Чтение онлайн

Мы прошли мимо орочьего лагеря, где еще продолжались сборы. Пока воины сворачивали палатки и собирали заплечные мешки, Каргош с задумчивым видом стоял у костра и, не отводя глаз, смотрел на восходящее солнце. Рядом с ним, неспешно покачиваясь ритму лишь ей слышимой мелодии, проверяла шкуры та девушка, что пела в ритуале шамана. Зарка Костяная Певица, как я услышал потом из разговоров. И Грунга Быкорез — телохранитель-гигант тоже был неподалеку, бдительно поглядывая по сторонам.

Но меня привлек другой взгляд, долгий и оценивающий, горящий, кажется, вызовом и любопытством. Тот самый молодой орк, что шел с белым знаменем. Его имени я не знал. Сейчас он тоже держался за

древко, но в руках у него было другое полотно — желто красное знамя с изображеннным на нем оскалившимся волком. Еще одни звери на мою многострадальную пчелиную голову!

Поежившись под этим пристальным взором, я отвернулся, глядя вперед. Свежий ветер нес запахи леса и диких трав, завывал приветливо в ущельях гор, оставшихся по левую руку. Солнце светило уже ярко, разбудив птиц, которых осталось не так уж и много в этих местах. Вот так, под тонкое щебетание и звуки пробуждающейся природы, мы начали свой путь к месту проведения Совета рас.

Дорога заняла около часа бодрого марша. Поначалу наши отряды петляли среди редких рощиц, но постепенно земля под ногами сменилась твердой скальной почвой. Леса отступили, уступая место безмолвию незыблемых скал, за которыми простиралась гигантская равнина. Начавшийся подъем давался не всем: Боромир, наряженный в свои тяжелые латы, то и дело шумно отдувался, а вот Хельга шла ровно, бережно прижимая к груди укутанного в край плаща Шухера. Пчелы в моем роевнике за спиной вели себя на удивление тихо, лишь изредка басовито гудели, чутко реагируя на изменение высоты и запахов.

По окончании подъема нашим глазам предстала поистине величественная картина. Среди горных массивов образовался почти идеальный круг, словно какой-то древний катаклизм выдолбил эту чашу. Вниз к центральной площадке ступени, выточенные ветром и водой за долгие века. А воздух здесь был особенным — плотным, насыщенным магией гор. В самом центре каменного круга уже бушевал большой костер. Языки пламени яростно лизали воздух, бросая золотистые отблески на серые стены чаши, но даже треск горящих поленьев звучал здесь как-то по-особому. Каждый шаг, каждый звук разносился далеким эхом, будто Мир здесь внимательно слушал каждого из присутствующих.

С этой высоты были видны остальные делегации, стекающиеся со всех сторон: карлики, тролли, гоблины. И еще особенно выделялась небольшая группа зверолюдов, которая присоединилась к знакомому нам отряду Рагнара. Перед высокой фигурой в расшитом золотом плаще песочного цвета волчара склонился очень низко, и ему последовали все остальные из его отряда.

Женщина властным движением разрешила им подняться и откинула капюшон, из-под которого показалось немолодое уже, но очень красивое лицо с большими голубыми глазами. А на голове у нее красовались светло-рыжие кошачьи, чуть округлые ушки. Кажется, это и есть та львица, жена властителя зверолюдов. От нее так и веяло мудростью и опасностью. С ней прибыли волки и шустрые зайцы — разведчики, которые сразу же перешли в распоряжение Тирри. В качестве охраны виднелись еще мощные бойцы: росомахи, кабаны, барсуки, медведи. Последние приветливо и с уважением кивнули моим Бурошкурам, что держались все так же рядом со мной.

Когда мы все спустились ниже, к круглой каменной площадке, я смог разглядеть остальных. Орки расположились напротив нас. Каргош со своей обычной компанией сидел на груде шкур у вновь разведенного небольшого костра, воткнув посох в неприметную расщелину. При этом он на удивление ласково, как внучку, поглаживал по голове сидящую у его ног Зарку, что все так же что-то напевала и перебирала с тихим постукиванием костяные амулеты. За его спиной было больше сотни грозных орков,

но все без оружия. Молодой знаменосец тоже был там, и снова сверлил меня взглядом. Подавив желание спрятаться за Боромира, я продолжил крутить головой по сторонам.

К Брумгару сотоварищи на каменных ступенях присоединились их подгорные собратья — карлики. Более приземистые, чем бородачи, с еще более широкими плечами. Их руки оказались почерневшими от кузнечной работы, на коже красовались шрамы от искр и ожогов. Гордость этого народа — в труде, так что карлики никогда не носят церемониальных одежд.

Возглавил их Мастер Брунхильд. Легендарный кузнец, о котором даже в Академии рассказывают на лекциях и показывают гравюры, потому я его и признал. Седая борода, завязанная узлом, чтобы не мешала при работе. На поясе — молот с рунами, выкованный еще его прадедом. Глаза будто не поддались старости: острые, оценивающие, смотрят на всех, словно прикидывают, из какого металла выкована их душа.

Рядом с самой низкорослой расой расположились их полные противоположности: тролли. Я видел этот народ впервые и был поражен их размером. Высокие, в три моих роста, но очень сутулые, с непропорционально крупными и длинными руками, свисающими почти до земли. Кожа похожа на камень: серая, с трещинами и наростами. У неподвижно сидящего во главе тролля она была белесой — знак невероятного возраста. Похоже, он видел еще рождение этих гор. Гигантов, одетых лишь в набедренные повязки из шкур, было всего с десяток, но их присутствие ощущалось физически — воздух вокруг них казался тяжелее. Даже мои пчелы предпочитали облетать их по широкой дуге, боясь завязнуть в этой плотной ауре. Тролли почти не двигались, словно действительно являлись частью гор.

И последние, но не по активности, гоблины. Эти мелкие, юркие, с острыми ушами, длинными носами, хитрыми глазками и зеленой кожей прохвосты скучковались в толпу под сорок особей. Главарем у них был кривоногий гоблин в явно трофейной броне, потому что она сидела на нем криво, не по размеру. На поясе у каждого расположилось множество амулетов, склянок и мешочков. Гоблины славились своим умением находить редкие травы и готовить сильные яды, так что их уважали и ценили за прекрасное знание природных ресурсов и нюх на выгоду. Я же на всякий случай проверил, хорошо ли закреплены и закрыты мои немногие пожитки — зеленые поганцы известны еще и своей любовью к мелкому воровству, просто ради развлечения. Они это называют гоблинской предприимчивостью. Ну-ну.

Солнце окончательно поднялось над амфитеатром, будто найдя свое отражение в пламени огромного костра. Все делегации заняли свои места и к центру вышел командир Торнваль, серьезный и сосредоточенный:

— Народы Мира! Собратья! Мы созвали сюда всех, потому что молчание больше невозможно, даже смертельно. Угроза, которую мы считали побежденной многие столетия назад, возвращается. Люди, представители самой жестокой и жадной расы Мира, которых мы изгнали в их порталы, вновь возвращаются. И если мы не объединимся, как это было в далекой Великой Войне, нас ждет не просто поражение. На сей раз весь наш Мир будет уничтожен.

Возражения, к моему удивлению, последовали сразу же от нашей группы. Один из высоких эльфов от Древа встал, откинув капюшон и явив всем холеное бесстрастное лицо, и спросил холодным голосом:

— На каких основаниях мы должны поверить в возвращение людей? Командир Торнваль говорит громкие слова. Но порталы надежно запечатаны, и печати на них проверяются регулярно. Наши специалисты не фиксировали никаких признаков пробоя.

С ним, не поднимаясь с места, согласился и директор Тарион, кивнув седой головой: