Чтение онлайн

— Не говори мне, что ты не хочешь меня, — низким голосом сказал он.

— Я никогда не говорила, что не хочу тебя, — произнесла она беззащитно.

Он покачал головой.

— И ты прекрасно знаешь, что мне нужно гораздо больше, чем это, — яростно прошептал он. — Я хочу тебя всю. Клер, и ты, дорогая, будешь полностью моей… мы оба будем принадлежать друг другу.

Он поцеловал ее так сильно, что ее голова откинулась назад. Его руки скользнули вниз по ее спине, прижимая все сильнее, ладони охватили ягодицы и прижали к своим бедрам. Губы оторвались

от ее рта, чтобы целовать ее шею и пушистые волосы.

С ее губ сорвался непроизвольный вздох. Он просунул ногу между ее ногами, ритмично двигая ею между ее ляжками. Приподняв ее свитер, он замедлил ритм, не спеша лаская гладкую, как шелк, кожу ее живота и такую хрупкую грудную клетку. Когда он добрался до застежки бюстгальтера, он посмотрел ей в глаза.

Ее лицо заливала краска, глаза затуманились. Они оба услышали легкий щелчок застежки. Он все еще смотрел ей в глаза, когда снял тончайший кружевной бюстгальтер и ее груди обнажились для его ласк.

— Перестань, — прошептала она.

— Перестань что?

— Перестань смотреть на меня.

Он покачал головой. Его пальцы быстро нашли бьющийся пульс ее сердца. Потом они очертили магический круг на правой груди, а затем на левой. Не глядя, на ощупь, он нашел оба соска, маленьких и выступающих. Он потеребил их между пальцами, наблюдая, как расширяются зрачки Клер. Какие восхитительные маленькие груди, бесподобно нежные и упругие. Они поместились бы в его ладони, но, когда его руки стали сжимать их перламутровую мягкую плоть, она с беспокойством закрыла глаза.

Он услышал неразборчивый шепот, что-то вроде: «Черт бы побрал тебя, Бранниган». Он не улыбнулся. Склоняясь все ниже, он провел языком по этим нежным розовым кончикам.

Господи, как она чувственна.

Маленькие розовые соски были плотными от возбуждения и стали еще тверже, когда он коснулся их зубами. Клер выгнулась в спине, и он услышал, как из ее легких вырвался поток воздуха. Его пальцы проникли под пояс ее джинсов, и она напряглась.

— Шшш. — Он поднялся, чтобы поцеловать пульс у ее горла, и потом вернулся к губам.

— Мы не будем спешить. Я не собираюсь торопить тебя. Клер. Я просто хочу увидеть твою кожу, все твое тело. Не сопротивляйся.

— Я не собиралась, — зашептала она. — Я только… — Ее голос перешел в торопливый смешок, выявлявший нехарактерную для Клер застенчивость. — Ты, наверное, думаешь, я никогда этого раньше не делала. Я… Вообще-то это как-то по-другому.

Он улыбнулся, и на его губах играла нежность:

— Мы вообще-то еще даже не начали, глупышка.

Он ее не понял. Она не… занималась любовью вот так. Прикосновения всегда приятны, как и сексуальные ощущения. Но это безумное, совершенно не поддающееся контролю желание. Что-то нашептывая ей, он стянул с нее свитер, с себя джемпер, потом джинсы с нее. Он целовал обнажавшееся тело.

И тут она задрожала, но не потому, что была полуголой. Это случилось, когда он скинул ее джинсы и она почувствовала его губы на своих лодыжках, на икрах, на бедрах.

— Джоэл…

Он

хотел слишком много. Такой интимной близости, какой у нее никогда не было, таких эмоций, каких она не испытывала ни с кем. Она потянулась к нему, чтобы выдержать бурный прилив головокружительных ощущений, полностью отключавших ее мозг. Руки коснулись его груди, пальцы сами прошлись сквозь волнистые волосы, по коже его тела. Он снова вернулся к ее губам. Ее руки были увлечены познаванием его тела, а прикосновение ее обнаженной груди к его теплой коже только усилило пламя, разжигавшее ее чувства со скоростью лесного пожара.

Она захотела его навсегда, и он, черт побери, знал это. Чем больше она прикасалась к нему, тем чаще он вознаграждал ее страстными длинными поцелуями. Когда ее руки добрались до его джинсов, она услышала резкий и глубокий вздох.

Он снял их, и теперь уже она сама порывисто задышала. Кожа его была темно-золотистой. Она увидела мощь этого мужчины, пульсацию мышц под гладкой кожей, его упругую силу. Она почувствовала прилив страха, смешанного с восторгом, который усилился, когда он лег рядом с ней. Нежно, один раз он поцеловал ее в губы и взял в руки ее лицо.

— Я не обижу тебя, — прошептал он.

— Я знаю.

Она не удержалась от того, чтобы поднять руку и медленно, одним пальцем провести по суровым линиям его лица. Он был так прекрасен. И так полон желания. Совершенно не понимая почему, она ощущала страх.

Твердая поверхность ковра под нею контрастировала с бесконечной мягкостью его языка, шелковой нежностью его рук. Она нетерпеливо отдавалась его ласкам, стремясь ублажить его тело, но чувствуя какую-то неполноценность, неспособность полностью соответствовать тому огромному желанию, которое он вызывал. Жаждала каждая часть ее тела. Ее глаза, и руки, и ноги. Ее сердце, ее душа.

— Джоэл…

Над ней возвышался незнакомец, неутомимый первобытный воин с золотистой гладкой кожей; его дыхание было прерывистым, власть над ней абсолютной. На его губах была влага от интимного поцелуя, какого Клер еще не позволяла ни одному мужчине. На плече она увидела маленькую ссадину — след от ее зубов, когда она не смогла сдержаться. И как только он вошел в нее, она издала неудержимый стон страсти, этот язычески древний отклик плоти со времен Евы. Руками он приподнял ее бедра и заполнил ее снова, еще глубже, потом опять и опять проник в нее.

— Смотри на меня, — прошептал он. Подернутые пеленой глаза Клер бессмысленно посмотрели в его глаза.

— Такая плотная, такая теплая, — приглушенным голосом сказал Джоэл. — Знаешь, как давно я хотел войти в тебя?

Ее ресницы упали вниз.

— Нет, — зашептал он. — Не отводи взгляд. Я хочу видеть тебя, видеть, как хорошо тебе со мной, видеть, как ты закричишь…

Он продолжал нашептывать восхитительные и ужасные вещи, очень интимные. Ей раньше никто не говорил таких вещей. Ни один мужчина не дал ей почувствовать себя такой желанной, такой отчаянно желанной. Ее кожа горела, просто пылала.