Цветы всегда молчат
Шрифт:
Они весело рассмеялись, а после Колдер подхватил ее на руки и отнес в ванну.
Погрузившись в ароматную пену, она позволила себе судорожно вздохнуть: внизу живота болело, потому что он был слишком большим для нее. Но сейчас, когда мыло защипало, попав внутрь, Мифэнви лишь улыбнулась. Все-таки в этих ощущениях, пусть и не совсем приятных, было нечто глубинное и предвечное, говорившее о том, что теперь она расцвела по-настоящему и цветение это обещает быть восхитительным.
За завтраком они не
Едва пригубив от роскошных яств, приготовленных специально по случаю свадьбы, Колдер и Мифэнви вежливо и смущенно раскланялись с теми, кто еще сидел за столом, и выскочили в коридор.
Мифэнви потащила его за собой, и Колдер удивлялся, откуда в ней столько силы.
То был старый застекленный павильон в конце аллеи.
– Я любила прятаться здесь с книжкой, – сказала она, заводя мужа внутрь. Тут все было по-старому и пахло детством. Она подошла к оттоманке, присела на нее и, залившись краской и глядя в пол, произнесла: – Я хотела бы поселить здесь новые воспоминания.
Колдер опустился рядом, и вскоре ее стоны и вскрики вплелись в перешептывание здешних шорохов.
А потом они бродили, взявшись за руки, без цели и смысла, перебрасываясь короткими, обрывочными, одним им понятными фразами и смеясь.
Они оказались в самом запущенном уголке сада. Мифэнви пошутила, что здесь давно требуется пригляд опытного смотрителя. Колдер согласился. Потом, усадив ее на старое поваленное дерево, стал рассказывать, как бы следовало перепланировать этот участок. Они даже поспорили немного, а потом…
Дин-дон, дин-дон…
Колокольчик плакал горестно.
Колдер подобрался и побледнел.
– Я не хочу, чтобы ты это видела.
Она вспомнила, что он говорил о демонической сути Садовников, и упрямо помотала головой:
– Я твоя жена! Я хочу знать о тебе все! Какими бы жуткими не были твои тайны!
– Хорошо, – ответил Колдер, и черные пламенеющие крылья распахнулись за его спиной.
…Он будто соткался из воздуха. Стоял и смотрел на них осуждающе, бормоча:
– Как вы могли со мной так поступить?
Бесплотный и бледный.
Мифэнви закрыла рот руками, чтобы не кричать.
Колдер опустил свой клинок из вороненой стали.
Но у призрака вдруг выросли руки. Целый лес! Они ринулись к вероломному брату. И Мифэнви, вскочив, с криком: – Нет! Пол, не смей! Я не позволю! – бросилась между ними. И полыхнула ярко-ярко, так, что призрак тут же разлетелся в клочья, как любая тьма при появлении солнца.
Глава 12. Лишь для тебя хочу цвести
Дорога в Лланруст, 1878 год
Джози любила путешествия. Ведь они неизменно означали
Сейчас, возбужденная предстоящим перфомансом [7] , она сидела на коленях у Ричарда в их экипаже и строила завоевательские планы.
7
Перфоманс (англ. performance – «представление, выступление, игра») – здесь слово употреблено именно в этом значении.
– Они в этом своем Лланрусте должны полюбить меня и возвести на пьедестал, – говорила она.
– Всенепременнейше, ангел мой. Иначе Лланруст будет считаться городом слепцов, – отвечал он, обнимая ее трепетно, но крепко.
– Правда-правда! – обрадовалась Джози.
– Ну конечно, я лично напишу по этому поводу эссе и опубликую его во всех журналах, – Ричард притянул ее к себе еще ближе, захватил губами мочку ее ушка и стал посасывать.
По телу Джози пробежала дрожь.
– Вы невозможный! – хныкнула она, наклоняя голову. – Я говорю о таких серьезных вещах! А вы?
– А я? – его руки теперь скользили по ее талии, а губы обжигали поцелуями нежную шейку.
– А вы! Ах-х… Вы мешаете мне думать! – То, что он не спешил избавлять ее от этого тесного корсажа, казалось предательством.
– Ангел мой, немедленно прекращайте эту затею с думаньем, а то страшно подумать, до чего додумаетесь! – воскликнул он в притворном ужасе.
Она недовольно хмыкнула и, надменно вздернув носик, произнесла тоном королевы:
– Однажды вы дозанудствуетесь, что я вас брошу!
Ричард порывисто, сильно, крест-накрест обнял ее и уткнулся ей в спину.
– Лучше убейте сразу, это будет гуманнее! – пробормотал он упавшим голосом.
Она не любила, когда он говорил словами, значение которых было ей не совсем понятно. Поэтому обиделась и отсела на другую скамью, уставившись в окно.
Ричард откинулся в тень, чтобы она не видела его глаз. Впрочем, она и не стремилась видеть.
Так они и просидели в молчании до самого Лланруста.
Северный Уэльс, вольный город Лланруст
Дворец Дориана Пятого был пышно украшен и освещен множеством огней. Джози уже не терпелось пройтись по главной лестнице и очутиться в центре этого великолепия. Она протянула руки к Ричарду и потребовала, чтобы он немедленно ссадил ее. Он и впрямь приподнял ее за талию, на которой его ладони смыкались в кольцо, но опускать на землю не спешил. Ей пришлось обхватить его за плечи. Их лица сейчас были на одном уровне.
– Чего вы добиваетесь? – рассердилась Джози.