Чтение онлайн

– А ведь он и вправду очень шел ему.

Я кивнула:

– Как твои дела, Оливия? Мы в последнее время редко видимся. Тебе что-то нужно?

Она покачала головой:

– Нет. Я встретила одного человека.
– Оливия немного помедлила.
– Он любит меня и заботиться.

– Это хорошо! А ты?

– Что я?

– Ты, любишь его?

Она неопределенно мотнула головой:

– Не знаю. Скорее всего, да.

Она показала мне руку, на пальце блестело кольцо с большим изумрудом:

– Он сделал мне предложение и я приняла его.

Я обрадовано обняла ее и еще крепче

прижала:

– Ой, ты меня совсем задушишь!
– пискнула Оливия.

– Прости, - я немного ослабила хватку.
– А кто он? И как его зовут?

– Он владелец одной галереи. Его зовут Пабло Тамильо.

– Итальянец?

Оливия посмеялась:

– Ты правильно догадалась!

Затем мы помолчали:

– Сегодня я хотела рассказать про него родителям, - Оливия заплакала.

Я гладила ее по голове:

– Не плачь, папа бы очень обрадовался, что теперь ты не одна. Он оставил письмо, в котором написал об этом, - я протянула ей письмо.
– А теперь мне нужно ехать насчет похорон. Чаки предлагал свою помощь, но я отказалась - папе это было бы не приятно. Хочу, чтобы все было правильно. Я взяла костюм и завернула его в пакет для одежды.
– Я тебе позвоню, когда все организую, а ты пригласи пока соседей на завтра, хорошо?

Оливия кивнула. Я поцеловала ее в щеку:

– Главное ничего не говори маме? Ок?

Она еще раз кивнула и я поехала.

Все что было дальше, я видела как будто со стороны. Вот я прихожу в похоронное агентство. Служитель с фирменным скорбным выражением лица показывает мне каталоги с гробами, рассказывает про выбор 'букетов по этому тяжелому случаю'. Я рассеянно киваю и временами отвечаю невпопад. Но он, с понимающим видом кивает и очередной раз переспрашивает меня что я выбрала.

В итоге я все-таки выбрала скромный гроб и пару венков с какими-то бледно-желтыми цветами. Я вытащила из сумочки деньги и расплатилась. Он выписал мне квитанцию и проводил на выход. Неужели и правда весь этот бред происходит со мной? Постоянно спрашивала я себя. Этого просто не может быть! 'Я сплю! Я сплю' - твердила я себе как заговоренная.

Вечером я позвонила в больницу и попросила медсестре передать, что завтра мы с отцом и Оливией идем по делам, поэтому не сможем к ней зайти. Медсестра предложила мне самой поговорить с ней, но у меня на это не было сил, поэтому я сказала, что очень тороплюсь.

Похороны прошли очень скромно. На лужайке перед вырытой большой ямой поставила два ряда деревянных скамеек. Народу было очень мало. С работы ко мне приехали Роза и Рамиросом. Они привезли необъятный венок с лентой 'От телеканала Мексика сегодня. Скорбим:'. Увидев это чудовищное творение я не выдержала:

– Звучит как похабная реклама! Кто мог заказать такой ужас!

Роза хмыкнула:

– Это видимо твоя новая подруга Сальма Тепурос пыталась перед тобой прогнуться. Я слышала, как она звонила в похоронное агентство и говорила: 'Нужен венок для большого человека. Большого, вы меня поняли?'.

Венок с трудом подняли двое мужчин. Я попросила поставить его в сторону. От одного его вида, у меня к горлу подкатывала тошнота.

Оливия приехала со своим женихом. Я очень удивилась глядя на него.

Он вовсе не производил впечатление хлыща. А именно такие мужчины раньше были рядом с Оливией. Пабло, наоборот, чем-то даже напоминал мне отца. Было видно, что это немногословный мужчина с устоявшимся взглядом на жизнь. Он был не высокого роста и полноват, но было в его лице что-то мягкое и доброе. Когда он пожимал мне руку, я чуть не расплакалась. Рука была теплой и какой-то дружеской что ли. Он посмотрел на меня своими большими сочувствующими глазами, и я прониклась доверием к этому человеку на всю жизнь. Теперь за Оливию я была спокойна. Я улыбнулась ему и тоже пожала ему руку.

Мы сели на места и священник начал рассказывать про бренность жизни, и про то, что жизнь - это 'короткий путь в царствие небесное'. Я же постоянно ловила себя на мысли, что думаю совсем о другом. Этот момент - когда умрет мой близкий человек, я ждала с ужасом. Мне казалось, что когда отец умрет, моя жизнь остановится и я умру. Но вот, я сижу рядом с гробом отца, смотрю на его строгий профиль и думаю о чем угодно, только не о смерти. Наверное, это была защитный рефлекс организма. Мне совсем не хотелось думать, о чем-то тяжелом, а особенно о том, что его нет. А еще почему-то хотелось петь. Это было бы, наверное, ужасное кощунство, если бы в тишине кладбища, слегка прерываемое тихим голосом, скорее даже похожим на шелест священника, прозвучало мое громкое пение. От этой мысли я чуть не рассмеялась. Но видимо, все таки мой смешок прозвучал громко, потому как я заметила, что многие начали переговариваться. Ко мне наклонилась Оливия и прошипела:

– Держи себя в руках, а то все подумают, что ты рада этому событию.

Я ей сказала:

– И что тогда?

– Тогда тебя либо посадят в психушку, либо сочтут за суку!

Она резко отвернулась. Мою руку пожала сидящая слева Роза:

– Милая, не о чем не думай! Только ты знаешь, как тебе его не хватает и как ты скорбишь по нему!

После этих слов, меня прорвало. Я рыдала так, что не могла остановится. В конце концов, я встала и побежала куда глаза глядят. Сзади себя я слышала как люди шептались.

Пробежав немного я села на скамейку, возле одной из могил, продолжая плакать. Рядом со мной оказался Денни. Он погладил меня по волосам:

– Не плачь, Мария! Это жестокая правда жизни, одни люди уходят, чтобы дать место другим.

Я с удивлением уставилась на него:

– Какие-то странные слова утешения, ты не находишь?

Он улыбнулся и пожал плечами:

– Ты слишком умна, чтобы тебе лепить про 'царство божье' и про то 'что им там лучше чем нам'.

Я невесело усмехнулась:

– А почему бы не попробовать?

Денни посмотрел на стоящий над нами большой мраморный памятник с крупным толстым ангелом, который держал цветы:

– Никого еще из тех кто там был не возвращался. Поэтому мы не знаем, есть ли что-то там или нет. Именно поэтому, нужно жить так, - он серьезно посмотрел на меня, - как будто там пустота. Понимаешь?

Раньше я никогда не видела его серьезным. Для меня он всегда был похож на парня с обложки журнала. А что собственно я про него знала? Денни был улыбчивым, в всегда отглаженном костюме. Со светлыми льняными волосами и голубыми глазами. Это все.