Чтение онлайн

Кайли была на старого друга в большой обиде. Она только сейчас поняла, что дружба летит в пропасть. Вряд ли она теперь сможет общаться с Джоном как прежде, выслушивать его снисходительные советы, плакать у него на плече, если что-то не получается или просто тяжело. Почему он так изменился? Почему поставил ее в такое положение? И почему она согласилась?

Теперь все это казалось большой глупостью, но другого пути Кайли по-прежнему не видела. И другую работу, такую же хорошую, она быстро не найдет. А деньги нужны. Очень нужны…

Семейство Элсонов расхохоталось,

и Кайли тоже засмеялась — по всей видимости, офранцузившийся дядя Арнольд опять отпустил какую-то шутку. Нужно не выделяться, не показывать, что одолевают мрачные мысли. Или забыть о них на время. Да, просто забыть…

После обеда Дэвид и Кайли проработали еще час, а потом он предложил прогуляться по парку.

— Тут кругом хорошо. Пройдемся? Все-таки уик-энд, я не должен загружать кадры сверх меры.

— Но я же для этого тут…

— Кайли, перестаньте. Я же вас пригласил. Это наполовину рабочий, наполовину выходной день. Рабочий еще немного будет, но потом. А сейчас — прогулка.

Она кивнула. Честно говоря, ей и самой очень хотелось пройтись с Дэвидом по парку.

Осень властвовала здесь, словно королева. Деревья, обсыпанные живым золотом, роняли листья; ветер улегся, и медовый шуршащий день окружал первозданной тишиной. Тропинки уводили в глубину сада, больше похожего на лес, и Кайли пошла рядом с Дэвидом по одной из них. Лучи солнца иногда гладили щеки, пробиваясь сквозь еще густые кроны деревьев.

— Вы любите осень? — спросил Дэвид.

— Больше лето.

— А мне все времена года по нраву. Даже зима.

— Зимой Рождество, — вздохнула Кайли.

— Точно. Любите его?

— По-моему, мало людей, которые его не любят.

— Ну, встречаются такие оригиналы. Помните, вы говорили мне про друга, который не уважает бейсбол. А я-то полагал, подобные экземпляры в Америке повывелись!

Кайли удивилась, что он это помнит, но промолчала.

— Как вам моя семейка? — продолжил Дэвид. — Шумные, правда? Но милые. Долго я их не выношу, потому что сам такой же, однако приезжать к ним время от времени приятно.

Вы очень дружные, — признала Кайли. — Это видно.

Это благодаря отцу. Он нас всех держит на коротком поводке и не позволяет ссориться по пустякам. — Дэвид смешно почесал нос. — А то мы бы давно все вокруг разбомбили. Ну, а ваши родственники?

— У меня только мать. Остальные… мы с ними не общаемся.

— Какая-то страшная семейная легенда? Эпохальная ссора? Извините, если лезу не в свое дело.

— Да нет, никаких тайн и скелетов в шкафу. Отца я никогда не знала, дедушка умер еще до моего рождения. Мы с мамой жили в Бруклине в крохотной квартирке, а бабушка — в Гарлеме. Потом она умерла, а нам удалось скопить денег на первоначальный взнос за дом. Половину дома. Но это почти совсем настоящий дом. Конечно, не такой большой, как у вас.

— Зато уютный, я видел.

Вы же не были внутри.

Ну, видел снаружи. Я ведь вас забирал сегодня. Если вы так же управляетесь дома с вещами, как в офисе с бумагами, не сомневаюсь, там все хорошо.

Кайли расхохоталась. Этот человек

обладал поразительным талантом дарить другим людям хорошее настроение. Она и не подозревала, что может смеяться так беззаботно. В последнее время ее жизнь можно назвать какой угодно, только не беззаботной.

— Вот, уже лучше, — одобрительно заметил Дэвид. — А то я забеспокоился.

— Почему?

— Какое-то время вы выглядели расстроенной.

— Со мной это случается. — Кайли вовсе не собиралась посвящать его в подробности своей жизни. Нет, только не человека, которого она обманывает. — Обычные женские перепады настроения.

— А, вы меня успокоили.

— А почему вы живете не здесь? — Кайли поспешила сменить тему. — Ваш отец, как я поняла, тоже бизнесмен. Он ездит на работу отсюда?

— Да, у отца водитель, отвозит его в офис, когда требуется. Но вообще семейный бизнес уже давно под присмотром грамотного управляющего. Отец не делает его смыслом жизни.

— Это правильно. И чем же он занимается?

— У него брокерская компания.

— Он не хотел, чтобы вы унаследовали дело?

— Я так и так его унаследую. — Дэвид пнул валявшуюся на дорожке сосновую шишку, и она весело заскакала по плиткам. — Но я понял, что вы хотели спросить. Отец считает, что каждый сам должен делать карьеру. Нет, он не настаивал, чтобы я пошел работать в семейный бизнес. Конечно, если бы я это сделал, обрадовался бы, однако… все сложилось так, как сложилось. На меня никто не в обиде.

— Не думаю, что на вас вообще можно долго обижаться, — с полуулыбкой заметила Кайли.

Дэвид стремительно повернулся к ней.

— Да? Это хорошо. Запомню на будущее, если вдруг наступлю вам на какую-нибудь мозоль и вы на меня рассердитесь.

— Ну, вы же мой начальник, вы можете себе позволить какие-то ошибки.

Он хмыкнул.

— Забавное мнение. Это я тоже запомню. Пойдемте, я хочу вам кое-что показать.

Он свернул вбок — на тропинку, не вымощенную розовой плиткой, просто утоптанную дорожку. Кайли шла, чуть отставая, глядя на Дэвида сбоку. Интересно, вот эта прямая спина, взгляд победителя саблезубых тигров и иронический прищур Джеймса Бонда — это воспитывается, передается по наследству, откуда берется? Может, есть специальная мастерская, где делают таких вот Дэвидов? Красят платиновыми кисточками, сдувают пылинки и выставляют за порог — иди, дружок, завоевывай мир.

Тропинка вывела к деревянному заборчику, скорее символическому: стоящие столбики, а между ними — по доске, сверху и снизу. Заборчик тянулся вправо и влево и исчезал в небытии. Кайли сначала не поняла, что это, но, когда Дэвид жестом пригласил ее пройти вперед, ахнула. Загон. На лугу, уже порядком повытоптанном и покрытом бурой травой, паслись лошади.

— А говорили, что тут они где-то спрятаны… Это ваши?

— Моего отца. Хотя, скорее мамины. Она обожает верховую езду. — Дэвид положил руки на верхнюю доску и оперся о заборчик. Кайли последовала его примеру. — Сюда к нам часто наезжают гости, устраиваются конные прогулки. Хотите проехаться?