Шрифт:
*
Положил телефон на стол, нажал «ВЫЗОВ» и «ГРОМКАЯ СВЯЗЬ». Один гудок, второй…
– Пожалуйста, возьми – прошептал одними губами.
Дело на столе. Приговор вынесен. Назад дороги нет. Если не обжалуют.
– Но ты же знаешь, что этот приговор не обжалует – никто.
Он склонился над документами, щурясь от сигаретного дыма.
–
– Тихо! – ударил кулаком по столу.
Голос стих. Ненадолго. В последнее время всё сложнее контролировать эту проклятую говорилку в голове.
…гудок …ещё один
С левой руки на пол упало несколько капель. Сердце как-то тяжело отдавало в груди. Но сегодня он уже не боялся. Впервые в жизни он не сомневался, что хочет этого.
…ещё гудок
Уже собирался выключить телефон, когда на том конце щёлкнуло.
– Алло?
– Привет.
– Кто это?
– Твой муж… бывший. Ты удалила мой номер?
– А, привет. Да, удалила. Что ты хотел?
– Поехали, покатаемся?
– Не могу. Я не дома.
– Ммм, прости. Ты, наверное, занята…
– Да. Что ты хотел?
– Просто проговорить. Мы ведь не чужие люди.
– Я так не думаю.
Он замолчал. Она всегда была такой холодной? И как они прожили вместе три года?
Весь рукав красный. На полу лужа крови.
– Алло! – с раздражением сказала она.
– Ладно, прости…
– Что?
– Прости, что побеспокоил. Будь счастлива.
Он не стал дожидаться ее ответа и выключил телефон. Тишина навалилась вновь. Удушающая, глухая подушка. Лишь едва слышные звуки машин за окном.
Взгляд снова упал на документы. Сердце сжалось в клещи.
– Ты всё сделал правильно. В строгом соответствии с действующим законодательством.
– Да заткнись ты со своим строгим соответствием!
– Согласно положениям пункта 8 статьи 29 Постановления Правительства…
– Хватит! Хвааатит!!!!!!
Сжал ручки оконной рамы и рванул на себя. Получилось не сразу – пальцы на левой руке уже начали неметь. Видимо, резанул слишком глубоко. К чёрту, какая разница!
В открытые окна ударил ночной воздух свежий после дождя. Он достал из ящика сигареты, сел на подоконник, ногами наружу и закурил.
Пятый этаж. Окна кухни и зала выходят на проспект, а окна спальни – в тихий дворик. Все, как они хотели. Так почему же эта квартира так и не принесла им счастья?
Сквозь тучи пробился серебристый бок молодого месяца.
Он надеялся, что она перезвонит. За спиной раздастся мелодия её (только её!) звонка. Он бы сейчас всё отдал за то, чтобы услышать эту мелодию. Но телефон молчал.
Она
Уходя, она говорила, что не понимает его. Говорила, что он изменился после того, как установил DL-6. Стал другим.
Что он сделал не так? Работал днями напролёт? Не уделял ей достаточного внимания?
Она говорила, что хочет внимания. А он слушал её и думал о работе. Круглыми сутками думал о работе. Всему виной этот чертов датчик. В голове звучали нормы права, примеры судебной практики, целые разделы законодательства, какие-то бесконечные эфиры и консультации.
Он стал работать лучше, быстрее и – больше…
Предполагалось, что DL-6 поможет ему разгрузиться. Увеличит скорость мысли, производительность и, тем самым, освободит кучу времени. Но вместо этого руководство (которое увидело, что эта лошадка – тянет) стало наваливать на него ещё больше дел.
Доходило до абсурда: он уезжал в отпуск в надежде расслабиться – и не мог. Не мог перестать думать о работе. Мозг требовал свою ежедневную порцию информации. Как пиранья, которая жаждет мяса. А получив кусок, разрывает его в клочья. И уже не способна остановиться.
Конечно, в таком режиме семья отошла на второй план. Он перестал проводить время с женой. Мог часами обдумывать какое-нибудь нестандартное решение.
И – он не думал о последствиях. А они настали. Последствия всегда наступают.
«– Мы ведь не чужие люди.
– Я так не думаю» – ответила она. Последний гвоздь в крышку этого гнилого гроба.
Он поднял левую руку и внимательно посмотрел на рану. Маленький прозрачный датчик ДЛ-6 пульсировал в такт с ударами его сердца. Он не смог вырезать датчик ножом. Пытался, но – не смог. К горлу подкатило, лоб покрылся холодным потом. А может, просто побоялся. Несколько минут назад у него была надежда. А теперь?
Затянулся покрепче, наблюдая за тем, как разгорается огонёк. Перехватил сигарету за фильтр и прижёг себе руку – воткнул её прямо туда, где был установлен проклятый датчик.
Затем спрыгнул.
*
= 14:06 =
Думать при ходьбе. Не то, чтобы Вова любил это занятие. Оно получалось скорее само собой. Проходя два квартала от станции до суда, он невольно прокручивал в голове обстоятельства дела.
Дорога через площадь. Люди, голуби, деревья. Скоро осень, на асфальте лежат первые листья. Слева на первом этаже небольшая закусочная и очень вкусный кофе с молоком! Сколько раз здесь, в тени клёнов, Вова проводил обеденный перерыв? За десять то лет… и не сосчитать.