Чтение онлайн

Медленно отступая на бак, повернувшись вполоборота, я краем глаза все время посматривал на дверь каюты, дожидаясь появления главного хитреца, и, как только увидел в проеме размытый силуэт, метнул второй нож. Бедолага, так ничего и не понял. Еще не проморгавшись и не привыкнув к яркому свету на палубе после темноты трюма, он получил смертельный удар в центр груди, но по инерции движения все же вывалился из двери, сжимая в руках лук и стрелы.

Здесь, видимо оценив обстановку и решив, что не все идет так как надо, народ на кормовой надстройке наконец-то решился на активные действия. Капитан в синем халате прокаркал приказ четверым игрокам в кости, которые уже давно, как

застоявшиеся кони, переминались с ноги на ногу. Приготовив оружие, эти бойцы с нетерпением ждали сигнала, чтобы ввязаться в драку. Получив команду, отборная четверка, перепрыгивая через ступеньки, ссыпалась с надстройки, выстроилась клином и сплоченной группой сделала первый шаг в мою сторону. Ощутив фланговую поддержку, практически синхронно с ними, шаг в мою сторону сделала и вторая пятерка.

В руководстве для стратегов 'Искусство побеждать' этот маневр называется охват танковыми клиньями. Но оказаться в котле мне как-то было не с руки. Поэтому, бросив меч в ножны, я в три прыжка оказался на баке и вырвал из мертвых рук хитреца лук и стрелы. Не дожидаясь пока пираты поймут и оценят сей маневр, начал стрелять из лука, практически не целясь. Побив все рекорды скорострельности.

К сожалению, в мертвой руке лучника имелось только шесть стрел, но и этого оказалось достаточно, чтобы полностью уничтожить ближайшую пятерку и последней стрелой поразить центрового во второй группе. Тем самым я устранил возможность борьбы на два фронта и существенно расстроил ряды наподающих.

Споткнувшись о труп, оставшаяся в живых тройка, снова перестроилась клином, вытолкнув вперед самого отважного и… отступила назад. А я скользнул к еще шевелящимся бандитам из перебитой пятерки. После чего стал подхватывать их теперь уже бесхозное вооружение и переправлять в подарок, оставшейся тройке пиратов, вкладывая в броски максимум силы и сноровки. После четвертого броска удалось надежно успокоить всех. Причем, двоих пришпилить мечами к бортику корабля, проткнув их ниже пояса. Они так и остались стоять, ухватившись руками за клинки… Очень пикантно и несколько двусмысленно.

Теперь осталось закрепить достигнутый успех и прирезать главных действующих лиц. Подхватив с палубы метательный нож, поигрывая им и по наглому улыбаясь, я направился на корму.

Подойдя к кормовой надстройке, остановился, задрал голову и демонстративно стал рассматривать двоих функционеров братства Безруких. У одного из них левая рука отливала серебряным блеском. У второго вместо левой руки имелся золотой протез. Инвалиды, мля. Оба носили свободно распахнутые халаты с длинными широкими рукавами. Халат у Золотого протеза был красного цвета. Серебряная рука носил темно-синий.

Главари клана Безруких тоже разглядывали меня не без интереса. Я бы даже сказал, с некоторой долей брезгливости, как на некое надоедливое насекомое. Затем они посмотрели друг на друга, Золотой кивнул Серебряному и, как у фокусников, в руке у каждого оказалось по метательному ножу, которые они и метнули в меня абсолютно синхронно. Чтобы уклониться от этой атаки, пришлось присесть и спарка ножей прошла впритык с моей головой.

Скосив глаза за спину, отметил, - оба клинка вошли в палубный настил по самые рукоятки. Броски сделаны безукоризненно по точности, аномально сильными руками. Свой нож я кинул из неудобного согнутого положения, целясь в правое плечо Серебряному. Для себя я уже решил, что обязательно возьму в плен и допрошу обоих.

Как же, разогнался… Хотеть не вредно… Серебряный небрежно махнул левой рукой и мой метательный нож блестящей рыбкой улетел за борт. Эффектно. Пришлось признать - в поведении носителей протезов

из благородных металлов чувствовалась уверенность, профессионализм и я бы даже сказал, - скука.

Ничуть не расстроенный неудачной попыткой отправить меня в мир иной, Серебряный сделал шаг в сторону. Одним волнообразным движением плеч скинул с себя халат и выхватил из ножен на поясе слегка облегченный ятаган. Крутанул им парочку восьмерок, разминая кисть, и, как циркач, прыгнул на палубу через бортик кормовой надстройки, сделав в воздухе сальто… Артист, блин. Мягко приземлившись на полусогнутые ноги, безрукий закрутил ятаган веером и двинулся на меня, постоянно перетекая из одной стойки в другую. Что-то здесь было не так - больно ловок мой артист. Я сделал шаг ему навстречу…

И после первого же выпада - чудом остался в живых. А через минуту понял, что и скорость его реакции, и сила ударов, в несколько раз превышают норму. Отражая и нанося удары, мне даже со своим запредельным ускорением, никак не удавалось нанести Серебряному серьезное повреждение. Он, шутя, отбивал удары и опасно контратаковал из любого положения. Даже привлечение ног и три удачно проведенные мной подсечки, не смогли нарушить рисунок боя. Причем, и с обучаемостью у него тоже все по разряду люкс. После третьей подсечки, я сам чуть не оказался на палубе, когда он подцепил меня подъемом правой ноги. Пару раз я только промыслом божьим и с помощью недюжинной интуиции ускользнул от завершающих ударов в его сложных связках. И все-таки, что-то он не дорабатывал.

Каждый мой второй удар наносил ему царапину или легкий укол, разрезая его темно-синюю рубашку, лицо или руки. А ударов с моей стороны наносилось много. Через пять минут боя одежда моего противника превратилась в лохмотья, а кровь с Серебряного капала, как березовый сок ранней весной в лесу после мощного артобстрела шрапнелью. От физиологии никуда не уйдешь и через десять минут пират стал слабеть. К этому моменту он потерял наверно не меньше ведра крови, забрызгав и перекрасив в красный цвет половину палубы.

Все время пока упражнялся в фехтовании, я держал в поле зрения и Золотой протез. Он, не скрываясь, по наглому поигрывал метательным ножом, выбирая момент для броска. Но, заметив близкую концовку поединка не в пользу своего дружка, решил вмешаться. Также как Серебряный, он скинул красный балахон и направился к лесенке на палубу.

Опять назревала война на два фронта, что не входило в мои планы и я не стал тянуть. Собравшись с силами, сильнейшим ударом отбив ятаган, на возвратном движении отрубил серебряный протез чуть выше локтевого сгиба. Эффект получился поразительный и неожиданный. У меня сложилось впечатление, что из человека, как воздух из проткнутого резинового шарика, стала вытекать жизненная сила. Ятаган выпал из ослабевшей руки, глаза Серебряного закатились и он даже не упал, а буквально растекся по палубе без признаков жизни. В первый момент я подумал, что он разыгрывает спектакль, но одного внимательного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять - это мертвяк и мертвее он быть не может.

Но времени на анализ и удивление не было. Испустив вопль смертельно раненного зверя, в бешенстве Золотая Рука одним прыжком преодолел разделяющее нас расстояние и нанес первый удар, который отбросил меня на пару шагов. А через секунду я понял, что Золотой не зря получил свой протез из благородного металла. Он дрался с закрытыми глазами. И в любой момент времени предугадывал все мои удары. Через пять минут боя выяснилось, что я не могу достать его, несмотря на все ухищрения. Не могу даже коснуться. И моя победа в поединке проблематична… если вообще возможна.