Чтение онлайн

Объект на экранах постепенно вырастал. Билл открыл стенные панели в отсеке управления, и земляне могли непосредственно обозреть весь корабль, дивясь его грандиозным размерам. Как только «Мемфис» приблизился к нему, перспектива исчезла, а с ней и возможность видеть корабль целиком. Теперь земляне почти в упор рассматривали нечто похожее на каменную колонну, которая простиралась во всех направлениях. Она была иссечена, разбита и покрыта снегом. По поверхности разбегались гребни и изломы, а случайные воронки и впадины перемежались с группами антенн, сенсоров и другого электронного оборудования, назначения большей части которого Хатч не понимала. «Мемфис» двигался медленнее, чем этот объект; люди рассматривали чужака,

пока он проходил под ними, отмечая, как каменная поверхность постепенно теряет свою неоднородную структуру, становясь гладкой, уступая место металлу, вздыбившемуся над ней. Этот бугор превращался в холм, тот обретал плавную форму, становясь одним из двух цилиндров-близнецов, серых, холодных, изрытых оспинами. Затем цилиндры продвинулись вперед, и наблюдатели увидели, что их четыре, по два на одной оси, а потом они стали трубами, массивными реактивными двигателями на корме корабля.

— Большой, — отметил Тор.

— Так что бы ты хотел предпринять? — спросила Хатч у Джорджа.

— А что ты порекомендуешь?

— Попытаться вступить в разговор с ними, расслабиться и понаблюдать.

— А если они вздумают улететь отсюда, — сказал Ник, — мы можем отправиться вслед за ними?

— Все зависит от их технической оснащенности. Двигатели Хейзелтайна — пока единственное средство совершить прыжок. Если это так и если подобная техника у них есть, тогда да, мы просто определим, куда они направляются, и присоединимся к ним прямо там.

— Мы сможем определить, к какой звезде они полетят?

— Для этого надо всего лишь проследить дальше направление их движения. А затем просто соединяем две точки и получаем курс. Да, это не должно стать проблемой.

Земляне перешли на параллельную орбиту, двигаясь чуть позади и сохраняя разумную дистанцию. Но никаких признаков того, что астероид, этот чинди , осведомлен об их присутствии, не было.

Джордж, однако, проявлял все большую настойчивость.

— Не понимаю, почему они не отвечают, — сказал он. Вдруг его посетила неожиданная мысль: — Когда мы ожидаем Могамбо?

— Почти через девять дней. А что?

— Если кому-нибудь доведется пожать руки этим тварям, то мне бы хотелось, чтобы это были мы . — Он сжал кулак и приложил к губам. — Как насчет того, чтобы помигать огнями?

— Можно. Что ты предпочитаешь? Три коротких, три длинных?

— Неплохо.

Хатч проделала это вручную, поравнявшись с чинди и используя передние навигационные прожектора.

Три коротких.

Три длинных.

И снова.

Чинди скользил сквозь ночь. Теперь люди были на темной стороне Осенней, вдали от снежной бури. Далеко внизу, в атмосфере планеты, громоздились безбрежные небоскребы кучевых облаков. Полыхали могучие стрелы молний, некоторые такие длинные, что, казалось, их можно обернуть вокруг Земли.

— Попробуй еще раз, — попросил Джордж.

Она перепоручила это Биллу, который мигал и передними, и кормовыми огнями, а также верхними и нижними.

— Может быть, они никак не увидят нас.

— Но это невозможно, Джордж.

— Тогда почему они не отвечают? Ведь это должно быть одинаково важно, и для нас, и для них.

— Не знаю, — сказала она. — Будь осторожен в предположениях.

— Мы по-прежнему ничего не слышим по радио, верно?

— Нет.

Контактеры не сдавались. Они миновали «остаток» ночи, пересекли терминатор и вошли в рассвет. Здесь они наблюдали восход Кобальтовой. Чинди летел, пересекая величайшее зрелище мира.

Тем временем земляне увеличили изображение. Корабль казался простой скалой с огромными дюзами. И множеством сенсоров. Но там виднелось

и кое-что еще.

Тор ткнул пальцем в какую-то точку между двух низких гребней. Включили максимальное увеличение, и Аликс сказала, что это напоминает ей антенну.

— Я думаю, — возразила Хатч, — это люк.

Люди продолжали собирать данные о чинди . «Мемфис», насчитывавший шестьдесят два метра от носа до кормы, был бы едва виден возле инопланетного корабля, поскольку составлял менее одного процента его длины. Билл формировал изображения, а вся команда «Мемфиса» часами разглядывала их. При этом в эфир бесконечно передавалось приветствие Джорджа. Земляне обнаружили на корабле и другие люки, поперечник которых колебался от двух до двадцати с лишним метров. Люки были все того же цвета окружавшего их камня.

— Хатч, — Билл понизил голос до предела, что у него отражало высшую степень озабоченности. — Там произвели запуск. Нечто покинуло корабль и вышло на орбиту .

— Выведи на экран.

Объект напоминал бутылку, развернутую горлышком вперед. Корпус его был гладким.

— По конструкции он отличается от объектов, виденных нами ранее .

Хатч разглядела дюзы.

— Насколько он велик?

— Почти такой же длины, как наш шаттл. Может быть, на пару метров короче. Диаметр самой широкой части около трех метров .

— Хорошо, Билл. Дай мне знать, если что-то изменится.

Некоторое время спустя ИИ вернулся с новым сообщением.

— Хатч, я уверен, что разобрался, как они формируют Большую Глотку .

О физике и метеорологии Хатч, как и присутствовавшая на борту группа, имела весьма общее представление. Но она хорошо понимала, что Билл имел некоторые основания так говорить.

— Объясни, — попросила она.

— Такому большому кораблю, как чинди , требуются громадный запас топлива. Если бы он использовал «черпаки» того же типа, что у нас, ему пришлось бы годами оставаться на орбите, чтобы собрать достаточное количество водорода, или же заходить в атмосферу и курсировать в ее верхних слоях.

Тогда потребовался бы конструкторский компромисс для уменьшения трения среды, и, кроме того, ему пришлось бы тратить значительную часть полученного топлива на преодоление гравитационного барьера .

— Итак, в чем же решение?

Теперь Билл возник в кресле напротив Хатч, одетый в мягкую белую рубашку с отложным воротником и темно-зеленые брюки. Он закинул ногу на ногу.

— Решение — отцеживатель .

— Отцеживатель?

Большая Глотка продолжала мерцать на орбите. Люди рассматривали шторм со стороны, наблюдая за струей, выбрасываемой из его нижней части, и за тем, как снежная буря бурлила и кипела, напоминая вулкан или гигантское грибовидное облако взрыва, поднимавшееся над облаками и распространявшееся во все стороны. Внутри этой связанной с атмосферой струи появилась какая-то мерцающая линия, тянувшаяся к центру штормового облака.

— Вот это — труба, — сказал Билл. — Мне удалось определить, что она тянется вниз от Большой Глотки почти на триста километров.

В глубине тропосферы эта мерцающая линия, эта труба, трансформировалась в некую разновидность воронки, напоминавшей смерч. Только он был перевернут и расширялся на входе в атмосферу. Смерч поднимался и втягивал в себя ветры, которые гнали его то в одну, то в другую сторону. Но несмотря на это, он удерживался на месте и погружался в лежащие под ним пласты атмосферы, перемещаясь с той же скоростью, что и Большая Глотка.