Чтение онлайн

— Иногда я просто не понимаю Питтера. Мне, например, больно делать такие вещи, а ему… Клянусь, он просто наслаждается. Лично я очень опечален судьбой нашего бедного Лето. Скоро доктор Юх нанесет свой предательский удар, и с родом Атрейдсов будет покончено… Конечно, Лето узнает, чья рука направляла доктора и… это будет ужасно.

— А почему бы вам не приказать доктору взять и без лишних разговоров всадить герцогу кинжал между ребер? — спросил Питтер. — Вы тут толкуете о жалости…

— Герцог должен знать, что это

я решаю его судьбу. И остальные Великие Дома тоже. Это заставит их призадуматься. А я на время получу свободу действий. Увы, необходимость этого шага очевидна, хотя это вовсе не значит, что он мне нравится.

— Свободу действий, — ухмыльнулся Питтер. — Император и так не спускает с вас глаз. Вы действуете слишком отчаянно. Когда-нибудь Император пришлет легион-другой своих сардукаров к нам на Гиду Приму, и от барона Владимира Харконнена ничего не останется.

— А ты бы этому порадовался, да, Питтер? Ты с удовольствием бы смотрел, как полки сардукаров грабят мои города и громят этот замок? Честное слово, как бы порадовался!

— Зачем барон говорит такие слова? — прошептал Питтер.

— Ты хотел бы быть башаром и командовать ими, — продолжал барон. — Ты ведь любишь боль и страдания! Возможно, я поторопился, пообещав тебе кое-что на Аракисе.

Питтер встал и забавной подпрыгивающей походкой подошел к Фейд-Роте. Юноша беспокойно посмотрел на него. В комнате повисла напряженность.

— Не надо шутить с Питтером, барон, — сказал Питтер. — Вы пообещали мне леди Джессику. Вы мне ее обещали.

— Зачем она тебе, Питтер? Мучать?

Питтер молча смотрел на него.

Фейд-Рота отъехал со своим креслом-поплавком в сторону.

— Дядя, может, мне лучше уйти? Вы сказали…

— Ты слишком нетерпелив, мой милый Фейд-Рота, — занавески, за которыми стоял барон, колыхнулись. — Потерпи, Фейд, — он снова обратился к ментату: — А что с наследником герцога, Полем, дорогой Питтер?

— Когда ловушка захлопнется, он тоже будет в ваших руках, барон.

— Я совсем не об этом. Не угодно ли тебе припомнить, как ты предсказывал, будто эта ведьма из Бен-Джессерита родит герцогу дочку? Похоже, ты ошибся, ментат?

— Я не часто ошибаюсь, барон, — сказал Питтер, и в его голосе впервые послышался страх. — Согласитесь, я ошибаюсь не часто. Вы сами знаете, эти бен-джессеритки рожают в основном девочек. Даже у супруги Императора одни дочки.

— Дядя, — вмешался Фейд-Рота, — вы сказали, сегодня будет что-то важное для меня…

— Послушайте-ка моего племянника! — воскликнул барон. — Он, кому предстоит управлять Великим Домом Харконненов, не умеет управлять собой, — барон пошевелился, и по занавеске пробежала тень. — Ладно, Фейд-Рота Харконнен, я вам объясню. Я пригласил тебя сюда, чтобы ты немножко набрался ума. Наблюдал ли ты за нашим славным ментатом? Ты должен бы кое-что вынести из нашего сегодняшнего разговора.

— Но, дядя…

— Ведь наш Питтер один из лучших ментатов, ты согласен, Фейд?

— Да, но…

— А! Конечно же

«но»! Но он ест слишком много пряностей, он лопает их, как семечки. Посмотри на его глаза! Он выглядит словно вчера с Аракиса. Прекрасный ментат, но — слишком эмоционален, склонен погорячиться. Очень хороший ментат, но — все-таки может ошибаться.

Питтер заговорил глухим голосом:

— Вы позвали меня сюда, чтобы публично унизить, барон?

— Унизить тебя? Тебе следовало бы знать меня получше. Я просто хотел продемонстрировать своему племяннику, что возможности ментата ограничены.

— Вы собираетесь дать мне отставку?

— Отставку, тебе? Ну, Питтер, где же я найду другого ментата, такого же ядовитого и хищного?

— Там же, где нашли меня, барон.

— Возможно, возможно. Больно уж ты стал неуравновешенным. И эти пряности, которые ты без конца пожираешь!

— Мои слабости вас разоряют, барон? Вы против них что-то имеете?

— Мой дорогой Питтер! Твои слабости лишь привязывают тебя ко мне. Как же я могу что-то иметь против них? Я просто хочу показать тебя своему племяннику со всех сторон.

— Значит, меня показывают? Может, мне сплясать? Может, мне продемонстрировать славному Фейд-Роте все, на что я способен?

— Именно. Скажут плясать, будешь плясать. А пока помолчи, — он перевел взгляд на племянника и отметил, что его полные, чуть оттопыренные губы — фамильная черта Харконненов — удивленно поджались. — Это называется ментат, Фейд Это существо тренируют и натаскивают на выполнение определенных задач. Однако нельзя пренебрегать тем, что ментат заключен в человеческое тело. Это очень существенная деталь. Иногда мне кажется, что наши предки, с их думающими машинами, были на правильном пути.

— По сравнению со мной все машины — детские игрушки, — фыркнул Питтер. — Даже вы, барон, думаете лучше этих машин.

— Возможно. Так, значит… — барон глубоко вздохнул и рыгнул. — Теперь, Питтер, ты расскажешь моему племяннику подробности нашей военной компании против Дома Атрейдсов. Покажи нам, на что способен ментат, если тебе так хочется.

— Я вас предупреждал, барон, что нельзя доверять эту информацию такому юнцу. Мои наблюдения за…

— С этим я сам разберусь. Ты получил приказ, ментат. Действуй, покажи нам одну из твоих многочисленных способностей.

— Пусть так, — ответил Питтер. Он выпрямился, выказав вдруг необыкновенное достоинство, что, впрочем, больше походило на очередную маску, под которой он желал скрыть истинные чувства. — Через несколько стандартных среднекосмических дней герцог Лето со всей своей свитой и имуществом погрузится на транспортный лайнер Гильдии и стартует в направлении Аракиса. Вероятнее всего, Гильдия доставит их в город Аракин, а не в принадлежавший нам Картаг. Ментат герцога, Суфир Хайват, придет к выводу, что Аракин легче защищать.