Чтение онлайн

Теперь он знал – заклятье удастся ему. Сила легко поднималась от ступней, и Джинкс впервые понял, что заимствует энергию жизни у самого Урвальда. Он и Эльфвина словно вросли в землю.

– Джинкс! Прекрасная дева! – в голосе Ривена слышалось недоумение.

«Он не понимает, что кроме нас тут есть кто-то еще», – подумал Джинкс. Шаги миновали их, направляясь к Ривену. Они услышали тяжкое дыхание, почуяли запах грязного, немытого тела.

– Где вы? – крикнул Ривен.

– Сиди тихо, Ривен! – закричала

в ответ Эльфвина.

И тем разрушила заклятие. Рука Джинкса потянулась к ножу на поясе. Он услышал, как по коре ближайшего дерева скребут когти. Неведомая тварь нацелилась на Ривена.

Сторожка висела вне тропы, Соглашение на нее не распространялось.

– Ривен, – завопил Джинкс, – топор на крыше сторожки!

Не важно, был Ривен Ужасом или не был, но позволить, чтобы его сожрали, Джинкс не мог. Он рванулся сквозь темень вперед, силясь что-нибудь придумать. Никакой магии, которая могла бы пригодиться сейчас, он не знал.

– Изыди, гнусный негодяй! – вдруг закричал Ривен.

Твок! – это топор врезался в дерево. Послышались всхрапы, смачные удары, звуки рукопашной.

– Ривен! – снова крикнула Эльфвина.

Сверху донеслись звуки новых ударов, рык, затем – вопль боли.

Эльфвина повернулась к Джинксу:

– Зажги огонь!

Что-то с глухим стуком ударилось о землю. Снова шум драки, теперь уже на земле. Вскрик Ривена.

Эльфвина сунула в руку Джинкса толстый сук:

– Зажги, а то ничего не видно!

Джинкс зажег. Они увидели пригнувшуюся к земле рогатую тварь, занесшую костистую лапу, чтобы ударить распростертого под ним, прижатого к земле Ривена. Джинкс проделал единственное, что смог придумать, – наслал на тварь волшебный огонь.

Она взревела, Ривен закричал. Джинкс мигом втянул огонь в себя. Жечь Ривена он не собирался.

Тварь вскочила на задние лапы и повернулась к Джинксу. Всю ее покрывала опаленная курчавая шерсть – но были еще рога и полная клыков пасть. Зверюга сделала шаг к Джинксу и Эльфвине.

Отвратительный звук, изданный врубившимся во что-то мягкое топором. Тварь взвыла и рухнула ничком, едва не придавив отпрыгнувших в стороны Джинкса и Эльфвину. За тварью объявился с топором в руках Ривен.

– Сожги его! – потребовал он.

– Нет! – воскликнула Эльфвина.

Внезапно тварь выбросила вперед лапу и сцапала девочку за лодыжку. Эльфвина закричала, лапа потянула ее к земле. Ривен, занося топор, бросился к твари. Джинкс, схватив Эльфвину за руку, рванул ее в сторону. И, внимательно осмотрев ногу упавшей Эльфвины, убедился, что та цела, – к тому же осмотр позволил ему отвлечься от чавкающих ударов топора в темноте. Девочка, дрожа, поднялась на ноги.

– Хватит, Ривен, – сказала она. – Прошу тебя. Он наверняка уже мертв.

Взяв у Джинкса факел, она подошла к лежавшему на земле чудищу.

– Это медвелак, верно? Уж не Топтыган ли?

– А рога-то откуда? – спросил Ривен. – Разве у медведей бывают рога?

– Нет…

может быть, это огр? Джинкс, иди, взгляни.

– Не хочу, – сказал Джинкс. Его подташнивало. – Думаю, нам лучше уйти.

– Но мы уже вне опасности, – удивился Ривен. – Сторожка…

– Хочешь, оставайся в ней, – сказал Джинкс. – А мы уходим.

– Я без Ривена не пойду, – сказала Эльфвина.

– Ну и ладно, – сказал Ривен. – Я только вещи заберу.

Он осмотрел окровавленный топор, улыбнулся и протянул его Джинксу.

– Похоже, я с ним понемногу осваиваюсь.

Они продвигались по темной тропе. Джинкс зажег факел достаточно яркий, чтобы освещать ее обочины, и надеялся, что огонь отпугнет волколаков и медведей.

– Почему ты нагнала нас? – спросил он.

– Чтобы уговорить вас обоих не ходить к Костоправу, – ответила Эльфвина.

– Меня нелегко отговорить от задуманного, прекрасная дева, – сказал Ривен.

Джинкс не мог отделаться от мысли о чавкающих звуках еще долго после того, как убитый медвелак – или кем он там был? – остался далеко позади. Да, хоть Ривен и дружелюбен, и неизменно весел, однако отговорить его от чего бы то ни было – дело не из легких.

– Просто я подумала… – Эльфвина запнулась. – Вы же видели, какова моя бабушка. Ей нравится… забавляться с людьми. Думаю, она отправила вас к Костоправу, желая посмотреть, что он с вами сделает. А мне это особенно забавным не кажется.

– Меня она не отправляла, – заявил Ривен. – Я сам пошел.

– А я всего лишь хочу услышать, что он скажет о моей магии, – добавил Джинкс.

– Но что, если ему и сказать-то нечего? Бабушке моей верить нельзя. А Симон говорил, что тебе следует держаться от Костоправа подальше.

– Просто Симон знает – Костоправ может объяснить мне, что он со мной сделал.

– Это ты бабушкиных сказок наслушался! – сказала Эльфвина. – А он через соломинку высосет из вас души и сделает из ваших глаз бусы. Двое мужчин с Калликомской прогалины однажды пошли к Костоправу, чтобы продать ему масло, и никто их больше не видел. По ночам он пробирается на прогалины и крадет младенцев из колыбелей.

– А мысли его полны кровавых ножей, – добавил Ривен.

– Что? – изумилась Эльфвина.

– Джинкс умеет видеть мысли людей.

– Ты правда умеешь?

– Нет, – ответил Джинкс. Ничем этот Ривен не лучше Эльфвины, что ему ни скажи – все разболтает.

Впрочем, Джинкс тут же ощутил неловкость, вспомнив, что сам он наболтал Софии, когда поругался с Симоном.

– Раньше умел.

И он рассказал Эльфвине о том, как видел цвета человеческих мыслей.

Она остановилась посреди тропы.