хорошо обо всём осведомлены, то должны были знать, что я не захотел никакого сотрудничества с нацистами и порвал с ними все отношения, хотя это и дорого мне обошлось!.. Кто вы?
– Мы из ЦРУ. Вот, пожалуйста, наши документы. Я – агент Вильсон, а это – агент Косак. Мы не шпионим против Германии. И здесь мы вполне легально.
– Что вам от меня нужно? – спросил профессор, не взглянув на предложенные удостоверения.
– Нам нужна ваша тайна, профессор. Та самая, которую вы тщательно оберегаете. Пожалуйста, не перебивайте и не спешите все отрицать. Мы знаем, что вы привезли из Тибета вещество, с помощью которого можно приготовить раствор, вызывающий в живых организмах процессы по восстановлению поврежденных клеток, а также перерождение организма в некую энергетическую субстанцию после физической смерти. Вы спросите, откуда нам стало об этом известно? Так вот. После войны в наше ведомство попало много секретных материалов, темы которых разрабатывались в закрытых научных лабораториях Третьего Рейха и в том числе велись работы над созданием так называемого эликсира бессмертия. И вы, профессор, принимали в этом самое непосредственное и главное участие. После того как вы отказались сотрудничать с нацистами, работы приостановились, но не прекращались. Вашим приемникам так и не удалось достигнуть существенных результатов, так… создали кое-какие лекарственные средства по улучшению иммунитета и несколько видов препаратов и мазей, которые были проданы известным фармацевтическим кампаниям. Всё это было не то и несущественным. Самого главного, как изготовить тот самый раствор, никто после вас повторить не смог. Потом вы исчезли на много лет, смогли затеряться, но в итого вернулись в Германию. В какое-то время к вашей персоне, на фоне всеобщего интереса к неведомому и мистическому, было привлечено внимание. Но никто – ни всезнающие журналисты, ни скептики-ученые так до конца и не узнали, над чем трудилась ваша лаборатория. И к вам постепенно интерес утратили. А вы стали вести отшельнический образ жизни, посмеиваясь в душе над глупым человечеством,
– Уверяю вас, господа, эта информация почти вся не соответствует действительности, – уверенно сказал Шиманский. – Это было ложью и полной фальсификацией для того, чтобы под видом работы над эликсиром добиться финансирования куда более реальных проектов.
– Как раз наоборот. Это всё правда. Перед тем, как предоставить вам неопровержимые факты и представить ещё кое-кого из людей, которые вам также небезызвестны, как этот горец, – вступил в разговор шепелявый и указал на шерпа, – давайте, обратим свое внимание на этого представителя из далёкого Тибета. Мы привезли его с собой, на тот случай, если бы вы вдруг что-нибудь забыли. Но вы его вспомнили, не так ли? Наши люди нашли его в одном из селений, где его очень сильно уважают и почитают. Говорили, что ему очень много лет (тысячу, если не ошибаюсь) и что он умеет лечить многие болезни. Насчет возраста – спорно, это никак не проверишь. Вполне резонно нам, цивилизованным людям, предположить, что у малообразованных горских племён своё времяисчисление. Но после проведённых экспертиз нашими специалистами было выяснено, что его возраст гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. Далее. Бог с ним с этим горцем, от него всё равно толком так ничего и не узнали – что-то бормочет невразумительное о каких-то драконах… Но есть другой человек, о котором я уже упомянул вскользь. Вот он, действительно, много что рассказал нашему руководству. Его, кстати весьма уважаемого, проверяли на детекторе лжи и не верить ему оснований нет, – агент Косак достал мобильный телефон. – Пройдите в дом, пожалуйста. Дальняя комната справа по коридору.
В наступившей тишине было слышно, как щелкнула ручка входной двери, затем пауза, и кто-то не спеша, чем-то постукивая, как будто бы тростью, стал приближаться. Возле двери он постоял несколько секунд, затем стукнул пару раз и вошел.
***
Это был Эрлих Вяльбе. Он сильно постарел, что было и не удивительно. Седая шевелюра, косматые брови, сутулая спина, хороший костюм и модные очки.
– Здравствуй, старина Вольдемар, – сказал он, найдя глазами хозяина дома. – Разреши мне войти.
– Здравствуй, Эрлих. Заходи, раз пришел, – пригласил Шиманский, но вставать навстречу гостю не стал. – Это есть ваш сюрприз, господа?
– В каком-то смысле да, – согласился Вильсон. – Господин Вяльбе – гражданин Соединенных Штатов. Он сотрудничает с нами в настоящее время, как, впрочем, и все годы после Второй мировой войны. Бизнесмен, входит в состав учредителей нескольких фармацевтических корпораций.
– Ему, наверное, нравится сотрудничать с теми, кто может принести для него выгоду. Ты, Эрлих, как видимо, мало изменился.
– Все люди меняются, – сказал Вяльбе, осторожно по-старчески садясь в кресло. – И я в том числе. Думаешь, я всё в жизни делал ради денег? Думаешь, я ради денег потащился когда-то с тобой в горы? И что все эти годы делал всё тоже ради материального благополучия? Нет, дорогой Вольдемар. Помнишь, как мы вместе с тобой радовались, когда у нас что-то получалось? Мной, как и тобой тогда двигало чувство здорового тщеславия. Но в какой-то миг я понял, что пока ты будешь рядом, я буду выполнять лишь роль второго плана. И это мне тогда очень не нравилось.
– Тогда ты предал меня и наша дружбу? – сверкнул очами Шиманский. – Ты причастен, хотя и косвенно, к смерти моей семьи. Я искал тебя после войны, чтобы отомстить, но не нашёл. Не знал, что ты уехал в Америку.
– Если можешь, прости меня, Вольдемар. В молодости многие из нас делали глупости.
– Сейчас-то тебе что от меня нужно? Ведь не зря ты, не смотря на свою старость, притащился ко мне.
– Тебе разве ещё не сказали, дорогой друг?
– Не называй меня так! Никакой я тебе не друг! Говори, что тебе нужно и убирайся!