Две вины
Шрифт:
Они вошли в «Бедфорд-отель», и среди официантов и служителей поднялась суматоха.
– Как тут мило, – любезно, но искренне сказала девушка.
– Актерская берлога. – Он кивал каким-то людям. – Привет, Джимми… Билл… Джек, здорово… Это Джек Демпси… Я редко сюда хожу. Больше в Гарвардский клуб.
– Так вы учились в Гарварде? Один мой знакомый…
– Да.
Он колебался. Относительно Гарварда существовали две версии, и неожиданно он выбрал ту, которая соответствовала истине.
– В Гарварде. Меня там
Он еще поколебался и вдруг решил на этом поставить точку.
– Так вам что, работа нужна? – спросил он.
Он вдруг вспомнил, что у нее дырявые чулки. Перед дырявыми чулками он пасовал, терялся.
– Да. Иначе мне придется уехать обратно домой, – ответила она. – Я хочу стать балериной, заниматься русским балетом, знаете? Но уроки такие дорогие, вот и приходится искать работу. Заодно, я думала, немного привыкну к сцене.
– Пляски, значит?
– Нет, что вы, классический балет.
– Павлова, например, она разве не пляшет?
– Ну что вы! – Она ужаснулась, но потом продолжила свой рассказ. – Дома я занималась у мисс Кэмпбелл, вы, может быть, слышали? Джорджия Берримен Кэмпбелл. Ученица Неда Уэйберна. Она просто замечательная! Она…
– Да? – Он слушал рассеянно. – Дело нелегкое. В агентствах от актеров отбою нет, и послушать их всех, так они что угодно могут – до первой пробы. Вам сколько лет?
– Восемнадцать.
– Мне двадцать шесть. Приехал сюда четыре года назад без единого цента в кармане.
– Ну да?
– А теперь могу хоть сегодня прикрыть лавочку, мне хватит до конца жизни.
– Честное слово?
– В будущем году устрою себе отпуск на год. Женюсь… Айрин Риккер, слыхали про такую?
– Еще бы! Моя любимая актриса.
– Мы помолвлены.
– Правда?
Потом, когда они снова вышли на Таймс-сквер, Билл небрежно спросил:
– А что вы сейчас делаете?
– Работу ищу.
– Да нет же. Вот сейчас.
– Ничего.
– Может, зайдем ко мне, выпьем кофе? Я живу на Сорок шестой улице.
Глаза их встретились, и Эмми Пинкард решила, что в случае чего сможет за себя постоять.
В просторной светлой комнате-студии с огромным диваном в десять футов шириной она выпила кофе, он – виски с содовой, и его рука легла ей на плечи.
– С какой стати я должна вас целовать? – решительно сказала она. – Мы почти не знакомы, и, потом, вы помолвлены с другой.
– Пустяки. Она не рассердится.
– Так я и поверила!
– Вы хорошая девушка.
– Во всяком случае, не дура.
– Ну и ладно. Оставайтесь себе хорошей девушкой.
Она поднялась
– Я так понимаю, что теперь мне работы у вас не получить? – беззлобно спросила она.
Он думал уже о другом – о каком-то разговоре, о репетициях, – но, поглядев, опять увидел на ней дырявые чулки. И позвонил по телефону:
– Джо, это Нахал говорит… Что, думали, я не знаю, как вы меня называете?.. Ладно, ничего… Слушайте, вы уже набрали мне трех девушек для сцены с гостями? Ну так оставьте место, я вам сейчас пришлю одну южаночку.
И, довольный собою, гордо посмотрел на нее, чувствуя себя самым что ни на есть отличным малым.
– Прямо не знаю, как вас благодарить. И мистера Роджерса, – дерзко добавила она. – До свидания, мистер Мак-Чесни.
Он не снизошел до ответа.
II
Во время репетиций он часто приходил в театр и стоял с умным выражением на лице, будто каждого видел насквозь. На самом же деле, оглушенный собственным успехом, он воспринимал действие на сцене смутно, как в тумане, да и не особенно интересовался. В конце недели он обычно уезжал на Лонг-Айленд и гостил у своих новоявленных роскошных друзей. Бранкузи величал его не иначе как «светский лев», а он отругивался:
– Ну и что? Разве я не учился в Гарварде? Думаете, я, как вы, у зеленщика в тележке отыскался?
Новые знакомые ценили его за приятную внешность, и за легкий характер, и, конечно, за успех.
И только помолвка с Айрин Риккер омрачала его жизнь. Они давно действовали друг другу на нервы, но ни он, ни она не решались на разрыв. Как двух юных отпрысков двух самых богатых семейств в городе уже одно их исключительное положение часто сводит вместе, так и Билл Мак-Чесни с Айрин Риккер, оба вознесенные на вершину успеха, не могли не принести друг другу дань взаимного восхищения. Но ссоры, в которых они отводили душу, становились все чаще и ожесточеннее, и конец неотвратимо приближался. Он принял облик рослого красавца Фрэнка Ллуэлина, актера, игравшего в паре с Айрин. Билл быстро понял, к чему идет дело, и взял с ними особый горько-иронический тон; через неделю репетиций отношения в труппе стали натянутыми.
А между тем Эмми Пинкард, у которой теперь хватало денег на крекеры с молоком и был приятель, водивший ее в ресторан, благоденствовала. Приятеля звали Истон Хьюз, он тоже был из Делани и учился в Колумбийском университете на зубного врача. Иногда он приводил с собою и других молодых людей, которые тоже учились на зубных врачей и страдали от одиночества, и за мизерную плату в два-три торопливых поцелуя в такси Эмми всегда могла пообедать. Как-то вечером у актерского подъезда она познакомила Истона с Биллом Мак-Чесни, и с тех пор при встрече с нею Билл всегда разыгрывал ревность.
3ds Max 2008. Секреты мастерства
Компьютеры и Интернет:
программное обеспечение
рейтинг книги
Статьи
Документальная литература:
публицистика
рейтинг книги
История Великобритании
Национальная история
Научно-образовательная:
история
рейтинг книги
Ученик
2. Ушедший Род
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
рейтинг книги
Санкт-Петербург. Автобиография
Научно-образовательная:
история
рейтинг книги
Жизнь-поиск
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
XX век. Исповеди
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги