Error 404
Шрифт:
Сенторианка опустила лысую голову еще ниже:
– Но ведь сейчас Земли нет. Ты говорил, она погибла. Как она стала ничто?
Он прикрыл глаза... И сейчас же перед внутренним взором отчетливо явились лица команды реалов, ступивших на Землю спустя двести сорок шесть лет с начала экспедиции. Лера и Ли-Энн плачут, Эмма прижимается к нему, он не видит лица жены, но чувствует боязливую дрожь ее тела под голографическим платьем. Антон кажется спокойным, но губы, сжатые в узкую полоску, словно вытесаны из камня. И Дерек также -
Выжженные поля и темное от ненависти, будто также прошедшее сквозь волну огня, лицо Джада...
– Земля не стала ничто, Кейла. Но по ней прошлись волной огня джийане. Иная раса, раса врагов. Это была война механизмов, и наши машины оказались слабы против их.
– Ты говорил, они могут прийти на Сенту.
– Не бойся. Сента их встретит лучше, чем Земля. У вас нет сложных механизмов, но есть отличное биологическое оружие. Джийан растворит море ничто, как все чуждое.
– О!
– Кейла вдруг вскочила, в волнении зашагала по шатру.
– Ты говоришь, что они точно придут?! Надо срочно сообщить это среброликим!
– Успеем, - он тоже встал, подошел к ней, осторожно взял за слабые запястья.
– Я подготовлю Сенту к их приходу. Помогу вам.
Кейла дернулась, вскинула голову, и он опешил, не найдя во взгляде сенторианки знакомой робости. Была другая стена. Недоверие. Девушка тяжело дышала, в ее позе чувствовалось напряжение.
– О тебе я тоже скажу среброликим! Как бы ты ни был осторожен, ты чуждое. И... и... ты говоришь, сюда прилетят еще земляне, кроме тебя? И эти... виртуалы? Нет, нельзя! Мир сейчас и без вас балансирует на грани!
– Кейла, - он вновь ухватил ее за запястья, и теперь она не подалась назад, а прижалась, жадно вдыхая его запах. Белесый туман заволакивал глаза распознавательницы. Она видела чуждое, которое должно быть уничтожено...
– Кейла, перестань!
– прикрикнул Шелтон.
– Мы уже говорили. Я не опасен! Я помогу вам.
Сенторианка покачивалась, еще не до конца придя в себя.
– Как?
– она засмеялась.
– Ты прекрасен, ты велик, ты мудр. У меня голова кружится от одного взгляда на тебя, но ты погубишь Сенту. Мне жаль твою Землю, но, думаю, вы виноваты сами. Вы не называли свой мир родным, потому и потеряли его!
Шелтон поднял ладонь, призывая собеседницу к молчанию. Ладонь дрожала, он с трудом сдерживался, чтобы не ударить горбатую пигалицу. Подобные обвинения выводили его из себя.
Кейла замолчала, слегка испуганно. Шелтон уселся на складной стул и скоро и эмоциями и мыслями сумел отрешиться от сенторианки. Он вспоминал недавний разговор с Джадом, размышлял, что стало причиной резкого молчания виртуала, и гадал, прилетит ли сюда «Красавица». Без земного корабля, без его сумасшедшей хранительницы его план на Сенте обречен на неудачу…
– Вы совсем ничего не рисуете на коже? – робко нарушила молчание Кейла. Видимо, этот вопрос терзал сенторианку
– Если дать маленькому землянину краски и время, он нарисует на себе всё, что угодно. Моя дочь Капа однажды так разукрасилась, что Дэн не узнал ее и испугался, заплакал. Есть ещё татуировки. Это такие тонкие рисунки черной тушью...
–
Но, разглядев, что расматривает сенторианка на боку робота, Шелтон вскочил с гневным окриком. Кейла случайно включила встроенный в разведчика монитор, и тот воспроизводил последнюю запись, что Шелтон просматривал перед визитом распознавательницы. Запись сверхважных экспериментов на первой базе!
Шелтон резко отстранил Кейлу и выключил монитор, прежде чем сенторианка успела понять суть экспериментов. Девушка вскочила, выпрямилась, насколько могла при горбатой спине.
– Что ты? Я что-то сделала неправильно?
– Да. Касаться моих помощников могу только я.
– Но почему, ведь от них нельзя заразиться чуждым? Ладно. Извини, я больше не буду.
– Ничего, - он долго, тяжело выдохнул, успокаиваясь.
– Я сам виноват. Не предупредил.
– Твой помощник показал мне движущиеся картины. Там были ты и какой-то сенторианин. Ты уже говорил здесь с кем-то?
– Да. На темной стороне, - осторожно сообщил Шелтон.
– Этот сенторианин в серых лентах, никто. Ни одно солнце не выбрало его, перед ним нет дороги. Зачем ты говорил с ним, что полезного он может сказать о Сенте?
– в тоне сенторианки послышались презрительные нотки.
– Серых на Сенте большинство, насколько я понял. Я захотел узнать мнение большинства.
– Они не достойны пути солнца, - отчеканила распознавательница.
– Ни на что не годны, без касты, без предназначения.
– Хм, так ли уж они недостойны чего бы то ни было? Быть может, вы ошибаетесь: это не лишенные касты, а отдельная каста с пока неизвестным вам предназначением?
–
Шелтон давно размышлял, как убедить сенториан следовать за собой. Он не сомневался, что ему удасться увлечь преумножителей знания, но ученые на Сенте даже не входят в совет планеты! Требовалась поддержка помощнее, и после слов Кейлы о серых, он вдруг понял, кто ею может стать. Но прежде нужно было кое-что уточнить. Довольный тем, что сенторианка не догадалась о сути его опытов, он почувствовал прилив энергии и желание проповедовать.
Шелтон уселся на пол, скрестив ноги, жестом пригласил сенторианку последовать его примеру:
– Милая разноцветная леди! Давайте поговорим еще. Сенториане так поразительно несведующи в некоторых вещах! Вы полагаете, что жизнь заканчивается со смертью?
Кейла недовольно нахмурилась:
– Да. Мы едины с Сентой, мы малые ее частицы. От роду нам написано стоять на защите нашего мира от чуждого. Мы смиренно исполняем назначенные нам природой роли. Смерть приходит ко всем нам, тогда мы исчезаем, но мир благодаря нашей работе будет жить. Разумеется, однажды конец придет и Сенте. Но это лишь часть дыхания Вселенной.