Чтение онлайн

— Этот может, ему только жертву дай..

— Вы знакомы?!

— Он мой бывший капитан… — будничным тоном ответила Лени и обернулась. — Кьяра: что ты там на улице копаешься?..

— Надо же, как любопытно… — Анах бесцеремонно отпихнула ее в сторону, и перевела взгляд с Триши на Рэя, который медленно поднимался с дивана. — Забавно, забавно… тебе, Элениель, пора убираться из мира людей. Эллар внутри тебя вот-вот зачахнет. Иначе как было не почувствовать это? К чему маскарад, эхме?р?

С минуту Рэй стоял неподвижно, а потом выпрямил ладонь и вогнал ее себе в грудь. Элениель сморщилась

и выкрикнула: "Фу!", Триша закричала, Даг упал без сознания, а Рэй, не сводя глаз с Кьяры, что-то нащупал внутри и потащил на поверхность. По мере того, как его окровавленная ладонь выходила из тела, Рэй стал меняться: его кожа приобрела сине- зеленый оттенок, белки глаз словно поглотили зрачки, и стали ослепительно белыми также, как волосы и губы. Он полностью достал руку из окровавленной груди и вытер кровь о брюки. Дыра в груди затянулась в считанные секунды.

Элениель смачно и красноречиво выругалась, и подошла к мужчине. Она осмотрела его "новое" тело настолько, насколько позволяла одежда, которая теперь смотрелась несуразно, после чего резко развернулась к Трише.

— Ты тоже так можешь?

Но девушка продолжала пялиться на Рэя, и не смогла проронить ни слова.

— Кьяра?

— Само собой, может! Она тоже эхмер. Теперь, когда мы это выяснили, может пойдем поохотимся?

— Ну, уж нет! Этот гад белобрысый сейчас же выложит мне правду! Да: Рэйген? Или какое твое настоящее имя?

Элениель была в бешенстве. Ее выводила из себя собственная некомпетентность, так как она понятия не имела, кто такие эхмеры. Черт бы с этим, но она провела столько времени с этими существами под одной крышей, и совсем ничего не почувствовала! Только необъяснимое недоверие к этому типу, который быстрее, чем она уследила, схватил ее за горло и ударил о стену.

— Следи за языком, проклятый эллар. Сейчас, когда все известно, мне ничего не стоит придушить тебя.

— Да вот шиш! — она ударила его головой, а когда он отошел, дала с ноги в грудную клетку, отчего мужчина потерял равновесие и упал на спину. — Как ты связан с тем, что случилось с Тришей? Почему, после потери памяти она помнила только тебя? Отвечай, засранец!

— Я не обязан перед тобой отчитываться.

— А что насчет меня? — Триша встала около Элениель. Ее все еще трясло, голос звучал слабо. Рэй тут же выпрямился и посмотрел прямо перед собой. — Не могу поверить, ты так старательно доказывал, что мы друзья, а теперь… ты выглядишь иначе, и я что, выходит, такая, как ты? Но даже не это важно, Рэй, ты знал, в каком я отчаянии после того, как убила человека, знал, что видения из прошлого выбивают меня из колеи. Какты мог… притворяться?

— Я не могу говорить об этом, я дал слово.

— Кому?

— Вашей матери, моя госпожа.

— Кьяра, объяснишь ты мне, наконец, что это за "эхмеры" такие? Почему название похоже на "эллары"? И есть ли какое-то объяснение, почему он меня так бесит с первых секунд знакомства?

— Это взаимно, — парировал мужчина.

— Я здесь для того, чтобы исполнить свою часть уговора, и я сделаю это, но на все вопросы ответов я не дам. Поэтому отвечай на вопросы, эхмер, и покончим уже с этим.

— Вы были изгнаны, госпожа, — после продолжительного

молчания, сказал он, но все так же избегал смотреть на Тришу. — Вы нарушили запрет, наложенный на наше племя Вашей матерью, и сделали это намеренно, после чего и были наказаны. Из-за этого проступка, Ваши воспоминания о доме были стерты, и заменены ложными, а потом Вы были изгнаны в мир людей. Я был Вашим стражем всю свою взрослую жизнь, поэтому последовал с Вами, и мы поселились на острове Гранс — Ареола. Там я одурманил моряка, он вознамерился на Вас жениться, а я перебрался сюда, чтобы не мозолить глаза, но иметь возможность наблюдать. Все, что я Вам рассказывал — правда, мы действительно знакомы с детских лет, и пережили вместе все события, о которых я говорил. Единственное, в чем я не был честен — Ваше происхождение.

— Я… я и правда, не знаю, что сказать, то есть… — она выдохнула, а потом присела на спинку кресла. — Ты можешь мне ответить, за что меня изгнали? И откуда?.. Что же такого я должна была натворить, раз меня так наказали?..

— Учитывая порядки твоего племени, твою голову запросто могли подвесить у входной двери вместо колокольчика, маниса. — Кьяра, не мигая, осматривала Тришу, время от времени вертя головой, как кобра.

— Отойди от нее, анах!

— Ш-ш-ш, не лезь. Что тут у нас… не дрожи, маниса, больно не сделаю.

— Почему Вы зовете меня так?

— Так обращаются к юным девам твоего племени, которые принадлежат высшему сословию, но я не уверена, что к тебе это применимо… К дочерям Жриц обращаются так же? — спросила она Рэя, и когда он нехотя подтвердил это, задумчиво сказала: — Что бы ты ни сделала, это крепко огорчило твою матушку раз она попыталась вырвать твою суть с корнем… да, я и сейчас вижу саднящие ранки. А когда не вышло, значит, решили похоронить заживо?.. Дикари. Всегда недолюбливала ваше племя.

— Объяснишь ты мне, наконец, кто они?!

— Их тоже считают детьми Богов, — отмахнулась Кьяра. — Согласно поверью, Боги опоили избранных людей своей кровью — так появились эллары, и основали королевства, в которых плодились и развивались во славу их. Якобы, Боги были так счастливы, что пролили слезы на зачарованную землю, и из них проросли кувшинки, из которых появились эхмеры.

В их планы это не входило, но убить своих детей они не смогли, поэтому хотели подарить им место для жизни. Но эллары не пожелали принимать их, и, после продолжительных боев за территорию, Боги приняли решение сослать их в Межмирье — грань между мирами эллар и людей. Но если в мир людей они могут перемещаться свободно, то в мир эллар они могут попасть лишь с одним из вас. А звать их — не зовут! От того и бесятся.

— А-а-а, завистливые отщепенцы, — подытожила Элениель и хлопнула Тришу по плечу. — Ладно, с этим разобрались. Пойдем, поедим чего-то, а? Утро какое-то нервное, и слишком длинное, а на голодный желудок — так вообще бесконечное. Что? Чего ты так смотришь?..

— Элениель… — девушка отошла от нее, и посмотрела, как на чужую, — неужели тебе совсем плевать на меня? Я считала нас друзьями… а ты говоришь о моей проблеме так, словно… словно это что-то несущественное! Я была слишком самонадеянна, ожидая от тебя сочувствия?