CTRL+S
Шрифт:
С неба начали падать крупные капли одного из тех теплых дождей, какие обычно приносят сюда сентябрьские муссоны. Их визоры были сделаны из водоотталкивающего материала, и поэтому дождь не мог вмешаться в их ДР, но мелкие капельки все равно просачивались на экран с их ригов. Тео и Клемми свернули на боковую улицу, подальше от молчаливых дорожных заторов и толп пешеходов. Всего в нескольких шагах от центра улочки казались пустынными, хотя тоже были украшены великолепной настенной живописью. Когда они приблизились к границе квартала Спиталфилдс, на визоре Тео появилась
– Вот сюда она и ходила, – кивнул он в сторону здания.
Клемми не ответила. Она была занята тем, что вчитывалась в данные истории этого дома из архива районного технологического отдела, которые потоком высвечивались на ее мониторе.
– Согласно имеющимся записям, это здание за последние пять лет регулярно меняло собственников и сдавалось в аренду десяткам разных компаний, от частного клуба до нескольких недолговечных технических стартапов. В настоящее время оно зарегистрировано на одну девелоперскую компанию и, по идее, должно пустовать.
С другой стороны улицы им была видна новенькая цепь с висячим замком на дверях. Картина на ничем не примечательном двухэтажном особняке, изображавшая зеленые заросли джунглей, где на ветке дерева притаился леопард, не давала никакого представления о том, что может находиться внутри.
Клемми стояла, внимательно изучая это произведение стрит-арта.
– И что теперь?
– Думаю, нам нужно попасть внутрь.
Тео неуверенно начал переходить улицу, в душе надеясь, что Клемми попытается его остановить.
– Ты что, всерьез думаешь, что мы можем вот так просто подойти, постучаться в дверь и поинтересоваться у того, кто нам откроет, не видел ли он, часом, твою маму? – Клемми сокрушенно покачала головой. – Потому что это было бы ужасно глупо с нашей стороны.
Тео почувствовал, что спазм, сжавший его желудок, постепенно отпускает: слава богу, она отговаривает его от этого поступка.
– В том переулке есть боковой вход, – показала она в сторону. – Давай посмотрим, не сможем ли мы пробраться в дом оттуда.
Клемми решительно двинулась через пустую улицу, а внутри у Тео снова все сжалось. Но он все же последовал за ней, хоть и неохотно. В узком проулке по обе стороны от еще одной небольшой двери стояли контейнеры для разделения мусора, раскрашенные в разные цвета для разных видов отходов. Приблизившись к этому боковому входу, Клемми обвела взглядом стену вокруг него.
– Никакой сигнализации не видно, – констатировала она.
Тео опять надел свой риг и огляделся. Быстрый пересмотр его установок высветил обычные отвлекающие стримы: распознавание лиц, реклама и тому подобное. Он включил приложение, которое было разработано для любителей мастерить своими руками, чтобы выявлять металлические штыри или проводку в сухих стенах при ремонте квартир, но в итоге получило широкую известность благодаря тому, что воры применяли его для обнаружения охранной сигнализации и датчиков ближней бесконтактной связи.
– Напряжение
Читая все это, Тео понятия не имел, что оно означает, но надеялся, что Клемми в курсе. Поскольку бесплатный беспроводной Интернет сейчас обеспечивался правительством и в большинстве стран являлся одним из неотъемлемых прав человека, только очень крупный бизнес держал свои собственные базовые станции – в основном для того, чтобы можно было безопасно перекачивать большие массивы данных.
– Что, ты говоришь, тут было раньше?
Клемми провела рукой по двери.
– В последнее время – ничего. И уж точно ничего такого, что требовало бы передачи больших объемов информации.
На двери пожарного выхода наружной ручки не было. Клемми удалось кончиками пальцев ухватиться за выступающую металлическую кромку вокруг косяка и потянуть на себя. Дверь тяжело и бесшумно открылась на хорошо смазанных петлях.
Тео уставился на нее:
– Что ты с ней сделала?
– Ничего, – тихо ответила она, заглядывая внутрь. – Она была не заперта.
– Зачем на одну дверь вешать замок, а вторую оставлять открытой? – Тео заглянул в свой визор. – К тому же, как только ты открыла ее, сигнал сети пропал.
Клемми пожала плечами и ступила внутрь. Затем она обернулась к нему; на губах ее сияла улыбка:
– Ну что, ты идешь?
Он успел заметить только очаровательные ямочки на ее щеках, как она уже перешагнула порог и скрылась в темноте.
Глава восьмая
Клемми наморщила нос из-за стоявшего в воздухе необычного запаха и тихо спросила:
– Чем тут пахнет, как думаешь?
– Лимоном? – шепотом предположил Тео. – Напоминает очень сильное моющее средство для пола – тоже воняет похожим образом. Кажется, кто-то очень хотел хорошенько прибраться в этом месте.
– Может быть, бездомные в этой округе так высоко подняли свои стандарты…
Ее голос гулким эхом отдавался в пустом темном пространстве.
– Тсс!
Лучи света, пробивавшиеся в щели на забитых окнах, осветили три мотка мощного промышленного кабеля и глубокие кривые царапины на полу, напоминавшие следы когтей. За узкой кирпичной аркой находилось еще одно помещение, такое же по размеру, и Клемми уже прошла туда. Чтобы лучше видеть, она сняла свой визор, и теперь он болтался у нее в руке на ремешках.
Окна были забиты широкими листами прихваченной ржавчиной жести, прикрепленными к кирпичной кладке болтами. В дальнем углу в стопку было сложено с десяток матрасов; ткань на них покрывали какие-то подозрительные темные пятна, которые в полумраке нельзя было идентифицировать – и слава богу. Под одной из стен стояло несколько прожекторов с ультрафиолетовыми лампами и закрученными вокруг штативов проводами питания.
– А твоя мать, случайно, не баловалась наркотиками? – неожиданно поинтересовалась Клемми.