Экстрим
Шрифт:
Колян сбрасывает с себя «ошейник» и шлем и разгоняет байк для выполнения своего коронного трюка — трюка Николая Молотова (Molotov Body Varial). Небо бешено вертится перед глазами, и вдруг он почему-то оказывается на грунте и не может пошевелить ни рукой, ни ногой. Двое людей в белых халатах нараспашку хватают и волокут его куда-то, тело пронзает жуткая боль. Его кладут на носилки, и он снова видит небо. Но это уже не калифорнийское небо, это небо Пустоши с ярким глазом солнца, вечно стоящего в зените…
Следующее видение: его сестра забилась в угол ванной, перепачканная кровью с ног до головы. Нет, это не самоубийство, это выкидыш. Её хрупенькое тело не выдержало стресса из-за гибели любимого брата и избавилось от плода…
Следующее видение: маленькая комната, телевизор во всю стену, на экране человек с безобразным шрамом на
Юлька видела целый калейдоскоп событий из своей жизни: своё первое погружение; как она знакомится с Русланом; как подкарауливает и снимает на камеру мурену…
Потом она видела, как тайно от Руслана делает аборты. Почему он так невоздержан — накидывается на неё в середине цикла, в самое залётное время, и не успевает прерваться. И каждый раз думает, что каким-то чудом пронесло…
Потом она видела, как плывёт по подводным пещерам. Светодиодные фонарики высвечивают изгибы туннеля. Два раза направо, три налево, ещё направо, направо и влево. Она всё ещё злится на Руслана за его последнюю выходку, хотя вода, как обычно, успокоила её. Где же осьминожье логово? Она не раз видела, как этот чудесный представитель Enteroctopus dofleini охотился у выхода. Наверное, просмотрела: не станет он забираться в такую даль. Пора поворачивать. Направо, налево, налево… так, куда дальше? Манометр показывает, что основной баллон на исходе. Неужели она под водой уже больше часа? Ей кажется, что прошло минут двадцать. Никакой паники, она выберется. Если начать паниковать, расход воздуха увеличится. Перешла на аварийный пони-баллон. Вот теперь началась паника. Долбанутая идиотка! Угораздило заблудиться в надголовной среде! Попёрлась назло Руслану одна, не взяла с собой катушку с ходовиком и даже компас! Может, выход за следующим поворотом? Ни хрена! Всё, приплыли! Дышать больше нечем! Рот сам собой выплёвывает загубник регулятора, и лёгкие заполняет солёная вода…
Потом она видела, как её отпевают и хоронят в закрытом гробу. Значит, всё-таки выловили и переправили во Владивосток. Наверное, Руслан и вылавливал. Конечно, его самого нет на похоронах. Потому что Майк видел правду, и скоро у Руслана свои собственные похороны. Но уже без отпевания…
Потом она видела, как по направлению к кукурузному полю, оцепленному автоматчицами не старше её возраста, летит туча огромных насекомых, напоминающих кузнечиков. На рукавах у автоматчиц были нашивки с изображением улыбающегося человека со шрамом на лице. Насекомые приземлились на недосягаемом для автомата расстоянии от поля, встали в кружки головами друг к другу и принялись пищать. Посовещавшись, гигантские кузнечики как по команде взвились в воздух и ринулись на девушек. «За Президента!!!» — раздался боевой клич солдаток, и дружно затарахтели автоматы. Через минуту всё было кончено: кровавые ошмётки девушек смешались с поломанной кукурузой, а насекомые дружно набивали свои животы недозрелыми початками…
Карлсон видел своего начальника — доброго старичка, который корил его за дурацкое увлечение… Видел сцены из своей семейной жизни… Видел Витьку Мученова, который метался по своему двору, как тигр в клетке…
А вот и последний день. «Может, сегодня не полетишь? — пытается отговорить его жена. — У меня нехорошее предчувствие». — «Родная, посмотри, что ты видишь? — отвечает он. — Это самый безопасный в мире летательный аппарат. Если откажет двигатель, я плавно спущусь на землю, вот и всё! У меня на голове шлем, в подвеске запасной парашют, и погода безветренная. Что может случиться?» Он выполняет предстартовую проверку своего агрегата, прогревает и глушит двигатель, расправляет и прицепляет купол, тщательно застёгивает ремни подвески. Снова заводит мотор, умело поднимает и стабилизирует крыло, разбегается, плавно наращивая газ. И вот он уже над землёй. Непередаваемый восторг в груди, небо, солнце, русский простор. Чувствуешь себя птицей, оседлавшей воздушный поток, и от радости машешь рукой копошащимся в своих огородиках людям. Он снижается над участком Витьки, улыбается и
А вот Витька Мученов на суде. Судья зачитывает приговор — пожизненное заключение…
И снова Витька. Лежит мёртвый на полу камеры с заточкой в боку…
Вот он видит своего сына совсем взрослым. Сынок читает акафист об усопших над его могилой…
А вот он стоит неподалёку от какого-то огромного здания. И вдруг понимает, что это — Иерусалимский храм, разрушенный ещё в семидесятом году новой эры; видел его изображение в интернете. На фоне храма стоит человек, у которого через всё лицо идёт безобразный шрам — даже непонятно, как он выжил после такого ранения. Человека снимают сразу несколько телекамер, и он говорит: «Братья и сёстры, мои возлюбленные жители Земли! Я знаю, Кем вы меня считаете. И теперь, когда мы восстановили эту величайшую святыню человечества, я официально заявляю: это действительно Я! Доказательством тому служит моё второе воскресение из мёртвых! И я обещаю вам, милые мои, — у него на глазах появляются слёзы, — я обещаю, что больше не покину вас никогда! Эликсир бессмертия будет создан со дня на день, и мы все вместе будем вечно жить на нашей чудесной планете Земля! Да здравствует жизнь!!! — Человек легко отрывается от земли и зависает в воздухе. — Знайте, возлюбленные братья и сёстры: я могу в любое время вознестись на небо. Но я остаюсь с вами, остаюсь навечно!»
Дока видел, как он, повиснув на ограждении, позирует другу с фотиком на крыше какого-то высотного здания…
Ещё видел, как смотрит проповедь патриарха всея Руси по Первому каналу. «Единственный способ возращения к Небесному Отцу — это покаяние, — говорил патриарх. — Тот, кто приходит к Богу через искреннее покаяние, изменяется раз и навсегда. Множество убийц, насильников, разбойников преобразились через покаяние и теперь прославляются нами как святые. И цель наша — осознать себя разбойниками, вспомнить свои злые дела и поведать их Богу с сердечным сокрушением, чтобы Он мог истребить их из книги нашей жизни, стереть из нашего прошлого, а затем развеять и пепел от сожжённых в огне покаяния грехов…»
И, конечно, видел, как в белую ночь лезет по стене питерского особняка; как срывается, перекувыркивается в воздухе, пытаясь сгруппироваться, и плашмя падает на парковочный столбик, рогом дьявола торчащий из асфальта…
Ещё видел, как его сокурсницу Изабеллу умело обрабатывает кулаками муж-специалист по боям без правил — так, чтобы повреждения не мешали супруге выходить в свет. Наверно, это уже после Универа. А ведь она должна была стать его, Докиной, женой…
Ещё видел тело знакомого по социальной сети парнишки, распластанное на асфальте в луже крови. Парень был его фанатом и погиб при покорении своего третьего объекта…
Ещё видел, как стоит лицом к лицу с Президентом Земли и чувствует, что за спиной гудит огромная толпа народа. Президент говорит ему: «Что ж, прощай, моя маленькая обезьянка. Отправляйся на поклон к Обезьяньему Папе. Не срослось у нас с тобой». Потом смотрит поверх Докиной головы на толпу и кричит: «А вы не покинете меня?!» — «Нет!!!» — вопят люди, обезумевшие от счастья видеть своего Президента. «Готовы к экстремальным приключениям?!» — «Готовы!!!» — ревёт толпа. «Тогда вперёд, друзья! Вместе мы сметём все преграды, сделаемся бессмертными и убежим из царства смертной тени в царство счастья, веселья и вседозволенности!» — «Ура-а-а!!!» — неистово откликается толпа на призыв своего вождя…
Глава 11
Преображение
Пятеро человек в разных позах крепко спали на высоких стульях с подлокотниками. Солнце всё так же стояло в зените, ветер не дул, трава на голом камне не росла. Но вдруг что-то начало меняться.
Неподалёку от Хижины камень превратился в глинистую почву и в небо взмыли несколько кедровых сосен. С самой большой сосны спустился красивый рыжий зверёк с пушистым хвостом и направился к спящим людям. Он бегал по их телам и щекотал усами их лица до тех пор, пока все пятеро не очнулись от гипнотического сна. Увидев, что все зашевелились, зверёк отправился назад на своё дерево.