Фактор страха
Шрифт:
— Вы странный человек. Зачем всех спасать? Какое вам дело до меня или до Толика Шпицына? Это наши разборки.
— Так нельзя, — сказал Дронго, — у вас уже внуки. А у Толика Шпицына маленький ребенок. Не могу я детей сиротами оставлять.
— Понятно, — кивнул Георгий, — теперь я знаю, почему вы всегда выигрываете. Вы не в одиночку работаете. С напарником.
— С каким напарником? — не понял Дронго. — Кого вы имеете в виду?
— Господа бога, — Георгий посмотрел вверх, достал из кармана крестик. — Он на вашей стороне. — И Георгий
— Да, — срывающимся от волнения голосом произнес Дронго, — бог на моей стороне.
Москва. 14 мая
Вертолеты стали кружить над охотничьим домиком, где теперь размещалась компания «Роснефтегаз». Сначала из-за леса появился один вертолет, за ним второй, третий. Охранники поглядывали на небо, не понимая, откуда взялись эти крылатые машины. Здесь никогда не садились вертолеты. Только на вертолетной площадке, в пяти километрах отсюда, и уже оттуда гости на ожидавших их машинах добирались до места.
Но сидевшие в вертолетах люди, видимо, не знали правил. Кроме того, вертолеты были большие, многоместные, не похожие на те легкие машины, которые курсировали между городом и загородной резиденцией компании «Роснефтегаз».
Первый услышал стрекот вертолета Муравьев и озабоченно посмотрел наверх. Сразу три вертолета. Муравьев нахмурился. Как начальник службы безопасности компании он обязан был знать о приглашении в резиденцию. С другой стороны, президент компании в последнее время был не очень доволен его деятельностью и мог пригласить гостей, не предупредив об этом генерала.
Ничего, с неожиданной злостью подумал Муравьев, если все пройдет нормально, через несколько дней он пошлет подальше эту компанию вместе с ее президентом и займется собственным бизнесом. Сразу станет богатым и независимым.
Муравьев отошел от окна и, подумав, поспешил на третий этаж. Там находились комнаты отдыха, и он едва не столкнулся с президентом, появившимся в коридоре.
— Что происходит? — недовольно спросил президент. — Опять вы придумали нечто оригинальное? Насколько мне известно, вертолеты обычно садятся в пяти километрах отсюда.
— Это не наши вертолеты, — растерянно ответил генерал, — я думал, к вам прилетели гости.
— В отличие от ваших, мои гости приличные люди, — мрачно заметил президент, — так что выясните, кто к нам пожаловал.
Генерал повернулся и побежал вниз. Не успел он спуститься, как вертолеты приземлились и из них высыпали бойцы спецназа.
— Это нападение, здесь бандиты, открывайте огонь, — крикнул он одному из стоявших рядом с ним офицеров. Полковник Кочиевский всегда набирал в службу безопасности и в охрану бывших офицеров милиции и КГБ. Именно это и подвело Муравьева.
— Открывайте огонь! — снова крикнул он. — Чего ждете?
— Это спецназ, — удивленно сказал офицер, — мои бывшие товарищи.
— Это бандиты! — крикнул Муравьев, побелев
— У бандитов не может быть столько тяжелых вертолетов и такого оружия, — возразил офицер. — Посмотрите, их человек сорок. А вы говорите — огонь.
— Идиот! — закричал Муравьев, пытаясь выхватить у него автомат.
Но молодой офицер оттолкнул генерала:
— Нельзя в них стрелять, это наши товарищи. Они в щепки разнесут весь дом. — Это была чистая правда.
Бойцы, выскакивая из вертолетов, бежали прямо к зданию.
«Будь оно все проклято, — подумал Маравьев, повернув к дому. — Все равно вы меня не найдете».
Бойцы спецназа тем временем, не встречая сопротивления, вошли во двор, оцепили дом. Командир отряда подошел к охранникам.
— Добрый вечер, прошу сдать оружие моим бойцам.
— Что случилось? — спросил один из сотрудников службы безопасности компании.
— Ничего, — улыбнулся командир, — спасибо, что не стали стрелять. Впрочем, другого мы и не ожидали.
Едва войдя в дом, командир встретил президента компании.
— В чем дело? — спросил тот. — Что происходит? Почему вы проводите свою войсковую операцию у нашего здания?
— Это не войсковая операция, — сказал командир, — извините, но мне приказано арестовать всех, кто находится в доме.
— И меня? — дернулся президент.
— Так точно, — кивнул командир.
— Я буду жаловаться премьер-министру, — гневно сказал президент, — я позвоню президенту России. Вы что, меня не узнали?
— Узнали. Именно за вами мы и пришли, — сказал, входя в дом, Романенко.
— Кто вы такой? — спросил президент компании.
— Всеволод Борисович Романенко. Следователь по особо важным делам прокуратуры России. У меня ордер на ваш арест и арест ваших заместителей. А также начальника службы безопасности вашей компании генерала Муравьева. По нашим сведениям, он сейчас в доме.
— Вы можете объяснить, в чем меня обвиняют?
— В хищении государственных средств, в намеренном занижении реальной цены целого ряда приватизируемых объектов, в незаконно проведенных аукционах, в связях с криминальными элементами, которым вы совсем недавно выплатили три миллиона долларов. Продолжать?
— Не нужно. Вы разрешите мне позвонить? — спросил он.
— Если своему адвокату или семье, пожалуйста.
— Я хочу позвонить премьер-министру.
Романенко взглянул на командира спецназа. Тот молчал, очевидно, предоставив это решать следователю. Перед ними был не просто бандит, а известный всей стране человек.
— Найдите Муравьева, — сказал Романенко и повернулся к президенту: — Можете звонить.
Президент пошел к себе в кабинет в конце первого этажа, где были установлены телефоны прямой связи, сохранившиеся еще с прежних времен. Он подошел к аппарату правительственной связи, подумал немного и набрал номер прямого телефона премьер-министра. Несмотря на позднее время, тот был еще на месте.