Чтение онлайн

– Красный Бог на небесах!
– Прижав руку к груди, отец выглядел так, будто вот-вот упадет с лошади.

– Ну, — Алейсея тихонько хихикнула.
– Тогда решено. Поехали?

– Нет, — резко ответила я, бросив на нее гневный взгляд.
– Мы найдем его друга и предложим ему еды. Это меньшее, что мы можем сделать.

Зевандер вздохнул и протянул мне поводья.
– Я пойду. Ты останься с Веэйном.

– Нет. Я пойду с тобой.

Он недовольно зарычал и вместо этого передал поводья отцу.

Я бросила на него гневный взгляд, когда мы вернулись

по своим следам к тому месту, откуда солдат сначала выбежал к нам. Зевандер держал голову наклоненной к земле, где следы оставляли отпечатки на мягкой грязи, пока не исчезали в растительности лесного пола. Мы шли по прямой через лес еще несколько метров, пока не наткнулись на импровизированный лагерь с медленно угасающими углями костра, мешком с водой, еще одним красным плащом, но никаких следов раненого друга.

Зевандер поднял мешок и вылил черную жидкость, которая была внутри. — По-моему, он выпил эту воду и заразился ею. Потерял рассудок. Он отбросил пустой мешок с водой и указал на небольшой холмик, покрытый снегом, немного поодаль. Могила.

– Ты и сам терял рассудок раз или два, — сказалап я.
– Не думаю, что это повод лишать кого-то жизни.

Как только я произнесла эти слова, мне стало ясно, что именно беспокоило меня больше всего. Несмотря на его враждебность, я замечала в Зевандере уязвимость в те моменты, когда он не был самим собой. Словно что-то внутри него безмолвно просило о помощи, и меня разрывало от мысли, что кто-то может причинить ему боль в такой момент.

– Вот в этом мы расходимся. Если бы он остался дружелюбным, я бы пощадил его. Но он не сделал этого. Он угрожал нам. Тебе.
– Он шагнул ко мне и нежно провел большим пальцем по моей щеке.
– И если я когда-нибудь снова подниму на тебя кинжал или руку, независимо от моего душевного состояния, я буду ждать от тебя такой же реакции.
– Его слова вернули меня к тому моменту, когда он вонзил меч в горло солдата.

От одной только этой мысли у меня защемило в глазах, и слезы навернулись на глаза.

– Пора возвращаться. Нас ждет долгий путь.
– Поцеловав меня в лоб, он направился обратно по тому же пути, по которому мы пришли.

– Нет, — сказал отец, отказываясь спешиваться.
– Я предлагаю ехать дальше. Всю ночь напролет.

Неудача у реки немного задержала нас, и даже то, что мы последний час гнали лошадей галопом, не помогло нам уйти достаточно далеко до наступления ночи.

– Я не буду там ночевать.
– Он кивнул в сторону разваливающихся руин церкви, расположенной всего в нескольких ярдах от нас, на вершине небольшого, заснеженного холма, окруженного лесом.

– Это та самая церковь, которую, как говорят, поглотили призраки? — спросила я.

Отец пробурчал что-то себе под нос, его лицо скривилось в хмуром выражении.

– «Судя по твоей карте, до следующей деревни еще полдня езды. К тому же, лучше быть на возвышенности.
–

Зевандер указал на верхний ярус церкви, который, казалось, остался нетронутым.
– Это будет идеальное место для наблюдения.

– А как же эта чудовищная тварь?
– Отец указал на Райвокса, который сидел неподалеку, чистя перья.
– Уверен, он отлично справляется с отпугиванием любой угрозы.
– Он окинул Зевандера взглядом с ног до головы.
– Кроме тебя, конечно.

– «Возможно, он съест лошадей ночью. Я бы предпочел, чтобы у них было какое-то укрытие, — возразил Корвин.

– Это укрытие, без сомнения, кишит призраками и злыми духами. Тебе комфортно спать среди них?

Алейсея вздохнула.
– О, ради всего святого, отец. Там нет привидений!

– Есть! Говорю тебе, оставаться здесь — плохой знак.

Хотя я, возможно, и была склонна защищать отца из принципа, после того, что произошло ранее в тот день, я была слишком измотана путешествием, чтобы думать о том, чтобы ехать дальше всю ночь. У меня болела задница, и я хотела слезть с этой проклятой лошади.

– В наши дни везде, где мы останавливаемся, — дурной знак. Если только ты не скажешь мне, что здесь есть реальная угроза, призраки — это меньшая из моих забот.
– Зевандер слегка толкнул Вейна в бок и направился к церкви.

– Призраки и есть настоящая угроза! — крикнул ему вслед отец.
– Признак зла!

Хотя полуразрушенная церковь не обещала роскошного ночного сна, я была рада, что Зевандер поставил точку в этом вопросе и не стал больше слушать.

Когда мы приблизились к обветшалому укрытию, я заметила странные трещины вдоль растрескавшейся земли, большая часть которой была покрыта лесной растительностью. В окружающем лесу тут и там валялись поваленные и сгнившие деревья, словно их сбило что-то и оставило гнить. Нахмурившись, я посмотрела на необычайно большой дуб, который был полностью выкорчеван.

– Как ты думаешь, что это могло быть? — спросила я, когда мы проезжали мимо него.

– Возможно, сильный шторм. Я не настолько хорошо знаком с твоим миром, чтобы сказать наверняка.

– У нас бывают торнадо, но эти корни так… сильно повреждены.

Зевандер остановил лошадь прямо у церкви и соскользнул с седла.
– Оставайся здесь. Я посмотрю и удостоверюсь, что здание безопасно.

– А что, если оно обрушится на тебя, пока ты внутри?
– Проведя взглядом по фасаду здания, я оценила, что до вершины шпиля высота составляет около тридцати метров.

– Полагаю, ты получишь свое возмездие за то, что произошло в лесу.

– Я не желаю тебе смерти. Просто невероятного раскаяния.

– «Лучше уж быть раздавленным обрушившимися остатками церкви, чем испытывать раскаяние за содеянное.
– Он похлопал себя по груди и ноге, проводя привычную проверку на наличие оружия, привлекая мое внимание к тому, сколько его он привязал к телу — три кинжала на груди, один на бедре и, конечно же, тот проклятый меч за спиной.

– И это ты называешь меня упрямой.