Чтение онлайн

Так не могло быть — две Луны не в состоянии так осветить Тмиор, но так было.

Ноги словно лизнуло жидким огнем, и Роми закричала. Кажется, в этот же миг рядом завизжала Мира. А может, это было эхо её собственного крика.

Несколько следующих секунд утонули в тумане невероятной боли. Роми задыхалась, не могла заставить себя перестать жмуриться и начать соображать. Казалось, что так станет только хуже, что тогда огонь выжжет глаза, что она ослепнет. Ноги не слушались, вязли в чем-то густом, липком… Роми пошатнулась, споткнулась, упала,

почувствовала, будто с головой уходит во что-то мокрое, горячее, тягучее, словно расплавленный сахар, стягивающее кожу, как застывающая карамель.

Ощущения выстроились в один ряд: мокрое, липкое, густое, горячее как никогда… Вода?! Море Истока!

Но как?! Почему? Сейчас ведь не время прилива! В это время года море — не больше, чем огромная тёплая лужа воды.

Роми барахталась, понимая, что дно — вот оно, прямо под ней, но подняться на ноги не получалось. От каждого движения только ещё больше вязла в воде, словно в трясине. Тело уже не только горело, но и чесалось, а сил хватало на что-то одно. Или не утонуть, или потратить несколько последних мгновений на то, чтобы с наслаждением драть ногтями кожу. Захлебнуться или задохнуться.

И вдруг всё закончилось.

Вода исчезла, в лёгкие ворвался воздух, на миг стало невыносимо холодно. Роми едва не потеряла сознание от резкой перемены температуры, а может, и потеряла, потому что в следующее мгновение уже ощущала под спиной мягкий песок. Тело ещё горело, но дышать было легче, и в голове худо-бедно стало проясняться. Её трясло.

— Может, она плавать не умеет? Или у неё эта… аквафобия? — Откуда-то издалека, словно уши забили ватой, послышался сиплый голос Миры.

— Не аквафобия… — пробормотала Роми, закашлялась. Сплюнула. Попыталась хотя бы сесть, но ничего не вышло: голова закружилась. — Чёрт… это…

— Роми, я могу помочь? — Второй голос, встревоженный, принадлежал Адану.

— Нет… пройдёт. Скоро… — Теперь Роми попробовала открыть глаза. Свет, всё такой же яркий, вынудил снова зажмурится. — Вас тоже так слепит?

— Ты её понимаешь? Что она бормочет? — послышался удивлённый возглас Миры.

— Слепит? — последовала пауза. — Нет, просто светло. Из-за луны. Почти как дне…

— О чём вы говорите?! — перебил Адана требовательный голосок Миры.

— Ты разве не понимаешь?

— Ты издеваешься, Адан?!

— Я? Нет… — удивлённо пробормотал тот, переходя обратно на язык Ближних.

С каждым вдохом становилось легче. Это не было похоже на то, как море отвергает атради во время Приливов. Тогда пусть боль и подчиняет себе твоё тело, пусть тебе и хочется вскрыть вены и умыться собственной кровью, но над разумом оно не властно. Ты остаёшься в сознании, способен понимать, способен как-то реагировать, не делать того, чего делать не стоит. Сейчас же…

— Мы говорили на карни, — пояснила ему Роми. — Это наш язык. А Мира его не понимает.

Мысли всё ещё путались.

— Совсем не обязательно говорить на вашем языке. Я тебе не навязывалась,

сам из ванной вытащил. И вообще! Если я мешаю, можешь отправить меня обратно. А потом возись с психической, сколько влезет!

— Мира, я не специально… Я…

— Ну да, конечно! У тебя всё не специально. Башкой об стену, потом на поляну, теперь в лужу какую-то запихал!

— Не в твоих интересах меня злить, — в тоне Адана послышались предостерегающие нотки.

Кто-то шумно вздохнул. Потом наступила тишина, нарушаемая слабым, почти бесшумным шелестом волн.

Прибой, которого никогда не знало Море Истока…

— Он не специально, — пробормотала Роми. С третьей попытки удалось сесть и даже открыть глаза. — Великие предки…

Малая луна уже почти полностью нырнула за горизонт, и рассмотреть её можно было, только если знать, что искать. Большая — гигантский шар, заслоняющий едва ли не две трети неба, сияла ярче обычного, золотой дорожкой отражалась в воде, заставляя светиться и само море. Переливаться неожиданными цветами, от бледно-серебристого до огненно-алого. Таким море Истока Роми никогда не видела.

Столько «никогда» за такое короткое время…

— Прозрела? — цинично осведомилась Мира. — Ну и как? Понравилось купаться?

— Прекрати! — повысил голос Адан.

— А что?! Она же собиралась меня окунать в водоём. Спасибо, не надо. Я оценила, как оно успокаивает…

— Ты можешь помолчать хотя бы минуту?! Не до тебя сейчас, не видишь?! — раздражённо оборвал Адан.

Ворчание Миры казалось галлюцинацией. Голоса звучали одновременно звонко и словно откуда-то издалека, сквозь туман. Так не могло быть, но мозг настаивал, что всё именно так. Словно работал с другой скоростью, нежели уши.

Говорить всё ещё было тяжело.

Она посмотрела на Миру. Та уже молчала, а Роми казалось, что она слышит её первые и последние слова, наслаивающиеся друг на друга. Эхом.

— Но успокоило же…

— Тогда иди ещё поплавай! — Мира демонстративно отвернулась. Отошла чуть в сторону и плюхнулась прямо на песок, спиной к ним.

— Ты… хорошо себя чувствуешь? — Адан обернулся к Роми. Опустился рядом. Взгляд пристальный, в тёмно-зелёных глазах — тревога и беспокойство. А еще сразу две Большие луны — малюсенькими, блестящими точками в зрачках. — Можешь объяснить, что с тобой случилось… в воде?

Она могла рассказать только о том, как реагирует море на них, и они — на море. Правда, сейчас это ничего не объясняло.

— Это… море Истока. Наша кровь отравлена солнцем. Не только кровь… Море нас не очень любит. Особенно, в приливы. И пытается вынудить… Жжётся, давит. Мы в него стараемся не лезть… без нужды, — говорить получалось только короткими фразами, переводя дыхание после каждых нескольких слов. — Но сейчас не прилив.

Адан какое-то время смотрел на воду. Хмурился, покусывая нижнюю губу. Потом, видимо, что-то хотел спросить, но промолчал. Взглянул на Миру, снова посмотрел на Роми.