Чтение онлайн

Араб выслушал паникующего немца и отозвался: - Вы сами виноваты, дружище. Снимать в незнакомой стране шлюху нужно в приличном месте, а уж никак не на панели. Аксиома. Ну, да это все лирика и пустое словопрение. Я думаю, что вам следует обратиться в посольство. Они сделают запрос и восстановят ваши документы. Ну и одновременно пишите заявление в местную полицию. А возможно, она выбросила документы. Не стоит паниковать.

– Да, да, я понимаю, - продолжал истерить немец, - сложность в том, что мои документы были, как бы это сказать, не совсем чистые. Нет, они настоящие, просто оформлять визу времени не было,

и я воспользовался услугами одного из своих бывших знакомых, ну, вы понимаете, тот и спроворил штамп... А если сейчас выяснится подлог, то по возвращении меня ждет новый срок. Я ведь еще нахожусь на положении условно освобожденного... Это катастрофа.

– Да, это уже нехорошо, но... вот что, - принял решение араб.
– Сделаем так. Приезжайте сейчас ко мне, и мы что-нибудь придумаем. Только не впадайте в панику. Хорошо?

Расчет оправдался. Крючок, на который у ближневосточного деятеля появилась возможность насадить бестолкового немца, араб не упустил.

Еще бы, получить в полную зависимость человека с довольно размытыми моральными принципами, криминальным прошлым и навыками какого-никакого, но солдата, и это в тот момент, когда часть исполнителей внезапно выбыли из игры, - это удача. Упускать грех, - решился организатор: "Паспорт? Подумаешь. Тем более, что хорошую подделку здесь, в России, просто некому определить. Что понимают местные милиционеры в тонкостях Европейских систем защиты? Ой, не смешите. Таможенники, и то... А кто сказал, что этого здоровяка собираются вытаскивать за бугор? Он сделает свое дело и, если, паче чаяния, останется в живых, можно будет сплавить его на Кавказ. И даже заработать немного денег. Но, если все выйдет, как задумано, выжить ему не суждено".

Акмаль ожидал увидеть растерянного, помятого субъекта и планировал строить общение с похмельным немцем без особых реверансов. Поэтому, когда в его офис, арендованный в недавно возведенном турецкими строителями центре торговли, вошел элегантно одетый человек, даже не сразу признал в нем своего случайного знакомого.

– Простите? Чем могу?..
– он приподнялся из кресла и всмотрелся в лицо гостя.
– Ганс? Это вы? Нет слов.

Выбрался из-за стола, пожал крепкую ладонь немца и удивленно покачал головой: - Невероятно...

Продолжать не стал, однако и беседу ему пришлось строить несколько иначе. Предлагать солидному, несмотря ни на что уверенному в себе немцу то, что планировал, сразу не стал. Он внимательно вгляделся в рубленые черты лица, оценил подобранный в тон костюму галстук и развел руками: - Ни в жизнь не поверю, что это можно было приобрести за те деньги, что я вам дал.

– Мы, немцы, имеем привычку все делать на совесть. Ну не покупать же китайский ширпотреб? Пришлось добавить из своих, - признался Ильин.

Получив заверения, что все затраты будут компенсированы, перешел к делу: - Акмаль, я понимаю, что создал вам куда больше проблем, чем ожидалось. Поверьте, сам огорчен. Она показалась мне вполне приличной... Да, что тут говорить, права пословица о загадочной русской душе. Вот только понимание никак не может помочь в столь сложной ситуации. Так о чем вы хотели поговорить?
– Сергей намеренно усложнил арабу задачу вербовки. Одно дело подписать на черновую работу растерянного неудачника, а совсем другое, искать подходы к сохранившему свое достоинство

человеку.

– Я думал, как можно помочь тебе, - перешел тот к делу.
– Но... Это непросто. Иными словами. У меня есть возможность найти для тебя документ. Выехать с ним обратно за границу, конечно, не выйдет, но спокойно перемещаться по территории России - вполне сойдет. Однако... все это связано с некоторыми...
– он помялся, - нюансами. Мы занимаемся здесь бизнесом. А бизнес - это такая штука, которую не всегда возможно делать в полном соответствии с законом. И, уж конечно, в белых перчатках. Ты меня понимаешь? Дело есть дело. Давай начистоту. Ты человек бывалый, понимаешь. Есть несколько вопросов, решить которые...

– Будь проще, Акмаль, - Ильин улыбнулся фирменной улыбкой.
– Не стоит тянуть кота за хвост. Давай начистоту.

– Ну, что ж, - араб решительно отложил в сторону карандаш, который крутил в руке.
– Меня, кстати, весьма впечатлило твое умение обращаться с подручными средствами. Скажи, что еще ты умеешь, в смысле применения полученных на службе в армии навыков?
– он никак не мог решиться произнести вслух.

– Если речь идет о службе, то я окончил ее в должности инструктора подготовки коммандос. Прошел несколько боевых операций. Имею опыт применения самого разнообразного стрелкового оружия, что еще? Воевал. Вы это хотели узнать?

– Да, - наконец сломался он.
– Тебя мне послало само провидение. Дело в том, что есть один человек, из местных. Он мне крайне мешает. Крайне. И никакого способа решить вопрос, кроме силовой акции, у меня нет. Исполнитель, которого я нашел, выбыл из игры. А время поджимает. Поэтому предложение к тебе простое и конкретное.

– Сколько?
– не стал изображать недоумение Сергей.
– Все упирается в размер гонорара. Однако учтите, это не то, о чем мы говорили вчера, и сумма должна быть куда более серьезной. Итак? Но прежде позвольте узнать, кто этот контрагент. Вдруг вам перешел дорогу местный губернатор, тогда, увы...

Акмаль поежился: - Человек не простой. Скажу сразу. Предприниматель, весьма солидный, но замаранный в темных делах. Имеет охрану. Но и сумма под это дело вполне приличная. Пятьдесят.

Исполнитель ожидающе склонил голову.

– ... тысяч долларов, - закончил наниматель и замер.

– Мои условия следующие: Пятьдесят, из которых двадцать до операции, и тридцать на счет в Цюрихе. И документы. Не липа, а крепкий Аусвайс с визой, по которым можно выехать из страны. Естественно, я не говорю об оружии и транспорте. Плюс подготовка. Это дело ваших людей. Идет?

– Тогда сорок и паспорт, - категорично отозвался Акмаль.
– Десять сейчас, тридцать по окончании. Какой инструмент вы предпочитаете?

– Пока говорить о конкретике преждевременно, - Ильин задумался.
– Работать придется с колес в незнакомой стране. Риск. А кто будет обеспечивать?

– Так понимаю, мы договорились?
– подстраховался араб, прежде чем раскрыть карты.

– Да, - твердо произнес Ганс.
– Поверьте, я не стал бы вообще лезть в это дело, если бы не происшествие. Скажу более, поскольку мы теперь партнеры, я вынужден буду сообщить о задержке своим, кхм, компаньонам. У нас было запланировано кое-что в Германии. И мне бы не хотелось подвести их. Это серьезные люди... Вы понимаете?