Чтение онлайн

Кафе «У Робина» работало до часу ночи. Здесь подавали все традиционные блюда, какие нужны оголодавшему человеку среднего класса: сандвичи, картошку фри, стейки, обильно политые кетчупом. Когда Кайли вошла, Джон помахал ей из-за столика и поднялся навстречу.

Он был на голову выше ее, черноволос, смазлив и улыбчив. Приветствие в виде смачного поцелуя в щеку, легкий запах «Фаренгейта», и счет он оплатит, можно не сомневаться. Кайли после маминого ужина не хотелось есть, она ограничилась тем, что заказала

пиво.

— Обычно ты предпочитаешь чай, — заметил Джон.

— Сегодня был тяжелый день.

— Опять завезли партию плюшевых танкеток, и никто не знает, куда их девать?

— Хуже. Кончились танкетки. — От Джона скрывать правду не имело смысла — все равно рано или поздно придется рассказывать, чтобы выслушать настоящий мужской совет. Эти советы временами сильно Кайли помогали. — Банкрот.

Джон приподнял тонкие брови.

— Вот как!

— Вот так, — мрачно сказала Кайли, обнимая ладонями холодный запотевший стакан. В кафе было жарко, а трогать стакан приятно. — Допродавались.

— Этого следовало ожидать. Ваш шеф совершенно не умеет вести дела.

— Он не любит торговать черными стульями. Это точно.

— И что ты намерена делать?

— Не знаю. Вряд ли нас всех выгонят вот так сразу. Отработаю еще какое-то время. А вообще-то ты оторвал меня от рассылки резюме.

— Ну извини, — сказал Джон, совсем не извиняясь. — Может, что ни делается, все к лучшему.

— К лучшему? О, отличное мнение. Теперь надо заново искать работу, а у мамы туча обследований в следующем месяце. И лекарства. Ты знаешь, какие сейчас цены на лекарства? Вообще-то на дворе мировой экономический кризис, если ты не заметил.

— Могу только догадываться, сколько стоит нынче лечение. Но я не шучу, Кайли. Я тебя за этим и позвал.

— Чтобы я рассказала тебе про банкротство?

— Чтобы предложить тебе работу.

Она недоверчиво уставилась на Джона.

— С чего бы это?

— Друзья должны помогать друг другу, так? Вот я и хочу тебе помочь.

— Но ты же не знал, что меня завтра уволят.

— Я надеялся, что ты согласишься на предложение получше, чем эта ваша персиковая фирма.

— Она не персиковая, — зачем-то уточнила Кайли, — это слишком консервативный цвет…

Впереди забрезжила надежда.

— А что за работа?

— Ничего такого, с чем бы ты не могла справиться. Компания называется «Лаванда».

— Никогда не слышала о ней.

— Это наши конкуренты.

— Погоди, я не улавливаю логики. Ты хочешь, чтобы я устроилась на работу к вашим конкурентам? Кем?

— Секретарем вице-президента. Там сейчас открылась вакансия.

— Меня могут не взять. У меня не такой впечатляющий послужной список.

— Тебя порекомендуют.

— Кто? Что за загадки, Джон?

Он вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Слушай, мы друг друга

знаем много лет, так что не буду ходить вокруг да около, к тому же у тебя всего полчаса. Тебе нужна работа, а мне информация. Устроишься, осмотришься, потом подбросишь мне немного сведений, что там у них идет да как. Какие сделки заключаются, о чем говорят на совещаниях… В сейфах шарить не придется, не бойся. Ничего незаконного.

— Джон, — пробормотала Кайли, — но это уже незаконно.

Она сидела и смотрела на его чугь раскосые глаза, на морщинку у верхней губы, на волосы, аккуратно зачесанные назад. Привычный, знакомый до последней черточки Джон. Друг до гроба.

— Это называется промышленный шпионаж! — продолжила Кайли уже более напористо.

— Тише! — зашипел на нее Джон и замахал руками, как ветряная мельница крыльями — на Дон Кихота. — Не кричи на все кафе. Ну шпионаж. Но мне это правда нужно. Меня сделали топ-менеджером, и если я притоплю «Лаванду», то погладят по голове. Они уводят сделки у нас из-под носа. Хочу отплатить им той же монетой.

— Джон, это действительно незаконно.

— Ну и что? Капельку незаконно, только и всего. Подумаешь, сболтнула в разговоре приятелю, о чем трепались начальники на брифинге!

— Ты представляешь, что со мной сделают, если узнают?

— Никто ничего не узнает. К тому же я не прошу тебя заниматься этим вечно. Так, пара сделок, и этого хватит.

— Джон…

— Кайли, тут думать нечего. Или соглашайся, или нет. К тому же зарплата там хорошая.

Он назвал сумму.

Да, но…

— Подумай о матери, — сказал Джон жестко, глядя ей в глаза.

Да, он прав, черт побери. Подумай о матери, Кайли Уильямс. О матери, у которой очень больное сердце. О матери, за которую ты жизнь отдашь, не только шпионажем займешься. Операцию нужно провести чем скорее, тем лучше. Мама говорила, что может в каждую минуту найтись подходящий донор… Она и в платной программе состояла, на всякий случай. На всякий. На такой вот.

Кайли покачала головой.

— Мне надо подумать. До утра.

— Ладно, — кивнул Джон, — до утра. Но не затягивай.

— Куда мне затягивать, зачем? — усмехнулась Кайли и встала. — Я пойду, пожалуй.

— Эй, ты пиво не допила.

— И хорошо. Для таких решений нужна трезвая голова.

Она шла домой медленно, переходя из одного освещенного отрезка улицы в другой. Фонари светили тускло — видать, чтобы добавить еще переживаний к осенней депрессии.

Джон прав, выхода у меня нет, думала Кайли. Какой тут выход? Изложенное быстро и четко, и так легко, предложение старого приятеля ужасало. И вместе с тем… вместе с тем, Джон сказал: шарить в сейфах не придется. Просто пересказать несколько разговоров… И все равно это кошмар.