Чтение онлайн

— Мой?

— Ну да. Почему бы для начала не воспроизвести вашу с Уиркой ситуацию, но в более чистом варианте? Похоть и боль. Вы же связывались на похоти, верно?

— Нет! — возмутился Флавий. — Я вообще не помню, что тогда чувствовал, кроме досады. И потом, Ларций обещал нас с нексумом в качестве материала для исследований не привлекать.

— Разумеется. Терапия — одно, эксперимент — другое.

— Вот. Я прошу вас рассказать, в чем суть нашей терапии. И еще прошу, чтобы меня предупреждали перед тем, как даете моему нексуму наркотики.

Я имею право знать о таких вещах. Вот сейчас — как мне проводить эксперимент в таком состоянии?

— Да, конечно. О сути мы обязательно поговорим. Всё зависит от того, чего вы хотите от нексума. Пока я могу предложить только полную покорность. Она не должна вам мешать. — Доктор рассматривал Флавия, похлопывал себя по губам. Вид у него был задумчивый. — Ваша Уирка странная, вне зависимости от прерванной связи. Сейчас, согласитесь, она неудобна. Как объект нежной страсти, то есть. Поймите меня правильно… Мы говорили об этом с господином Ларцием. Первое, что он предлагает: вам нужно увидеть друг друга.

— Увидеть?

— Да. Много ли вы знаете о своем нексуме? Мы поможем узнать ее получше. Господин Ларций любит аналогии с садами и парками. Он как говорит? Есть несколько способов создать парк. Можно срыть весь рельеф, привезти новую землю, насадить новые растения. А можно разведать местность и опираться на нее как на основу. Что-то убрать, что-то подсадить… Понимаете? Я надеюсь, что с вашей подругой много переделывать не понадобится. В конце концов, это всего лишь девочка, жизненный опыт у нее короткий и бестолковый. Ваше дело — подстраивать ее под себя. Для этого у вас впереди вся жизнь. Мы только поможем вначале.

— Зададите направление?

— Направление вы будете задавать сами. А что до сегодняшнего эксцесса… Простите. Дело в том, что это входит в условия задуманного господином Ларцием эксперимента. Нужно, чтобы все участники так или иначе были под действием одного и того же лекарства. В том числе и жрец, проводящий ритуал. Господин Ларций и сам принял лекарство. Понимаете, это тоже связь. И всё же вы должны оставаться достаточно трезвым. Поэтому наркотик вы получили опосредованно. Вы, так сказать, прикоснетесь к связи, но власти над вами она иметь не будет.

— То есть эксперимент — он и надо мной тоже?

— Отчасти. И над господином Ларцием. Вы сейчас гораздо трезвее его.

— А вы?

— Я — нет. Кому-то нужно сохранять голову холодной. Это и оргии касается, и тем более медицинского эксперимента.

Доктор взял со стола маленькую деревянную шкатулку, раскрыл и поставил ее перед Флавием. В шкатулке лежала пара серебряных браслетов — простые гладкие обручи, сделанные без всякой фантазии. Флавий осторожно взял браслет и провел кончиком пальца по его внутренней стороне, по ряду плотно прижатых к пластине крошечных плоских щипчиков. Здесь даже ничего не попытались обыграть. Голая функциональность. Должно быть, заказчик просил сделать браслеты подешевле. Наверное, заказывал доктор — на свои деньги.

Доктор как будто прочитал

его мысли.

— Не нравится? Дешевка? В следующий раз браслеты будете заказывать вы. В конце концов, это ведь вы изучали жреческое дело.

Он поднялся, вынул из стенного шкафчика несколько флаконов и поставил рядом со шкатулкой.

— Господин Ларций считает, что одного из испытуемых следует довести до болевого шока. Как бы вы решили эту задачу?

— Я не знаю, — сказал Флавий. — А что, именно я должен ее решать? Нельзя ли подготовить кого-нибудь из ваших помощников? Да и у меня их немало, пошлите за ними ко мне домой.

— А господа будут ждать? У меня есть идея, я хочу послушать вас, коллега.

— Ну… будь у меня время, я бы приготовил состав, вызывающий сильную боль при введении внутрь. Но ингредиенты нужно готовить заранее, что-то заказывать…

— Да, я тоже так подумал, — сказал доктор и взял в руки склянку с мутноватой жидкостью. — Вот, сделано, испытано. Не яд. Проникает в кровь, вызывает достаточно сильную боль. Если смазать этим царапину…

— Я должен это сделать? Кстати, а кто вам сказал, что я учился у жреца?

Доктор пожал плечами:

— А кто этого не знает?

Флавий соображал. Кто мог рассказать Ларцию? Кто мог знать подробности и о его ученичестве, и о его несчастной связи? Уирка, Рената. И еще Маркус. Но Маркус сгинул в Скогаре. А вот с остальными двумя надо бы поговорить. Кто-то выдал Флавия — и тогда Ларций им заинтересовался. Ну да, конечно! Ларций же приходил в казармы, говорил с Уиркой. И та, получается, проболталась. Зачем? У Флавия голова шла кругом.

— У меня для этого достаточно помощников, — сказал доктор. — Вы просто проведете обряд, благословите брачующихся. Или что там требуется? Выступите в роли жреца.

— А разрешения от храма на такую самостоятельность у вас нет?

— Вы брали разрешение, когда связывались?

— У меня был край! Ладно, всё ясно. Значит, одному нексумящемуся боль, а другому что?

— Другой наркотик. Он выпьет нужную дозу с вином за обедом. Вот Кровь Солнца, — доктор поставил флакончик на стол и тронул другой — маленький, из темного непрозрачного стекла. — Амулеты приготовите сейчас? Или сразу перед обрядом?

— Сначала приготовим нексумящихся, — сказал Флавий. — Покажите мне их.

Флавий знал, кого увидит, и от этого его мутило. Доктор привел его в небольшую комнату для гостей. Здесь почти не было мебели, центральное место занимало ложе с высоко поднятым изголовьем, без навеса, застеленное чистым бельем. Рядом с изголовьем на высоком столике Флавий заметил кувшин с водой, широкую оловянную миску и две аккуратные стопки: свернутые полотенца для рук и мягкие тряпицы — промокать кровь.

На белых покрывалах в белой сорочке до пят лежала его резвушка. Руки ее были притянуты к кровати широкими ремнями, которые использовались при операциях, такой же ремень прихватывал пояс. Увидев Флавия, она приподняла голову и улыбнулась.