Чтение онлайн

— Я посмотрю, — и я поднялась. Все равно сидела без дела. — Может быть, смогу что-то заметить.

«Потому что Брент — победитель», — про себя закончила я, не продолжив, впрочем, довольно логично, кто в таком случае я сама.

В квартире продолжались поиски и экспертизы. Неприятная часть нашей работы: нередко не знаешь, сколько раз тебе предстоит перерыть одну и ту же кучу… в поисках доказательств, которые запросто можно и не найти.

Как руки Таллии Кэролайн. Они будто канули в воду.

Я остановилась прямо посередине комнаты. В воду?

Но эту версию я уже рассмотрела, она оказалась ошибочной. Руки не измельчили, не растворили в кислоте. Их не выбросили в мусорные отсеки. Они не хранились в квартире. Тогда где они?

Ректор Томас очень грамотно избавлялся от улик. Он разделил их так, что если не искать прицельно — даже если искать, потому что мы ведь именно так и искали и все равно долгое время не добивались никаких результатов, — никогда и ни за что не догадаться, что все эти предметы как-то связаны. Пластик в мусорном отсеке той квартиры, где идет ремонт. Нож — в шахте лифта.

Я плюнула на то, что буду выглядеть нелепо, на то, что нарушу кучу процедур. Для того, чтобы просто, без присутствия понятых и записи, проводить обыск и что-то изымать, нужно иметь должность следователя с особыми полномочиями, одного звания недостаточно. Такая должность была у Стивена и, вероятно, у Руперта, иначе комиссар не рекомендовал бы его королеве, но…

Неважно. Я выкинула все лишние мысли. Проку от них никакого, только начинала болеть голова.

«Поехали. Действуем, как выразился бы комиссар».

Холодильник. С трудом, но я допускала, что вместо окорочков там может промерзать что-то не слишком съедобное.

Мимо. Хотя я залезла в каждый пакет, убедившись, что экспертная группа сделала то же самое. Степень промерзания продуктов была такой, словно их неделю никто не трогал.

Еще один холодильник. Здесь эксперты даже не старались соблюсти внешние приличия: как развернули всю еду, так обратно и кинули. Рук, разумеется, нет.

Если бы у Томаса был аквариум, можно было бы подбросить эту историю моей соседке Наде. Она написала бы сценарий, на его основе сделали бы спектакль, и по дороге на работу или домой граждане Территорий смогли бы наслаждаться игрой ума сыщиков, которые нашли пропавшие останки среди трапезы пираний. Но Томас не жаловал домашних животных, поэтому эта версия отпадала.

Шкафы. Полки. Емкости, в которые собирались отходы перед тем, как отправиться в мусорные отсеки.

Ну не сожрал же он их, в самом деле?

Я была готова уже рассматривать и такой вариант. Что ректор Томас воспылал желанием отведать человеческой плоти и не придумал ничего лучше, как полакомиться собственной женой. Увы, но всерьез заняться этой версией мне не давало то, что запах стоял бы в квартире до сих пор, и — я с трудом сдержала нервный смех — это было единственное, что говорило против.

Запах. Я задумалась. Запах был тем самым камнем преткновения, который мешал Томасу оставить руки в квартире. Но если он нашел такое место, в котором запах не ощущается?

Я

прислушалась. Эксперты ходили где-то в кабинете и студии, кто-то возился в ванной — может, осматривал слив? Пока обо мне все забыли, я могла, к примеру, осмотреть кухню.

Вытяжка. Как и вся техника, за исключением той, что, возможно, Томасу и Таллии надарили, дорогая и очень эффективная. Я подумала, подтащила табуретку и забралась на нее. У меня не было ни отвертки, ни биоскопа, но свет в кухне уже давно зажегся от датчиков и падал так удачно, что я прекрасно видела тонкий и нетронутый слой пыли.

Эту вытяжку точно никто не разбирал.

Снова мимо.

Мне все равно казалось, что истина где-то близко. Она дразнила, хихикала, призывно улыбалась и никак не давалась в руки. Ей было словно самой досадно, что я никак не могу ее схватить.

«Хочу в отпуск», — тоскливо подумала я.

— Вам помочь?

От неожиданности я чуть не свалилась с табуретки. Что Бренту опять от меня надо?

— Вы что-то нашли? — поморщилась я.

— Я — нет, и эксперты, насколько я понимаю, тоже. Все ждут, пока будет какая-то информация от группы, которая работает с видео. Так вам помочь?

— А? — переспросила я и догадалась, что Брент имеет в виду табуретку. — Нет, спасибо, я в неплохой физической форме.

И в доказательство — вот зачем мне понадобилось ему что-то доказывать? — я спрыгнула с табуретки. Хорошо, что сегодня я была не на каблуках.

— Что вы там ищете? — поинтересовался Брент. — Вытяжка? Любопытно.

— Да, — вздохнула я. — К сожалению, это снова пустышка. — А потом я сказала: — Хочу проверить ту, которая в студии.

Брент посмотрел на меня с изумлением. Меня охватил азарт: если я не промахнусь на этот раз, это будет моя победа. Реабилитация. Мое торжество, и ничто уже этого не изменит, но показывать радость или возбуждение, предвкушение удачи — ошибка. Терпеть, сделать вид, что это очередная рутинная проверка.

Но Брент, наверное, что-то почувствовал. Интуиция, говорил он, хотя я не верила в эти глупости. Или, что проще, он решил не упускать меня из виду, потому что и у самого мелькнула похожая мысль, а примазаться к чужому успеху тоже нужно уметь.

В студии эксперты осматривали, снимали отпечатки со всего, с чего только можно, и Люси Джейн, стоя на коленях, мазала кисточкой нижние дверцы химического шкафа.

— Люси, — позвала я, — нам нужно здесь кое-что посмотреть, ты не возражаешь?

Она пожала плечами и встала. У нее тоже было лицо человека, испытывающего одно-единственное желание: лечь спать.

Интересно, сколько сейчас времени?..

— Этим шкафом никто не пользовался довольно долгое время, — спокойно сказала я, — но давайте для очистки совести его разберем?

— Зачем? — не поняла Люси.

— Меня интересует вытяжка, — пояснила я. — У ректора Томаса было достаточно времени, чтобы сделать то, что, вероятно, он сделал, и не будем игнорировать то, что он инженер, ему это несложно. Проверим.