Дело о злой собаке
Шрифт:
Лиз открыла рот от изумления.
Я развернулась и в ужасе уставилась на рыжеволосую женщину, стоявшую за моей спиной. Она была примерно моего роста, в полосатом платье и пятнистой блузке, в огромных очках в красной оправе на маленьком носу. Пунцовое лицо. Что-то в ней показалось мне знакомым, — может, ее жуткая манера одеваться.
— Миссис… Пэнэйи! — дрожащим голосом воскликнула Лиз.
— Правильно, — огрызнулась сердитая женщина. — А вы, как я догадываюсь, те дети, которые должны следить за Джоком. Вы, по-моему,
Как только Джок услышал голос Хезер, он соскочил с груди почтальона и с поджатым хвостом проскользнул к входной двери. Он лег на землю и сконфуженно заскулил.
— Со мной это не пройдет, ты… чудовище, — прошипела она. — Смотри, что ты натворил! — Она покосилась на почтальона и попыталась изобразить любезную улыбку. — С вами все в порядке, молодой человек?
Почтальон сел и стал очищать себя, проверяя, целы ли его кости. Когда он заметил свою голую ногу, то покраснел от негодования.
— Нет, со мной не все в порядке, — громко сказал он. — Это злобное животное нападает на меня второй раз за два дня. Я и пальцем его не тронул — оно просто вырывается и бросается на меня. Оно опасно. Его нужно уничтожить.
Лиз хотела что-то сказать, но Хезер Пэнэйи не обратила на нее внимания. Она подошла к почтальону и помогла ему подняться.
— Я просто в ужасе от всего этого, — говорила она, больше не обращая на нас внимания. — Поверьте, подобное не повторится. Собака будет под присмотром. Это моя вина, что ничего не было сделано раньше. Если вы оставите счет за новую униформу в почтовом ящике моей матери, я прослежу, чтобы он был оплачен.
Почтальон выхватил у Санни и Элмо собранные ими письма и затолкал их в почтовые сумки.
— Я пришлю вам счет от моего доктора, — крикнул он.
Он умчался на своем мотороллере. Хезер проводила его взглядом. Потом хмуро посмотрела на нас и вошла в дом, втащив за собой Джока.
Мы стояли на тротуаре, растерянно переглядываясь. Теперь мне было не до смеха. Скорее хотелось плакать.
Через несколько минут в двери возникла Хезер и закрыла ее за собой. Я была приятно удивлена, увидев, что цвет ее лица стал более естественным. Но она казалась ужасно сердитой, когда направилась прямо к нам.
— Итак, что вы можете сказать в свое оправдание? — требовательно начала она.
Когда мы учились в начальной школе и наша учительница болела, иногда ее заменяла другая, миссис Крэбтри1, но мы называли ее миссис Крэбби2.(1-Crabtree — дикая яблоня (англ.). 2- Crabby — сердитый, недовольный (англ.)).Я панически боялась ее. Так боялась, что лишалась дара речи. И вот теперь Хезер Пэнэйи напомнила мне миссис Крэбби. Я не могла бы ответить ей ни слова, даже если бы мне заплатили.
Санни и Элмо что-то мямлили, но Лиз храбро пыталась говорить.
— Нам очень жаль, это произошло случайно…
— Случайно? Это позор, — злобно крикнула Хезер. — Вы отдаете себе отчет, что собака могла загрызть этого человека? Или сильно покалечить?
— Джок только
— Откуда вы знаете, что он мог бы, а чего не мог бы? — вышла из себя Хезер. — Все могло случиться. Все что угодно. — Она глубоко вздохнула и сделала усилие, чтобы успокоиться.
— Так, — произнесла она, сверля нас своими глазками-бусинками. — Я с удовольствием выставила бы вас отсюда прямо сейчас.
Но не могу. Мне надо, чтобы Джока выгуляли и покормили завтра и в воскресенье. Как вы думаете, вы сможете справиться с этим без… случайностей? Мы молча кивнули.
— А в понедельник? — прошептала Лиз. Хезер поджала губы.
— В понедельник вы мне не понадобитесь. — Она повернулась, чтобы направиться к машине.
Лиз поймала ее за руку.
— Вы ведь не собираетесь усыпить Джока, правда? — выдохнула она.
Хезер обернулась.
— Конечно, собираюсь, — завопила она. — А что еще мне остается делать? Эта собака опасна. Она чуть не убила мою бедную мать, а теперь еще напала на человека на улице!
— Нет, — горячо заговорила Лиз. — Нет! Мы уверены, с миссис Мак случилось несчастье не из-за Джока. Мы думаем, что в дом забрался вор. Послушайте! Мы можем это доказать…
— Прошу прощения, но у меня нет времени выслушивать детские выдумки, — оборвала Хезер. — Совершенно очевидно, что дом не был ограблен. Я заезжала сегодня взять для мамы ее сбережения. Они оказались там, где и должны были быть. Говорю вам, это место любой вор проверил бы в первую очередь.
— Деньги, которые миссис Мак оставила для нас, исчезли, — вставил Элмо.
Хезер бросила на него холодный взгляд.
— Да? Неужели исчезли? Так вы хотите, чтобы я заплатила еще раз, да?
Элмо уставился на нее, раскрыв рот и покраснев до корней своих рыжих волос.
— Хезер, послушайте… — начала Лиз. Но Хезер не намерена была слушать. Она резко вырвала руку и зашагала к машине.
— Это несправедливо! — крикнула ей вслед Лиз.
Хезер остановилась и обернулась.
— Слушайте, я понимаю, что у вас самые лучшие намерения. Вы пытаетесь спасти собаку. И я бы не хотела, чтобы у вас сложилось впечатление, будто мне это доставляет удовольствие. Мне тяжело взять на себя ответственность за убийство живого существа. Я знаю, как мама любит Джока. Но кто-то должен это сделать. Для общего блага. Я все объясню маме в воскресенье, когда пойду навестить ее. В конце концов она поймет. Она стареет, у нее уже не хватает сил, чтобы справляться с Джоком. Ей придется согласиться.
Она повернулась и села в машину. Когда она отъехала, у Лиз хлынули слезы. Санни обняла ее за плечи. Элмо стоял, по-прежнему красный как рак.
— Она подумала, что я соврал про деньги на столе, — пробормотал он. — Она решила, что я хотел выманить у нее еще денег. Представляете?
Я вдруг почувствовала себя ужасно несчастной. Если бы я не оставила дверь открытой, Джок не набросился бы на почтальона. Если его усыпят в понедельник, это будет моя вина. Никто этого не сказал, но это было так.