Для единственного...
Шрифт:
— Да...
— В таком случае давайте-ка я вам помогу, — произнес Рик, решительно забирая у Китти поднос.
Как ни странно, на сей раз обошлось без проявлений недовольства. Китти не только отдала поднос, но даже как будто с готовностью. Поднос был тяжел, о чем Рик сразу и сказал:
— Да, нагрузились вы! И как только уместили сюда столько посуды...
— Эвелин любит, чтобы ее обслуживали по высшему разряду, — сдержанно пояснила Китти. — Это означает, что стол должен быть накрыт как положено.
Что-то я не помню, чтобы Карин и Шон упоминали о питании
— Не слишком ли это хлопотно, разносить еду по комнатам? — негромко обронил он. — Не проще ли собирать всех постояльцев в столовой... или другом подобном помещении?
Заметив недоуменный взгляд Китти, Рик решил развить мысль.
— Например, в больших отелях, как правило, есть ресторан, куда постояльцы спускаются для завтрака или ужина. Так гораздо удобнее — вы не находите? И в прошлом году, насколько мне известно, здесь все именно так и происходило. Разве нет?
— В прошлом году меня в пансионате не было, — с прохладцей произнесла Китти. Но уже в следующую минуту, будто сообразив наконец, о чем идет речь, воскликнула: — Да нет же, вы неправильно поняли!.. У нас тоже есть столовая, где все собираются три раза в день. По комнатам еду никто не разносит.
— Вот как? — Рик взглянул на, находящийся в его руках, тяжелый поднос. — А это что?
Китти усмехнулась.
— Это особый случай.
— Иными словами, обычно вы ничего подобного не делаете, правильно? Жаль...
Рик сделал паузу, ожидая, что Китти спросит, почему жаль. И тогда он рассказал бы, какие картины рисует его воображение. Виделось же ему следующее: вот наступило утро, он, еще не успев выплыть из приятных сновидений, слышит осторожный стук в дверь, затем та отворяется и порог спальни переступает Китти, ее прелестные кудри подрагивают при каждом движении, уголки пленительных губ приподняты в улыбке, голубые глаза сияют, а руки заняты подносом, на котором источает несказанный аромат чашка только что сваренного кофе, и здесь же, на тарелочке, возвышается внушительный кусок свежеиспеченного яблочного пирога. «Доброе утро, — говорит Китти. — Вот ваш завтрак, и, если пожелаете, я готова подать его прямо в постель». Она смотрит на Рика пристально, словно подсказывая, что в действительности подразумевает совсем не завтрак...
Однако великолепные фантазии Рика пропали впустую, так как Китти ни о чем не спросила. Просто без особой охоты пояснила:
— Все это для Эвелин. Вчера — то есть, выходит, как раз накануне вашего приезда — она подвернула ногу, спускаясь от минерального источника, и теперь сидит у себя в комнате. К завтраку не вышла, пришлось нести еду наверх. — Китти кивнула на поднос. — А это ланч. Вечером ужин доставлю.
Рик не понял, почему Китти увязывает факт его прибытия с тем, что некая Эвелин подвернула ногу. Но так как он уже стал понемногу привыкать к странной манере выражаться прелестной племянницы хозяйки пансионата, то лишь спросил:
— Эвелин — одна из постоялиц?
Тут в глазах Китти промелькнуло очередное необъяснимое выражение, после
— Эвелин Мерроу.
Произнесено это было так, будто речь шла как минимум об общей знакомой. Рик напряг память, однако не смог вспомнить женщины с подобным именем.
Видя, что он помалкивает, Китти едва заметно усмехнулась.
— Эвелин наш завсегдатай, вдова из Сиэтла. Каждый год приезжает в бархатный сезон. В этот раз бедняжке не повезло: растянула сухожилия... и как раз накануне вашего прибытия!
Вот, снова... Что за странные намеки? Какое отношение он имеет к какой-то вдове из Сиетла?
— Э-э-э... ну да, печально, можно посочувствовать. — Произнося эти слова, Рик смотрел на нежные губы Китти. Внезапно ему в голову пришла идея, которую он сразу же высказал: — А вы не станете возражать, если я и ужин помогу отнести вашей вдовушке?
Рику пришлась по душе эта мысль. Если Китти согласится, чтобы он вместо нее таскал тяжелые подносы, тогда появится предлог для встреч, причем трижды в день. То есть во время завтрака, обеда и ужина. Зачем ему это нужно, Рик и сам не знал, действовал по наитию. Нравилась ему Китти, и все! Та слегка прищурилась.
— Возражать? Нет, не стану. Даже наоборот. Помогайте, если охота. — Чуть помедлив, она добавила: — Заодно и познакомитесь.
Обронив эту загадочную фразу, Китти двинулась вглубь коридора. Рик на мгновение задержался, пытаясь переварить услышанное — а скорее находясь под чарующим воздействием ее мягкого, окрашенного легкой чувственной хрипотцой голоса, — затем отправился следом.
Китти остановилась перед дверью, по бокам которой стояли напольные фарфоровые вазы со свежими цветами. Покосилась на приблизившегося с подносом Рика и негромко постучала. Немного выждав и не получив ответа, она чуть приоткрыла дверь и произнесла в образовавшуюся щель:
— Эвелин, ваш ланч прибыл!
— Что? — наконец донеслось из комнаты. — Кто там?
— Это я, Китти. Принесла вам ланч. Можно войти?
— Ах, это ты, девочка... — послышалось в ответ. — Конечно, заходи. Я тут вроде задремала...
Бросив на Рика предупреждающий взгляд, Китти отворила дверь шире и заглянула в комнату.
— Вы одеты?
Повисла небольшая пауза, как будто вдовушке требовалось время, чтобы определиться с сутью вопроса.
— Э-э-э... да. Правда, я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду...
— Просто я не одна, — сказала Китти. — У меня тут... мм... появился помощник. Видите, я с пустыми руками. А поднос с вашим ланчем находится у него. И я должна спросить, можно ли этому... мм... человеку войти?
Вновь возникла заминка — наверное, незримая вдовушка пыталась уловить подтекст, скрывающийся за странновато сложенными фразами Китти. Похоже, не я один нахожу девчонку чудаковатой, подумалось Рику. Притом что она чертовски красива!
— Детка, ты меня пугаешь, — неуверенно хихикнула вдовушка. — Что это за человек такой? Неужели вы все-таки вызвали врача, несмотря на мой запрет?