Чтение онлайн

— Оккол! — Хосор вызвал пограничную станцию. — На Цитадели что-то случилось, рядом с базовой башней — атмосфера. Ответа на запрос посадки до сих пор не получили. Тоннель смещен в сторону базы. Стоим. Ждем!

— Это Оккол! Просканируйте термоактивность.

Хосор пару раз провел пальцами по бортовой панели, включая несколько термомониторов. Цитадель была полна. Яркие силуэты спецперсонала перемещались по экранам.

— Персонал на месте! — удивленно отрапортовал босс-рейдер.

— Что-то, значит, с вашим сигналом, — отозвался дежурный погранчасти.

— А зачем они транслируют наружный сигнал? — я чувствовал какое-то несоответствие

в рапорте босса.

— Есть наружный сигнал, — поправился Хосор.

— Это музыка, — Оккол подергал себя за мочку уха. — Мне даже отсюда понятно.

— Ерунда... — запротестовал мой помощник. — Зачем она им?

— Рискните, — вздохнул дежурный. — Надо же узнать, в чем дело.

Я почувствовал, что мы заглотили свою лень, словно наживку. Эта работа навевала скуку на патрульных и дежурных по сектору. Последние ни разу сюда не наведывались и видели происходящее только на мониторах центрального пульта.

— Надеюсь, вы включили запись, — пробурчал Хосор. — Больно беспечно с нашей стороны в это влезать. Хотя... мы и при исполнении.

— Запись ведется автоматически, — было видно, как дежурный поднял обе руки и поправил визер на висках. — Давайте! Если что, армия всегда спасет...

— Тоннель исчез! — воскликнул пилот.

— Заходим на посадку, — босс встал и похлопал Сиппа по плечу. — И, действительно, что-то мы уж слишком боязливы! Ставим ядерную оболочку на выход и садимся.

Вспыхнул яркий свет, и посадочный блок разжал свои бортовые «челюсти». Нам в лица ударил коктейль из свежего воздуха и искаженного вибрацией звукового сигнала.

— Не толпимся на выходе! — громко сказал босс-рейдер.

В посадочном кармане было мирно, только странный тональный сигнал.

Прошли первый отсек. Никого. Группа рассеялась по базовому периметру.

— Хосор! — раздавались возгласы патрульных. — Здесь никого!

— Тьфу! — босс занервничал. — Где же они все?!

Вдруг все услышали визг пилота:

— Босс, их тьма! Они по правому борту! Подходят к базовой башне с другого края!

— Сиди! — рявкнул в ответ руководитель рейда.

Однако тут возник дикий беспорядок. Весь отряд рванул вниз, к энергетическим отсекам, а я — к базовому пульту управления, чтобы поднять энергетические щиты. Но когда я подключился к внешнему обзору, то увидел нечто невообразимое. Толпы «гостей» сыпались откуда-то из темноты на ближайший к башне холм, словно орехи с дерева.

Щит подымался, сжигая этот бесконечный поток. Проверив энергетическое напряжение в щитовой структуре, я побежал вниз, к отряду.

У входя в отсек я поскользнулся и рухнул на пол, почувствовав под собою что-то мягкое. Подняв голову, я онемел от горя. Все были мертвы. Все до одного.

Вспомнив о Сиппе, я вскочил и с разворота ударился о внезапно сошедший с места блок сенсорной двери...

Видимо, удар пришелся прямо в висок, потому что потерял сознание я надолго. Поднявшись, я увидел, что картина не изменилась, за исключением того, что рядом с моей ногой лежал пульт дистанционного измерителя. Он светился странным голубым светом. На таких пультах обычно была громкая связь с мобильной частью отряда, то есть с пилотами.

Я нажал несколько кнопок и крикнул:

— Сипп! Отзовись!

Вместо этого я увидел и почувствовал что-то из ряда вон выходящее. Мое тело куда-то исчезло. Испарилось все, что я только что считал своей реальностью. Я оказался в теле ребенка лет двух. Перед глазами проплыло круглое оконце... «Иллюминатор», — догадался я.

«Черт!

Черт! Это же тонкая телепортация! — я был взбешен, мне хотелось разрыдаться. — Твою мать! Это ж как же так?!»

Я почувствовал, что сознание чрезвычайного помощника боссрейдера гаснет, уступая место чему-то бессвязному.

«Я должен... вернуться... мне... надо вернуться... Но как?.. Как, черт побери, я вернусь в свое тело?.. Черт! Черт! Этого не может быть... Господи, какая глупость!..»

Со стороны это выглядело так. Маленький мальчик двух лет от роду, минуту назад спокойно спавший в кресле авиалайнера, вдруг заметался, ошарашено разглядывая пассажиров и низкие кучевые облака за иллюминатором самолета. По его лицу текли крупные слезы. Обеспокоенная поведением своего сына мать достала из сумочки бумажную салфетку и вытерла ребенку лицо. Через некоторое мальчик успокоился и вновь заснул.

Удерживать в узде мой мозг помогает хвост! Ежели он недостаточно крепок, то я чувствую, как извилины выправляется из-под резинки под видом волос и больно бьют меня по плечам во время ходьбы.

Вообще же, несмотря на свою гениальность во многих вопросах, я человек простой и обладаю весьма заурядной внешностью. Так, например, нос, глаза и губы расположены у меня прямо на лице, голова простейшим образом прикреплена к шее, а та, в свою очередь, крепится к туловищу. Также я имею по пять пальцев на каждой руке и ноге и по одному ногтю на каждом пальце. Как у многих, на животе у меня расположен пупочек, а две ноги, обладателем которых я являюсь, служат средством передвижения и не дают падать во время получения шокирующих вестей. Руки мои тоже абсолютно обыкновенны, они сгибаются в двух местах — это очень удобно! В детстве я боялась их где-нибудь обронить и потому никогда не опускала. Рост мой не мал, не велик и составляет 172,5 сантиметра. Признаюсь, другого и не хотела бы. Он в меру высок, чтобы видеть причину столпотворения на улице, но не видеть проплешин на головах собеседников. Да, я действительно обладаю зауряднейшей внешностью, хотя все это не мешает мне быть совершенно великолепным человеком!

Сашенька и Юленька люди настолько безответственные, что умудрились опоздать даже на собственные похороны. А оправдывались тем, что работы много, да и неохота вовсе. Родители охали да ахали, все пытались их по гробикам растолкать, но эти амебы и тут не проявили расторопности. Сашенька сказал, что ему надо для начала пообедать, мол, негоже помирать на голодный желудок, а Юленька предпочла вздремнуть. Благо, час спустя не выдержали гости, рассвирепевшие от голодной злости, начали стучать ложками по лбу и требовать продолжения похорон, а то затянулось бы сие мероприятие до зимы. Растерянные родители снова стали распихивать их по гробикам, да только беда не приходит одна: Сашеньке гроб оказался не по размеру (уж больно плотной была трапеза), а Юленька ушла в себя и в тот день уже не вернулась. Ну а так как хоронить людей каждый день кряду плохая примета, живут они и по сей день.