Червь
Шрифт:
Вдруг неподалеку от Андрея прямо из песка, разбрызгивая огненные искры, вертикально вверх ушли две какие-то светящиеся штуковины. Первая поразила одного из преследователей сразу же, и вспышка на секунду осветила пустыню словно солнце. Второй преследователь успел развернуться и броситься наутек. Его накрыли, когда он уже скрылся за холмами — Андрей увидел неясные всполохи в той стороне. Обломки первого ударились о поверхность с характерным тупым звуком, и вслед за этим в темноте послышалось привычное клацкание вылезающих из песка «крабов».
Андрей с утра ничего не ел, и силы его были на исходе. Как впрочем и кислород в емкости, взятой в «марсианском лесу». Найти в темноте еще один «лес» представлялось
И в этот момент он услышал в наушниках своего скафандра голос — хорошо поставленный «дикторский» баритон: «Андрей Павлович Ладогин, если не ошибаюсь?»
Андрей обернулся. В тусклом свете, отбрасываемом Фобосом, он различил очертания робота, черневшие на фоне светлого песка. Да, пожалуй у него действительно был черный корпус, как у тех, что встречали его 'Буран' в атмосфере Марса. В растерянности Андрей молчал, а голос продолжил: «Гулять по театру военных действий без охраны чрезвычайно опасно. Не угодно ли Вам проследовать в безопасное место? Вас там ждут».
Все, что Андрей смог вымолвить, было: «Да».
— «В таком случае,» — сказал голос — «садитесь верхом на робота, и держитесь крепче».
Робот встал «на четвереньки». На спине у него оказалось седло наподобие мотоциклетного. Андрей сел и ухватился за скобы впереди седла. В ту же секунду под ним взревел реактивный двигатель, и робот стал быстро набирать высоту…
47. Лифт в пещере.
Внизу проплывали поля сражений. То там, то тут, из темноты возникали вспышки, блуждающие огоньки, разноцветные лучи светящегося газа и другие пиротехнические эффекты. Все это казалось похожим на праздничный феерверк, но это не было праздником. Это были марсианские будни. Весь Марс был гигантским полигоном, на котором непрерывно, день и ночь, шел поиск наилучших технических решений, поиск, рождавший удивительные изобретения.
Одолев за четверть часа несколько сот километров, робот начал снижаться. Впереди показался крутой склон горы. Робот двигался прямо в направлении этой каменной стены, и Андрею показалось, что они сейчас врежутся, но в последний момент огромная каменная плита высотой метров пять автоматически отъехала в сторону, и робот влетел в открывшуюся за ней пещеру. Андрей инстинктивно обернулся и увидел как плита возвращается на место.
Робот коснулся пола пещеры и остановился. Зажегся свет. В конце пещеры были раздвижные двери. Они открылись, и Андрей увидел кабину лифта. Самого обыкновенного лифта. Ну, может быть, кабина была чуть попросторнее и получше отделана.
— «Слезьте с робота и войдите в лифт», — сказал голос в наушниках.
Как только Андрей вошел в кабину лифта, двери за ним захлопнулись, и он почувствовал что лифт пошел вниз со все возрастающей скоростью. И тут он понял, что кислород у него в скафандре кончился. Дышать становилось все труднее, и он уже не понимал, в самом ли деле он проваливается в толщу марсианских недр, или у него просто кружится голова от нехватки воздуха. Но зеленый огонек на стенке кабины, очевидно отображающий ее положение, продолжал двигаться вниз, отсчитывая какие-то уровни, но что это были за уровни, какова их глубина — Андрей мог только догадываться. Опустился ли он на сотню метров, или же на километры под поверхность Марса — он не знал. Зеленый огонек поплыл перед глазами, и Андрей потерял сознание…
48. «Где я?»
…Первыми звуками, которые он услышал, были журчание фонтана, шелест листьев на ветру, и отдаленный шум прибоя. Послышались крики какой-то экзотической птицы. Андрей открыл глаза, и тут же снова зажмурил их от
На краю ложа стояло большое блюдо с фруктами, и Андрей, ощущая жуткий голод, мгновенно его опустошил. Затем он встал и вышел в сад, пытаясь понять где он находится. Взглянул на солнце — это было явно «земное» солнце, таких же видимых размеров и яркости. Неужели он снова на Земле? Однако что-то подсказывало ему, что это не так. Он не сразу понял что именно, и не сразу осознал ту легкость в теле, в которой и заключалась подсказка. И лишь подойдя к фонтану, он увидел, что капли воды падают вниз замедленно, словно в кинофрагменте, изображающем чей-то сон. Сила тяготения была заметно меньше, чем на Земле. Он по-прежнему был на Марсе. Солнце можно подделать, имея достаточно мощный искусственный источник света, однако подделать силу тяжести гораздо труднее…
— «Дедуля!» — услышал он позади себя знакомый голос и обернулся. По садовой дорожке бежала к нему Настена!
49. Супермозг.
…«Не могла бы ты повторить все это еще раз и поподробнее», — сказал Андрей, когда Алена закончила свой рассказ о том, что произошло с ней и с Настеной за последние полгода — «У меня осталось ощущение, что я не понял самого главного — зачем и почему?»
«Зачем и почему? Это гораздо лучше объяснит тебе он сам». — Алена кивнула в сторону картины висевшей на стене комнаты, и громко произнесла, словно позвала кого-то: «Повелитель Марса!»
Пейзаж на картине, на самом деле оказавшейся плоским стереоскопическим телевизором, вдруг исчез, и вместо него появилось незнакомое лицо. «Надеюсь вы успели наговориться, и я не помешаю?» — произнесло лицо уже знакомым Андрею хорошо поставленным «дикторским» баритоном. — «Позвольте представиться: Повелитель Марса. Во избежание возможных недоразумений должен сразу предупредить: лицо, которое Вы видите на экране, реально не существует — оно синтезировано на компьютере, для того, чтобы Вам легче было общаться со мной. Это своего рода высшая ступень дружественного интерфейса — компьютер с человеческим лицом. Мой голос, разумеется, тоже синтезирован. На самом деле я ни имею ни лица, ни голоса, хотя я могу предстать перед Вами с любым лицом и с любым голосом. Я вообще могу сделать для себя любое материальное воплощение, поскольку сам я не материален. Я — компьютерная программа, „червь“, объединивший через каналы связи мозги всех роботов на Марсе в один супермозг».
— «Однако роботы продолжают воевать между собой», — заметил Андрей.
— «Совершенно справедливо», — ответил Повелитель Марса, — «Если бы они перестали воевать, технический прогресс на Марсе остановился бы, а я в этом не заинтересован. Роботы — это мое материальное воплощение, мои глаза и руки. Чем совершеннее робот, тем я сам могущественнее. Вот почему я не вмешиваюсь в их войну. Я всего лишь „снимаю квартиру“ в их мозгах, даже не квартиру, а маленький уголок. Робот не замечает потери части своих вычислительных мощностей — настолько малую часть его мозга я занимаю. Но на Марсе сейчас живет около двух миллиардов роботов, и эти маленькие кусочки складываются в один гигантский супермозг».