Чтение онлайн

— Что случилось? — спросила я, хотя не очень хотела знать ответ.

— Ты просто… ты меня укусила.

Я почувствовала вкус желчи в горле и захотела блевать и реветь одновременно. Чувствуя, как мою кожу покалывает от унижения, я громко рассмеялась.

— Ох, прости.

Я хотела уйти, но бежать было некуда. Если бы я убежала, в школе все об этом узнали. Я сделала глубокий вдох и вернулась обратно к его пенису. Я пыталась вести себя, как раньше, но в этот раз я завернула мои губы вокруг зубов. Это было так неловко, я больше не должна была ошибаться. Я попыталась втянуть его глубже, чувствуя себя словно с кляпом во рту. Я проглотила желание бросить это и продолжила. Как же мне закончить?

Я

оторвалась от его пениса.

— Джеймс, давай займемся сексом.

Он неловко усмехнулся.

— Э… ты серьезно? Я думал, что ты девственница.

Я покраснела, словно фуксия.

— И? Мне семнадцать. Я готова.

Он посмотрел на пол.

— Элли, мы же только целовались несколько раз. Я не могу забрать твою девственность.

— Но… Я хочу, чтобы ты сделал это. Пожалуйста?

Его лицо исказилось в гримасе.

— Я не могу. Не так. Твой первый раз должен быть не такой.

Встав, я надела свои розовые в горошек трусики и застегнула бюстгальтер онемевшими пальцами рук. Я проигнорировала его протесты и ушла.

Я никогда не видела Джеймса Мартелла снова. Я избегала мест, где могла бы его увидеть, и заблокировала получение сообщений от него. Он не пытался позвонить мне, и я никогда не делала ничего больше, чем просто поцелуй после этого случая.

Когда я пришла домой из кабинета врача, я легла на кровать и почувствовала, как знакомая волна отвращения накрывает меня с головой. Только на этот раз это было не просто из-за «зубного недоразумения». Здесь была замешана доктор Бауэрс.

Я всегда знала, это странно, что я была двадцатиоднолетней старой девой, но это действительно не беспокоило меня, пока я не увидела эти зеленые заглавные буквы, кричащие на меня со страницы моей медицинской карточки. Я даже никогда не сдавала тест на хламидии. Доктор Бауэрс назначила его мне, как стандартную процедуру или потому что она думала, что я религиозная фанатичка, которая не хотела доходить до секса, но тайно обжималась с каждым парнем в округе.

Я села прямо в постели. Я была на последнем курсе университете и я никогда не окажусь в окружении стольких мужчин снова. Это был мой последний шанс потерять свою девственность и мне придется действовать прямо сейчас. Придется избавиться от девственности к лету, значит, у меня оставалось только четыре месяца, чтобы, наконец, понять, что такое оргазм и узнать, как нормально делать минет.

Я сделала резкий вдох и пыталась визуализировать свое будущее.

В июне, я вернусь к доктору Бауэрс, сдам тест на хламидиоз и заставлю ее поменять запись в моей карточке на «сексуально-активна». В следующий раз, когда я соприкоснусь с презервативом, это не будет в результате падения коробки с ними с полки в кабинете врача, а он будет надет на реальный пенис. И на этот раз, он не будет просто тереться о мое влагалище а-ля Джеймс Мартелл, а направится прямиком туда.

— Ладно, ладно… Итак, у всех теперь есть какой-нибудь алкоголь? Здесь есть еще немного водки, если кому-то нужно.

Кара, симпатичная брюнетка, привыкшая носить «Топ Шоп» [3] в ее родном городе, но променявшая его на винтажный стиль одежды и обуви, как только переехала в Лондон, спустила кучу денег на содержимое наших стаканов.

Как-то я была приглашена на прощальную вечеринку у Люка, прежде чем мы все разъехались на Пасху. Люк был лидером «крутого» клуба любителей английской литературы с моего курса. У меня не было винтажной одежды, соответствующей случаю, да и частью компании я никогда себя не чувствовала, поэтому и не могла до конца понять, почему они меня пригласили.

Возможно, некоторые из них думали, что мое традиционное облачение из джинсов и шерстяного джемпера было вызовом современной моде. Очевидно, они не подозревали, что просто платья и шубки заставили меня выглядеть печальным трансвеститом, а вещи с завышенной талией просто акцентировали внимание на мои чересчур выдающиеся бедра, так что и их я использовать не могла.

— Может, начнем уже? — выкрикнула Ханна, которая была одета в старинную белую рубашку, одну из тех, что она носила изо дня в день, закинув прядь искусственных крашенных волос за плечо, — Я пойду первой. Все ли помнят правила?

Не дав никому шанса ответить, она, пошатываясь, наклонилась.

— Так, правила игры такие: ведущий задает вопрос, начинающийся с «я никогда не…», ну, например, «я никогда не спала с женатым мужиком». Если вы это делали, то вы пьете. Если нет, то не пьете. Даже если вы — тот человек, который задал вопрос, то вам все равно придется пить, если вы делали это.

— Ханна, мы поняли. Просто начинай, — простонал Чарли. — И может мы начнем с чего-нибудь получше, чем «трахаться с тем, кто женат»? Это так скучно.

Ханна наигранно надулась.

— Ну, почему бы тебе тогда не начать, Чарли?

Он ухмыльнулся, потирая руки. Чарли был «душей» компании, и ничего не доставляло ему больше удовольствия, чем всеобщее внимание, чтобы все стонали и смеялись от его грязных шуточек. И сейчас была его главная возможность. Я сглотнула, пытаясь мысленно подготовить себя к тому, что он мог выдать. Если мне удастся сделать мое лицо спокойным и непоколебимым, никто и не сможет сказать, что я нагло вру.

— Хорошо. Я никогда не трахал кого-то в общественном месте, — не дожидаясь никого, Чарли поднял рюмку и осушил ее. Все закатили глаза, а он в ответ расплылся в наглой улыбке, которая, наверное, и помогла ему склонить к сексу в общественных местах многих девушек.

Я колебалась, стоит ли мне пить. Мне нужно было выбирать с умом. Я не могла просто развить новую личность для этой игры. Мне нужно было думать, какие сексуальные действия я могла бы совершать, если бы я потеряла девственность тогда, когда и все остальные. От напряжения капельки пота выступили над моей губой. Было уже поздно пить сейчас, так что я поставила свой стакан на стол и осмотрелась вокруг, чтобы увидеть, кто выпил.

Восемь человек подняли свои бокалы, шесть — нет. Я выдохнула с облегчением. Я была одной из шести, которые заставили меня почувствовать себя нормальной, ну вроде как «один в поле не воин», только наоборот.

Ханна, допив, начала размахивать руками.

— Ладно, моя очередь! И… Я никогда никому не изменяла.

Некоторые из ребят вздохнули, изображая скуку, но даже Чарли воздержался от критики, наверное, потому, что он был таким же любопытным, как и все остальные, желая увидеть, кто выпьет. Я начала задаваться вопросом, пить мне или нет. Очевидно, что я на самом деле мне никогда и некого было обманывать, но когда я была в романтической переписке с Джеймсом Мартеллом в течение тех двух недель, до «чертова укуса», я один раз напилась и случайно поцеловалась с кем-то еще на вечеринке. Я думаю, что это длилось всего пять секунд, и сомневалась, можно ли это назвать изменой наверняка.