Долгая темная ночь...
Шрифт:
Я тихо подала голос:
– А тебе не все ли равно кто и что подумает? Половину из этих людей ты даже и не знаешь.
Чаки смотрел на меня так, как будто хотел убить:
– К своему положению я шел очень долго, и я не дам тебе разрушить то, что я строил годами.
Я чувствовала что нужно помолчать, но мой язык словножил отдельной жизнью:
– Тогда разведись со мной!
И в этот момент он дал мне такую пощечину, от которой у меня посыпались искры из глаз. Я потирала свою алевшую щеку, он резко развернувшись вышел
А потом я легла на кровать и долго лежала глядя в потолок и сквозь пьяный угар думая о своей жизни. Задавая вопросы, на которые у меня не было ответа. Например, 'Почему беспутная Оливия нашла себя отличного мужа?', 'Как мне жить дальше, а главное чем' и 'Что мне теперь делать?'. Не знаю сколько было времени когда я уснула, но на улице было уже совсем темно и со временем смолкли звуки музыки и смеха.
Чаки в ту ночь не пришел, поэтому я накрылась пледом и уснула, а точнее впала в состояние между сном и реальностью. Это было что-то похожее на то, как я лежала в больнице. Мне казалось, что я нахожусь среди серого мира и вокруг меня безмолвная пустота.
Когда я утром пила на террасе кофе, вышел Чаки. Он был свеж и бодр. Подойдя, он поцеловал меня в щечку как ни в чем не бывало:
– Доброе утро, дорогая! Сегодня отличный день!
Я сложила газету, которую читала:
– Интересно почему?
Чаки хитро улыбаясь проговорил жуя печенье:
– Сегодня мы поедем в свадебное путешествие!
Новость была неожиданная:
– А куда?
– вытянула я шею.
– А куда бы тебе хотелось?
– спросил он держа в ладонях мою руку.
Я сморщила нос:
– Ну не знаю, например во Францию.
Чаки улыбнулся:
– Ты почти угадала! Мы едем в Венецию!
Я уже готова была рассмеяться, но тут вспомнила вчерашнюю оплеуху. Хоть я сама и была виновата, тем не менее, он оказался неожиданным парнем.
– Превосходно!
– выдавила я.
Чаки легко соскочил на ноги:
– Через три часа ты должна быть готова! Нас будет ждать самолет.
И что-то напевая вышел.
Я же сидела как каменная. Что-то в этом во всем было не правильно, но у меня совсем не было времени остановится и подумать, как-то отдышаться что ли. Не знаю почему, но я достала телефон и позвонила Штольцу.
Он взял трубку:
– Алло!
– Привет, это я, - я немного помолчала.
– Я тут замуж вышла:
– Я слышал. Поздравляю!
– у него был серьезный голос.
Мне хотелось еще что-нибудь сказать, но я не знала что:
– Мы сегодня уезжаем, когда приеду, я позвоню тебе, ладно?
На том конце провода было напряжение, но потом он сказал очень мягко:
– Звони в любое время Мария! Я буду очень рад услышать тебя. Сегодня моя секретарша открыла на твое имя счет. Его координаты я тебе сброшу, - в этот момент я услышала, что кто-то зашел в его кабинет.
– Желаю хорошо повеселиться. Прости, мне нужно идти! Пока,
– Пока, - сказала я, но он уже повесил трубку.
Я поплелась собирать чемоданы.
Летели мы на небольшом самолете, который назывался 'Быстрый' и принадлежал Чаки. Несмотря на небольшие размеры, внутри он был просто шикарный. Панели были обшиты редкими породами деревьев напоминая мозаику, на полу лежал толстый ковер с арабскими мотивами. 'Любим показуху!' - почему-то хмыкнула про себя я. Чаки оживленно болтал рассказывая про самолет, я же слушала его в вполуха. У меня в голове постоянно крутился дурацкий вопрос: 'Как я вляпалась во все это?'.
Через некоторое время, Чаки ушел в кабину пилотов, я же яростно листала журнал, думая о своем. Внутри меня был диалог:
– Что со мной происходит?
– А что с тобой происходит?
– Я должна прыгать от радости - вышла замуж за любимого мужчину. Он красив, богат, знаменит. Но:
– Что но?
– Но я как-то странно себя чувствую: Как будто, я что-то делаю не так: А что?
– Может быть ты просто устала? Так сказать кризис среднего возраста.
Я пожала плечами:
– Наверное я просто дура набитая, которая сама не знает чего ей надо. Я так долго мечтала чуть о чем-то - о мужчине, или о богатстве, или о путешествиях. Но Бог посмеялся надо мной и дал мне все. А что делать с этим дальше я не знаю.
Взглянув в окно, я видала лишь только облака. Тут мне вспомнился момент из детства, когда отец катал меня на своих плечах и когда мы шли через толпу на улице, я сидела на его шее весело болтая ногами. И на его вопрос: 'Что там видно с верху?', весело смеясь отвечала: 'Облака! Всего лишь облака!'.
Вот и сейчас я вижу только облака, но рядом со мной другой человек, который тоже любит меня и который хочет сделать меня счастливой. Решение было принято, отбросив журнал я встала и пошла в кабину пилотов. Летевший с нами Родриго поднял на меня свой бычий взгляд, но ничего не осмелился сказать. Проходя мимо него, я не удержалась и показала тому язык. Видя это, он так позеленел, что такому цвету позавидовал бы любой крокодил. Я же напевая открыла дверь пилотов и не смотря на протесты Чаки, практически выволокла того и потащила в комнату.
Чаки сначала непонимающе сопротивлялся, но когда до него дошло зачем мы туда направляемся, он начал мне помогать.
У меня это было впервые, заниматься любовью на высоте 20000 миль и судя по ощущениям, это будет не последний раз!
В Венеции мы жили простой и даже скромной жизнью. Чаки снял для нас большой дом на одной из маленьких улочек. Первое время, я не могла спать, слыша как за окном плещется вода, мне постоянно казалось, что нас скоро смоет, но потом привыкла и мне даже понравилось. Здесь не было так жарко как в Мехико, и влажность была очень большая к тому же воздух был пропитан солью.