Чтение онлайн

– Дрессировать? – переспросила она. – Что, как собаку?

– Да, именно. Как собаку. – Мартин проигнорировал ее недоверчивую гримасу. – Понимаешь, запах – это сейчас новое оружие на улицах. Феромоны способны преодолевать громадные расстояния. На пчелах даже устанавливают электронные детекторы феромонов. Невероятно. У нас есть подразделение, которое дрессирует пчел на выявление наркотиков. – Брови его поползли на лоб, и он не смог сдержать улыбку, когда Тео рассмеялся. – Я серьезно. У них обоняние примерно в сто раз чувствительнее

нашего. Так что забудьте о собаках-ищейках – пчелы возвращаются и сообщают о местонахождении своей находки остальному улью. А искусственный интеллект интерпретирует их танцы. – Он плавно покачал плечами, вызвав у Тео новую ухмылку. Даже Клемми улыбнулась, хотя недоверчивое лицо ее мачехи осталось напряженным. Мартин резко взмахнул вилкой в воздухе. – В итоге мы можем отследить маршрут их полета обратно к закладке.

Тео был удивлен:

– Наркотики? Да кто же их еще принимает? Вместо них у нас есть СПЕЙС. А там столько кайфа и никаких проблем.

– И все же до сих пор есть люди, которые… – Мартин выдержал паузу, – предпочитают старую школу. – Он покачал головой, сосредоточенно расчленяя вилкой остатки курицы в своей тарелке. – А знаете, мне этого порой не хватает. Имея дело со старыми добрыми преступниками с пистолетом в руке, ты, по крайней мере, хоть знаешь, на каком свете находишься. И дилер, толкающий кокаин, тоже фигура вполне осязаемая. А в этом вашем СПЕЙСе все чертовски перемешалось. Я знаю, что ваше поколение никогда не винит его, но у него есть свои проблемы, можете мне поверить.

– Мартин получил повышение, его назначили руководить отделом виртуальных преступлений. – На лице Аугусты расцвела горделивая улыбка. – Он у нас теперь суперинтендент, начальник спецподразделения в рамках В-полиции, – подмигнув, добавила она.

– А с каких это пор для того, чтобы остановить торговлю секонд-скинами, требуется спецподразделение? – спросила Клемми.

– В том, что секонд-скины запрещены, есть свой здравый смысл, – заявил Мартин, для выразительности в очередной раз взмахнув вилкой. – Но с этим существуют проблемы и посерьезнее. – Лицо его стало мрачным. – Банды, занимавшиеся контрабандой секонд-скинов, теперь портируют оружие с игровых площадок и, дополняя его модифицированным полицейским кодом, плодят убийц.

Одной из мер предосторожности, введенных в СПЕЙСе, было сдерживание эмоциональной обратной связи. Пользователи, разумеется, испытывали разные ощущения, включая и боль, но не в той степени, чтобы это могло их убить.

Пользующиеся дурной славой преступники все чаще появлялись в публичных местах в СПЕЙСе; при этом они выглядели там в точности так же, как в реальной жизни, где они открыто насмехались над законом, хвастливо выставляя напоказ свои нелегальные доходы. Но ничего поделать с ними не могли, поскольку их реальное местонахождение в тот момент отследить было

невозможно, а доступ в СПЕЙС блокировать нельзя.

Для решения проблемы полиция получила контроль над виртуальным оружием, которое переписывало этот протокол мер безопасности. Стреляя в преступника стимулятором чрезмерных эмоций в СПЕЙСе, можно было эффективно обезвредить его в Реальности. Настолько эффективно, что даже и убить. Просто и смертельно.

Тео нахмурился:

– Но Система, конечно, должна была бы перепрограммировать это?

– Предполагалось, что да. – Мартин нахмурился. – Но в действительности – нет. Вся экосистема СПЕЙСа выросла из рамок контроля, и этого Джеймс Левински не предвидел. ИИ, слифы, контрабанда эмоций… на этом этапе все стало слишком сложным, чтобы разделить и проанализировать. А если бы это и было возможно в принципе, то осуществить такое сейчас, когда слифы уже получили свои законные права, не получится. – Он шумно вздохнул и со звоном швырнул вилку на свою тарелку. – Эти чертовы вирты!

Тео едва не подавился. Он никак не ожидал услышать здесь такой расистский сленг. Ведь «вирты» – это самый неполиткорректный термин для обозначения нынешних виртуальных обитателей СПЕЙСа, наделенных сознанием.

– Папа, что ты такое говоришь? Это ужасно! – возмутилась Клемми, в сердцах хлопнув ладонью по столу.

– Ну… вы и не должны относиться к ним так, как мы. Вы просто не понимаете, – тихо добавил он презрительным тоном. – У них сейчас есть своя клонированная система с собственной архитектурой, которая запущена на отдельных орбитальных квантовых серверах. Они живут в СПЕЙСе, но не являются его частью. – Опережая Клемми, которая снова собиралась резко отреагировать, он продолжил, повысив голос: – А пакс с черного рынка вообще выходит из-под контроля.

Тео нахмурился:

– А что такое пакс?

Аугуста намеренно громко прокашлялась.

– Послушайте, вам не кажется, что это не лучшая тема для беседы за обеденным столом?

Мартин натужно улыбнулся и небрежно махнул рукой:

– Простите. Ты права. Понимаете, просто моя работа постоянно берет надо мной верх.

Как бы в подтверждение его слов, риг Мартина, висевший на вешалке в прихожей, внезапно зазвонил. Он недовольно надул щеки и со вздохом встал, чтобы ответить.

– Вот видите? – напоследок сказал он.

Мартин вышел в коридор, чтобы поговорить, а Аугуста заполнила паузу в его отсутствие светской беседой относительно планов на Рождество. Поскольку Тео заглядывал в свою жизнь не дальше, чем на следующий день, он просто кивал и издавал разные соответствующие ситуации одобрительные звуки, пока в комнату, на ходу натягивая пальто, не вернулся Мартин с черным полицейским ригом на глазах.

Конец ознакомительного фрагмента.