Чтение онлайн

Люди и эллары ненавидели, когда между ними проводили параллели, но и те, и другие свято верили, что богам известны все их тайные помыслы, страхи и самые сокровенные мечты, и что они непременно понесут самую жестокую кару за любое богохульство и не покаяние.

Элениель уж точно верила, иначе как объяснить третью подряд миссию в раскаленной пустыне без грамма воды или свежего воздуха? Ей пришлось наблюдать за своей мишенью, прячась за горячими камнями, и морщиться из-за мерзких песчинок, пробравшиеся ей в мокасины.

Учитывая

ее отношения с богами, она будет ходить на такие миссии до конца своего пребывания в гильдии, которая, кстати, уже не будоражила воображение своей таинственностью. И теперь казалась девушке обыкновенной общагой с трудоустройством!

Ей нужно было перехватить двух грабителей, посмевших украсть кальян из чистого золота у одного из богатейших людей Эттенберга. И, хоть у этой расплывшейся детины деньжат хватило бы еще на дюжину таких же, он радовался, как дитя конфетке, когда она притащила ему его игрушку. Ей это стоило нескольких неприятных ушибов, пореза на щеке и испорченного дня, но на это никто даже не обратил внимания. Ей, как рядовой служке, швырнули награду, и тут же забыли о ее существовании

Лени пребывала в весьма паршивом настроении, добравшись, наконец, до острова. Она вся чесалась от пота и песка, который забился в самые неожиданные места, и готова была принести в жертву целый город ради горячей воды. Но, немного подумав, решила себя побаловать, поэтому взяла чистые вещи и вышла из гильдии.

Она уже неплохо изучила окрестности, а потому запомнила дорогу к небольшому водопаду глубоко в роще. Услышав долгожданный шум воды, она едва не застонала от удовольствия и ускорила шаг настолько, насколько это вообще было возможно. Вода была голубоватой, и, хоть водопад был небольшим, она все же взбилась в пену там, куда он впадал. Сгорая от нетерпения, она взобралась по склону и, скинув наскоро одежду, немного разогнавшись, сиганула вниз. Едва оказавшись под водой, Элениель захлестнуло блаженство, а потому, вынырнув, она завопила от восторга. С каждым погружением девушка словно рождалась заново, совершенно не заботясь об окружающем ее мире.

Однако, это место приглянулось не только ей. Много лет назад его обнаружил молодой мужчина, ненавидящий эллар за то, что те в один момент разрушили всю его жизнь. Теперь он, которому предстояло стать обычным учителем в школе, состоял в гильдии наемников и мечтал о том дне, когда убьет всех эллар до единого.

Здесь мужчина отрабатывал удары и блоки, тренировал выносливость и терпение. Было ли это распоряжением Торвульда, или нет, но его никто и никогда не беспокоил. Это позволяло ему, не боясь позора, выплакаться, когда горе становилось уже невыносимым, а после этого проанализировать собранные за день факты и истории об элларах.

Ему понадобились годы на то, чтобы понять: это невозможно. Чем больше он вникал во все, тем беспомощнее себя чувствовал. Однако, именно это подстегивало его идти дальше. Не останавливаться, искать лазейки. И мужчина, наконец-то, нашел ее. Некая реликвия, которая упоминалась лишь в одной, практически забытой легенде, способная если не уничтожить — то, по крайней мере, замкнуть проходы между мирами, чтобы вся мерзость осталась за своей чертой. Чтобы эти человекоподобные создания не могли больше сеять хаос и страх среди людей.

В мире людей нет места магии и несправедливости, которую она порождает.

Фреска, найденная им в пещере, ясно говорила о том, что артефакт "пробудится"

когда его оросит кровь анаха, а до тех пор окаменелость, найденная им за потайной плитой, так и останется бесполезным куском гранита. Но слова Элениель вселили в него надежду, жаль только, что после той стычки поговорить им больше не удалось. Они были слишком заняты заданиями и, к тому же, расстались не на лучшей ноте, но он собирался исправить это как можно скорее. Сейчас она — единственная ниточка, связывающая его с анахом, больше ему в данный момент рассчитывать не на что, так что…

Услышав странное эхо, Аргас резко развернулся и положил руку на нож. Пространство наполнилось криком и хлопаньем испуганных птиц, спешивших убраться туда, где безопасно. Но что напугало их? Это место всегда оставалось умиротворенным. Оно служило ему храмом, а сейчас кто-то грубо нарушил его границы.

Стоя на возвышенности, опираясь на ствол дерева, он наблюдал за неожиданным нарушителем, и признался самому себе, что все не так уж плохо. Не каждый день ему доводиться наблюдать за обнаженной девушкой, плавающей в прозрачных водах лесного озера с грацией, достойной прекраснейшей из русалок. Даже отсюда он видел, как светилось счастьем ее лицо. Мужчина спустился на берег, но не увидел ее одежды. "Должно быть, она прыгнула со склона" — промелькнуло в его голове. Его охватили одновременно и юношеский восторг от того, что ей придется возвращаться за вещами в неглиже, и жуткое раздражение при мысли, что ее может увидеть еще кто-то, кроме него. Ему понадобилось меньше минуты на то, чтобы принять единственное правильное решение.

Как давно она не слышала шума воды в ушах, лежа на ее поверхности и безмятежно наблюдая за течением облаков на высоком небе! Очень давно. Возможно, несколько лет. Забавно, учитывая, что она бороздила моря на фрегате… Элениель устало прикрыла глаза. Даже удивительно, как отчаянно можно скучать по чему-то столь далекому и мимолетному.

Неожиданный шум выбил ее из равновесия, от чего она наглоталась воды. Придя в себя и откашлявшись, заметила на поверхности воды следы чьего-то погружения. Этого еще не хватало. А еще через мгновение возле нее вынырнул морской бог и, по совместительству, ненавистник эллар — Аргас, мать его, Луру. Элениель возненавидела себя за ту растерянность и беззащитность, которые испытала сейчас при виде этого человека.

— Ты не возражаешь против компании?

— Возражаю, и еще как! Какого черта ты здесь делаешь?

— Плаваю, — он беспечно лег на спину и сделал несколько гребков, — что же еще делают в воде?

Элениель закатила глаза и поплыла к берегу. От хорошего настроения не осталось и следа, сейчас она хотела лишь убраться от этого человека. Пары секунд наедине с ним хватило, чтобы пробудить в ней целый фейерверк чувств и ощущений, и не все они были связаны с раздражением и обидой. И это бесило ее еще больше.

Внезапно она ощутила на спине сильную руку, и резко развернулась.

— Пошел к черту!

— Нам давно пора поговорить.

— И ты не придумал ничего лучшего, чем застать меня врасплох в воде: голую и безоружную? Да уж, очень по-мужски!

— Вот именно. — Проклятье, эта девица с ее бунтарским нравом будоражила самые примитивные желания, и, глядя в эти огромные зеленые глаза, окаймленные длинными мокрыми ресницами, и на поджатые в гневе губы, он с трудом мог держать себя в руках, хотя уже давно не был прыщавым девственником.