Чтение онлайн

Дед поднялся с нижней ступеньки, на которую присел в ожидании хозяев, и протянул руку для приветствия.

Влад, спустившись вниз, крепко пожал протянутую мозолистую ладонь.

– Сынок, позови-ка мне Люду. Поговорить с ней нужно, - сказал Степаныч.

– Извините, не могу. Она отдыхает. Если что-то срочное, говорите мне, я передам, когда она придёт в себя.

Пожилой мужчина посмотрел на него долгим взглядом, а после покачал головой и тяжело вздохнул:

– Ты ещё слишком мал и резок. Можешь дров наломать. Нужно, чтобы решение принял взрослый и

разумный человек…

– Если Вы считаете, что моя мать сейчас способна принимать взвешенные решения, то Вы ошибаетесь, - резко перебил его Влад. – Либо говорите, что хотели, либо приходите потом. Через полгода – не раньше.

– Ты со старшими не огрызайся, - пожурил его дед. – Не дорос ещё.

Может, в другое время Владу бы и стало стыдно за свой тон, но только не сегодня. Он просто вымотался и устал. Хотелось провалиться куда-нибудь в темноту, где не было боли, вины и страданий, а потом очнуться с готовым решением, как дальше строить свою жизнь.

– Давайте без нотаций. Правда, не до этого. Хотите говорить с матерью, я Вам уже сказал, она пока не готова ни к каким разговорам.

– Я сначала вообще ничего не хотел говорить, а потом понял, что семья должна знать. И только вы должны принимать решение, что делать с тем, что я скажу.

Влад молчал, только сердце от чего-то забилось быстрее. Дед Яшка не был из тех, кто бы пришёл просто так языком почесать. Скорее всего, у него было действительно что-то важное. И от этого стало ещё тревожнее.

– В тот день я видел Мишку. Он промчался на мотоцикле мимо меня, когда я коров пас, - начал дед. – Я еще погрозил ему кулаком вслед, потому что он испугал несколько бурёнок. А потом следом за ним проехал голубой УАЗик.

Влад почувствовал, как пересохло в горле, а ладони вспотели от напряжения и страха.

– И что дальше? – спросил он, облизнув пересохшие губы.

А через несколько часов твоего отца нашли под мотоциклом посреди поля. Но и УАЗик назад не проезжал, видно, другой дорогой смотались.

– Но в милиции сказали, что папа на кочку наехал…

– Сынок, я ничего не утверждаю. Просто рассказал то, что видел. Но если хочешь знать моё мнение, то не просто так этот УАЗ там нарисовался. И ты знаешь, кто на таком ездит. У него давние счёты с Мишкой.

– Я ничего не понимаю, - растерянно прошептал Влад, опускаясь на ступеньки.
– Что у них за счёты были?

– Не ту юбку задрал Мишка по молодости, вот с тех пор и воюют они. Ты думаешь, кто пустил слухи, что именно Мишка изнасиловал соседскую девчонку? Зуб даю, что это Сёмка. Он ведь участковый и приезжал к Романчукам, чтобы разобраться с этим делом. А потом стал говорить всем, что Мишка не просто так у них ошивается. Вроде как он делает вид, что хочет помочь, а на самом деле следит за тем, чтобы девка не сболтнула лишнего, и запугивает её своим присутствием.

– Я до сих пор не понимаю, как люди, которые всю жизнь знали отца, поверили в эту чушь. И мать пытались настроить против него. Каждый второй тыкал её в это носом, - разозлился Влад, крепко сжимая руки в кулаки.

– Прости, сынок, что говорю тебе

это, но Мишка любитель захаживать к чужим бабам.

Влада едва не стошнило. Он не хотел слышать всю эту хрень про своего покойного отца. Но встать и уйти не мог. Просто чувствовал, что должен дослушать деда до конца.

– Правда, все они постарше были. Никогда он не проявлял интереса к соплячкам. Но многие в посёлке были на него обижены, поэтому и подхватили Сёмкину брехню.

– Романчуки тоже верили в это?

– Никогда от них этого не слышал. Думаю, нет. Тимоха бы, не раздумывая, убил Мишку голыми руками. Но его убили другие. Я видел всех, кто сидел в том УАЗе.

****

…Наше время…

Слёзы градом катились по Аниному лицу, она даже не пыталась их стереть. Просто сидела и всматривалась в лицо брата, который продолжал рассказывать. Только она больше не слышала его слов. В голове пыталась уложиться информация, что папа был первым гулякой в посёлке, и кто-то обвинил его в изнасиловании. Этого просто не может быть!

– Кто-то верил в это? – тихо перебила она брата.

Влад поморщился:

– Не все. Но любители сплетен очень долго таскали по зубам эту новость. И маму терроризировали.

– Она верила?

– Нет. В то, что соседку тронул, точно нет. А вот, что с замужними гулял, знала всю жизнь.

– Нет! – вскричала Аня, вскакивая со своего места. – Этого не может быть! Я не верю, что папа так поступал! Он был добрым и хорошим, любил нас всех! Вы же сами об этом говорили!

– Я этого и не отрицаю. Любил и нас, и маму. И женщин других любил, но это никак не сказывалось на его отношении к нам. Он никогда не позорил маму, всегда хорошо к ней относился, не позволял никому насмехаться над ней или обижать.

Девушка обессиленно рухнула обратно на скамейку и вцепилась руками в волосы. Голова готова была взорваться. Она не могла воспринять новую информацию об отце. Хотелось, чтобы Влад вообще этого не говорил. Но винить было некого, она сама хотела всё знать.

– Я всегда считала его своим героем, - всхлипнула она, не поднимая головы.

– Он и был им. И навсегда останется. Ты взрослая, Ань, и должна понимать, что так поступают многие мужчины, но это не влияет на их отношение к своим детям и жёнам.

– Я не хочу это понимать, - вскинула она голову, - и принимать тоже. Это неправильно и подло. Я не понимаю, почему мама терпела? Я знаю, что она до безумия его любила и даже после его смерти осталась ему верна.

Брат тяжело вздохнул и, протянув руки через стол, сжал Анины пальцы.

– Не копайся в этом больше, пожалуйста. И маме не задавай вопросов. Всё это слишком больно вспоминать. Мама через многое прошла. Люди осуждали и не понимали, как она живёт с папой. Но это был её выбор. И она верила, что он не виновен в том, что случилось с Машей. Верь и ты. Просто верь в него и постарайся не думать о нём плохо.