Дракон моря
Шрифт:
– Привет, Умелый Джон. Ты слегка "горячий". Остановись для дозиметрической проверки. Прием.
Боннет отжал рычаг, и они снизили скорость.
Со своего места на раскладушке Рэмси мог видеть экранчик осциллоскопа: зеленые мигающие линии вытягивались все сильнее по мере приближения монитора.
Вновь в динамике возник прежний нечеловеческий голос:
– Монитор Умелому Джону. Можете проходить. Спускайтесь на входную глубину. Мы станем сопровождать вас с фланга. Прием. Боннет прибавил мощности. "Рэм" устремился вперед.
– Подключи носовые камеры, - сказал Спарроу. Большой
Спарроу повернулся к Рэмси.
– Скоро мы отдадим тебя в хорошие руки, Джонни. У Рэмси было странное смешение чувств. Он попытался представить Чарлстонский входной тоннель черную дыру в стене подводного каньона. Мысли его расползлись в разные стороны. "Почему так произошло?" - спросил он сам себя. Потом: "Что сообщить помягче?" Какая-то часть внутри него пыталась оставаться в боевой готовности, делать клинические заключения:
"Тебе не хочется возвращаться. Еще недавно ты хватал пантеру за хвост, помнишь? Очень интересно!"
Но он чувствовал, что ответы имеются и спросил:
– Капитан?
– Да, Джонни.
– Я пережил кататонию, так? Кататонический шок?
Спарроу отрывисто сказал:
– Просто шок.
Его тон сообщил Рэмси обо все, что он хотел знать. Практичная часть его сознания сказала: "Кататония. Ну-ну". Внезапно раскладушка стала ему страшно неудобной, неприятно давление веса всего тела на спину. И в тот же миг части головоломки встали на место. Он глубоко вздохнул.– Только не придавай этому особого значения, - сказал Спарроу.
Боннет взглянул на них. В глазах осторожность.– Со мной ухе все в порядке, - сказал Рэмси. Он и сам удивился правдивости слов. Сила в нем так и била ключом.– Я потерпел полное поражение, отступление по всему фронту. Но теперь знаю почему. Спарроу сделал шаг к его лежанке, положил руку ему на лоб.
– Тебе надо попытаться расслабиться.
Рэмси подавил нарождающийся смех.
– Капитан, Джо уже говорил мне, но я тогда не поверил.
Голос Спарроу был немногим громче шепота:
– О чем тебе говорил Джо?
– Что вы продумали все возможные ситуации и держите все под контролем. Он кивнул.– А этот подводный канал - и вправду родовой. Проходя через него, рождаешься как бы заново. Подлодка - это своеобразная матка, способная изрыгнуть нас во внешний мир.
Спарроу заметил:
– Было бы лучше, если бы ты еще помолчал.
– Нет, я хочу сказать. И мы рождаемся уже совершенно в другой реальности. Здесь, внизу, существуют свои виды психических расстройств, там, наверху совсем другие. Но только поглядите на старину "Рэм". Это замкнутый мир со своей собственной экологией. Сырой воздух, вечная угроза снаружи, постоянный ритм движения...– Это будто сердцебиение, - спокойно заметил Спарроу. Рэмси улыбнулся.
– Мы плаваем в околоплодовых водах.
– То есть как?
– Морская вода. По химическому составу она практически идентична водам, окружающим зародыш. Это вспомнилось как-то подсознательно. И вот отсюда мы направляемся, стремимся к своему появлению на свет.– Ты сделал даже более подробное сравнение, чем было у меня, - сказал Спарроу.–
– Наш жизненный опыт, наши переживания. То, что привязывает нас к лодке, делая составной ее частью. Вы находитесь с нею в идеальном симбиозе. Теперь и мы стали детьми одних родителей, братьями, со всеми их эмоциональными связями и даже соперничеством...– Первый контрольный пункт, - спокойно доложил Боннет.– Теперь уже идем прямо на мол Чарлстонской базы. Капитан, хотите заняться этим?– Нет, займись этим сам. Лес. Ты все сделаешь как следует. Боннет подобрался. Проверил показания датчиков расстояния. Его руки сейчас как бы обрели новые способности. Внезапно Рэмси понял, что в этом походе Боннету прибавилось лет, что он уже готов тоже обрезать свою собственную связь. Эта мысль заставила его почувствовать глубокую нежность к Лесу Боннету, он с грустью подумал, что им придется расстаться. "И вправду, будто братья", подумал он.
Спарроу поглядел на Рэмси.
– Почему бы тебе не перевестись из ПсиБю на подводные буксировщики? спросил он.
– Правильно, - подтвердил Боннет.– Нам нужны хорошие мужики.
Печаль стеснила грудь Рэмси.
– Это самая лучшая похвала, которой я мог ожидать, - сказал он.– Но не могу. Меня прислали сюда, чтобы решить такую проблему: почему подводники сходят с катушек? Вы дали мне ответ. Теперь следует приложить руки, чтобы применить эти знания. Доктор Оберхаузен из ПсиБю пообещал дать мне целый отдел, занимающийся проблемами подводников.
– Великолепно, Джонни. Долгая, серьезная работа, - сказал капитан.– Было бы неприятно терять тебя, - сказал Боннет.– Станешь ты разговаривать с такими как мы, если будешь шишкой?– Не беспокойся, - ответил ему Рэмси.
– Так каково же это решение?– спросил Спарроу.– Нервные срывы - это результат отказа рождаться. Человек подсознательно стремится в мир, где был до своего рождения. Как ребенок воспринимал бы рождение, если бы знал, что на другой стороне его будут ждать боль, страх и постоянные угрозы?
– Все опасности и угрозы находятся здесь, внизу, - сказал Спарроу.
– Зато наш маленький мирок под водой обманывает все подсознательное.– Это понял даже я... мне так кажется, - высказался Боннет, с легким оттенком сарказма. Положив одну руку на штурвал, он отступил, чтобы проконтролировать на пульте ход баржи.
– И нам следует сделать весь этот цикл перерождений желанным, - продолжил Рэмси.– Я буду рекомендовать совершенно неожиданные вещи: лучшие дома и квартиры для подводников, намного большую оплату за каждую операцию, за каждый рейс.
– Это по мне!– сказал Боннет.
– Все это должно привести к каким-то изменениям, - продолжал Рэмси.
– Джонни, пообещай мне кое-что, - перебил его Спарроу.
– Говорите.
Спарроу отвел взгляд, сглотнул.
– Похоже, что ты собираешься стать важной шишкой и...– Он помялся.– Ты можешь как-то устроить, чтобы затушевать всю историю, связанную с Джо? Это ради его жены.
– Все, что смогу. Обещаю.– Он тяжело вздохнул.– А кто возьмет на себя неприятную обязанность сказать ей?